Улыбка Амура - Ирина Леонидовна Касаткина

− Счастливая! Как бы мне хотелось быть с вами! Я так по тебе соскучилась!

− Ничего, уже недолго осталось. Через пару недель увидимся. Может, скажешь, что там за сюрприз? А то я теперь спать не буду.

− Не, не скажу, а то еще сорвется. Скоро сама увидишь. Ну, пока, до встречи!

И Наташка отключилась. А Настя долго еще размышляла о загадочном сюрпризе. Но поскольку никакие продуктивные мысли в голову не лезли, она решила махнуть на него рукой: скорее всего, подруга ее попросту разыграла. С тем и отправилась спать.

На следующий день грибники вновь отправились на знакомую полянку дособирать оставшиеся грибы, даже Галчонок соблазнилась. Место отыскали быстро. Но к их великому огорчению полянка оказалась пустой: ни одного грибочка, даже самого маленького. − Вот кому-то повезло! − огорчилась Нина, − все обобрали подчистую, даже наши срезанные унесли. Надо было сразу вернуться, у меня сердце чуяло.

− Ничего, едем в сосняки, − утешил ее супруг. − Там сейчас маслят полно.

Действительно, между молодыми сосенками росло много маслят, чьи шляпки издали так смахивали на белый гриб. А подойдешь, наклонишься и видишь лаковую головку с прилипшими к ней сосновыми иголками. Неспешно переходя от одного деревца к другому, Настя за короткое время насобирала две корзины крупных грибов, − все как на подбор чистенькие, без червоточин. Вдруг неподалеку послышался подозрительный треск и громкое хрюканье. Настя испугалась. Приблизившись на цыпочках к Юрию, она шепотом сообщила ему о странных звуках. Тот остановился и прислушался. Хрюканье повторилось. Тогда дядя схватил Настю за руку и, приложив палец к губам, спешно повел к машине. Подозвав остальных грибников, он приказал:

− Быстро садимся. Кабаны!

И они резво покатили прочь: встреча с клыкастыми зверюгами могла окончиться плачевно: разъяренный кабан − зверь умный и безжалостный.

Вечером всем семейством чистили собранных маслят: у каждого грибка нужно было подцепить липкую пленку и снять со шляпки. В итоге пальцы почернели, пришлось их оттирать пемзой. Галчонок долго сокрушалась об испорченном маникюре. Но зато прощальный ужин с зажаренными в сметане маслятами сгладил все негативные впечатления этого дня.

Глава 21. Встреча в Эрмитаже

Назавтра едва рассвело, путешественники загрузили дары леса в багажник, тепло распрощались с родней и тронулись в новый путь. От подсоленной рыбы Галчонок категорически отказалась, заявив, что ее запах пропитает всю машину. Да и сама рыба может испортиться. Взамен Нина дала им корзину с жареной рыбой и пирожками, оставшимися от застолья.

− Предлагаю ехать до Москвы прежним путем, а потом через Тверскую область на Псков и оттуда уже держать путь к Питеру, − предложил отец, внимательно рассмотрев карту. − Так длиннее, зато дорога более экзотическая. Тут такие леса!

− Как скажешь, − легко согласились мама с дочкой. − Нам хоть прямо, хоть криво − все едино. Зато на Чудское озеро поглядим. Поехали!

Обратная дорога до Москвы показалась на удивление короткой, − как и при возвращении с моря. Без приключений проскочили Тверскую область, миновали Псков и, свернув с главной трассы, взяли курс прямо на север. Вскоре с обеих сторон потянулся мрачный, как в страшных сказках, лес. Огромные замшелые ели покрывал снизу серый лишайник, из-за чего деревья казались засыпанными пеплом. День выдался пасмурный, ветви высоченных деревьев почти скрывали небо, поэтому ехали в полутьме. Трудно было представить себе более безобразную трассу: сплошные выбоины, − пришлось сбросить скорость до пяти километров в час, иначе машину начинало подбрасывать на кочках.

− Включи хотя бы ближний свет, − раздраженно сказала Галчонок. − Ну и дорогу выбрал, хуже не придумаешь! Наверно, здесь сто лет никто не ездил, до ночи будем телепаться. Того и гляди какие-нибудь разбойники нападут, и никто нас потом не найдет.

− Не каркай! − Отец сосредоточенно объезжал ямы. − Трасса такая, не я ж ее строил. − Но фары включил. И сейчас же из-под ближней ели в полосу света выскочил большой заяц. Прижав уши к спине и смешно забрасывая вперед задние лапы, он долго несся перед машиной. Отец длинно загудел, но заяц лишь прибавил прыти. Пришлось выключить свет, − только тогда ушастый отпрыгнул в сторону и исчез под еловыми лапами.

Временами лес расступался, и вдали показывалась длинная полоса воды − Чудское озеро. На его берегу виднелись редкие деревеньки с жутковатыми названиями Мга, Замогилье. Потом снова тянулся лес, становившийся все выше и мрачнее, а дорога все темнее и хуже. И когда путешественники совсем упали духом от предстоящей ночевки в этой глуши, перед ними в свете фар внезапно возникло табло «Ленинградская область». Нищая Псковщина кончилась, − и перед измученными многочасовой тряской скитальцами прямо посреди лесной чащи простерся великолепный асфальт. Воспрянув духом, они рванули за сто километров − и так неслись почти до самого Питера.

В город прибыли поздно вечером. Повторив московский опыт, созвонились с Натальей, − та их встретила около ближайшего метро и сопроводила до дома. Все так вымотались, что решили разговоры оставить на завтра, только попили чаю и завалились спать.

Наконец-то я в Питере, счастливо думала Настя, засыпая. А когда-нибудь я приеду сюда насовсем. Все мне мило в этом городе: и серые дома, и сырой климат, которым меня, южанку, пугает мама, и прямые улицы, и просторные площади, − все-все! Мне не нужно ни денег, ни карьеры, только бы жить здесь, − пусть тихо и небогато, но здесь. Завтра я снова буду ходить по моему городу, увижу Невский, и Зимний, и Медного всадника − какое счастье!

− Сначала в Эрмитаж, − объявил отец по пробуждению. − И до обеда там. А потом кто куда хочет, будем держать связь по мобильнику. Ты, Настенька, как планируешь провести остаток дня?

− Не знаю, − пожала плечами дочь. − Не решила еще. Пойду, куда глаза глядят. Хочу просто побродить одна. Можете не беспокоиться, не заблужусь, дорогу я еще зимой запомнила.

− Ну, ладно. Тогда поехали в музей. Только давайте там не теряться, чтобы потом пообедать вместе в каком-нибудь кафе.

Наталья ушла на работу, оставив им запасные ключи. Они быстро позавтракали и покатили на Дворцовую площадь. Вот и желанный Эрмитаж − сокровищница красоты и Настина заветная мечта. Поднимаясь по его роскошной лестнице, она старалась покрепче запомнить, впитать в себя висевшие на стенах шедевры, чтобы потом вспоминать, вспоминать и вспоминать. В прошлый приезд она специально отстала от шумной