Почувствуй, насколько мне безразлично - Екатерина Юдина

Повернувшись, я обняла Миранду. Хотелось хоть как-то ее успокоить, хоть и у самой этого самого спокойствия ничерта не было.

Примерно через сорок минут мы приехали к Миранде домой. Она жила в пусть и небольшом, но достаточно уютном двухэтажном домике. И, стоило мне войти в гостиную, как меня тут же окружили мои кузены и кузины. У тети пять детей. Самый старший — альфа двенадцати лет. Единственный ее сын. Самая младшая — бета. Ей недавно исполнилось семь месяцев и сейчас малышка лежала на специальном коврике под присмотром соседки, которая зашла посидеть с детьми, пока тетя ездила за мной.

— А ну идите сюда. Сейчас я вас всех заобнимаю, — я сгребла малышню и крепко обняла. Девчонки засмеялись, обнимая в ответ. А сын Миранды начал вырываться.

— Фу, не нужно, — закричал он, когда я его и в щеку поцеловала. Он тут же начал вытирать ее. — Не слюнявь меня.

— Ой, ты глянь. Нашему альфе не нравятся сестринские нежности и объятия. А ну, девчонки, давайте его заобнимаем, — после этого мы уже всей толпой сестер набросились на него.

Каро лишь на шесть лет младше меня, а, поскольку я раньше много времени проводила в доме тети, естественно, я постоянно присматривала за ним. Особенно, когда Миранда работала и ей нужно было уезжать. Поэтому Керо вовсе для меня был особенным. Любимый младший брат, у которого сейчас шла забавная стадия взросления.

— Да отвалите же от меня, — Каро попытался нас отпихнуть. Ему все это не нравилось, но сопротивлялся он не сильно. Чтобы никого не поранить. И даже эта любовь к сестрам умиляла. Пусть и он ее явно и открыто не показывал.

Наконец-то отпустив его, я пошла к самой младшей кузине. Бережно подняла ее на руки, покачала. Она с интересом смотря на меня улыбнулась.

Оказавшись тут, я испытала ни с чем не передаваемое спокойствие, но, в тот же момент стало еще более тревожно. Если я действительно омега, Миранду посадят. Других вариантов быть не может. И это само по себе жуть, но ведь у нее пятеро детей.

Меня до едкой дрожи пробрало и я аккуратно положила малышку обратно на коврик. Следовало поскорее сделать повторные анализы и разобраться во всем этом.

Оставив чемодан и рюкзак, мы с Мирандой пошли обратно к машине. Пока что ее дети все так же оставались под присмотром соседки. Мой дядя работал на западе страны. На добыче нефти. Тяжелая работа и порой его месяцами не было дома, но за нее хорошо платили. Хватало для обеспечения семьи.

Вот только, если Миранду посадят, дядю уволят. Туда берут только тех, у кого в семьях нет погрешностей. То есть, все будет слишком плохо. Настолько, насколько даже представить нельзя.

Когда мы сели в машину, я опять обняла тетю. Я ведь понимала, что результат теста она поменяла ради меня. Чтобы я не оказалась в том учреждении. А теперь из-за этого ее жизнь может превратиться в ад и вся ее семья в нем окажется.

И в этих объятиях я почувствовала, что Миранда плачет. Нервозность давала о себе знать. Ей было страшно. Я даже уловила то, как она бросила взгляд на дом. Словно отчаянно желая опять посмотреть на своих детей.

А я вновь надеялась на то, что я лишь бета.

Хотя… да. Надежда это не то слово, которое можно применить к тому, что я сейчас чувствовала.

Мы приехали к той больнице, в которой Миранда раньше работала. Понадобилось время, но через очень близких знакомых, она смогла договориться о том, чтобы нам на полчаса дали лабораторию. Тут имелась старая. Та, которой уже никто почти не пользовался, но все равно мы вновь нарушали закон.

Я не знаю, как у меня получилось, но в какой-то момент я вошла в состояние умиротворения. Мне удалось убедить себя в том, что все хорошо и сейчас мы в этом убедимся. Посмеемся над тем, как переполошились и следующие пару дней, раз я уже тут, проведу в доме Миранды, после чего вернусь в университет.

И абсолютно все будет хорошо.

Миранда сама взяла у меня кровь и делала эти анализы. У нее успокоиться не получалось, хоть и внешне тетя старалась не выказывать панику.

До тех пор, пока все окончательно не рухнуло.

Я сидела за столом. Ждала результатов анализов и вот через двадцать минут тетя вернулась ко мне с папкой. И уже от одного взгляда на нее, мое сердце к чертям рухнуло вниз.

— Ты… Ты действительно омега, — произнесла она дрожащими губами, срывая слова из-за слез. Шатнувшись, Миранда подошла к столу и положила на него папку. Затем закрыла лицо ладонями и сильно всхлипнула: — Господи… Что?.. Что теперь будет?..

Все мое умиротворение тут же рухнуло вниз. Рассыпалось в стеклянные осколки и насквозь вонзилось в сознание. Мне стало плохо.

— Ты уверена? — подскочив на ноги, я подошла к Миранде. Забрала папку, но ничерта не поняла.

— Да… — она рвано качнула головой. — У тебя… уже начинается пробуждение. Оно… У тебя… есть совсем мало времени до того, как…

Было видно, что Миранда хотела много всего сказать, но фразы лихорадочно срывались. Правда даже произнесенных слов хватило, для того, чтобы я ощутила, как вся жизнь к чертям рушится.

Тоже качнувшись, я обняла ее. Даже это получалось паршиво.

— Все хорошо. Мы что-нибудь придумаем, — произнесла, как заведенная.

— Нет… Тебе нужно обратиться в правительство и сообщить, что… Иначе тебе будет хуже… — тетя, сквозь слезы качнула головой и я лишь сильнее ее обняла.

— Обращусь после того, как мы придумаем, что делать с подменой теста. Должен же быть хоть какой-то выход. Мы обязательно со всем этим справимся. Сможем.

Глава 41. Телефон

Мы со всем справимся. Безвыходных ситуаций, ведь не бывает. Нужно лишь постараться и найти ту самую лазейку. Пусть и крошечную, но она обязательно спасет.

Я