Укрощение генерального - Татьяна Романская

- Все наладится.

Она отпивает глоток вина.

- Хорошее вино. Каким он показался тебе, когда ты видела его?

Я замолкаю на мгновение.

- Он казался таким отстраненным. Таким нормальным. Пока я была в отчаянии.

Я сдерживаю слезы.

- Я жаждала его одобрения. Хотела, чтобы он сказал мне, что мои идеи хорошие, но он просто сидел и не проявлял эмоций. Потом, после, он как бы невзначай сказал мне, что у него будет ребенок.

С моих губ срывается всхлип.

- Он даже не заметил, как разбил мое сердце. Он произнес это так, будто в этом не было ничего особенного.

- О, Алинка, - она ставит бокал с вином и обнимает меня, - я знаю, это тяжело, но не уезжай из Москвы из-за него. Чего тебе делать в этой Казани???

- Прости, - говорю я, вытирая слезы. - Ты приехала навестить меня, а я просто сижу здесь и плачу. Хороша подруга. Прости меня, Анют. Я уже сама устала плакать.

- Надеюсь, ты не плакала каждую ночь из-за Дениса Соколова.

- Конечно, нет, - вру я, отводя взгляд. - Я много куда ходила. Честно говоря, Ань, здесь так интересно!

- Сколько тебе осталось?

- Всего неделя.

Я не хочу думать о возвращении в Москву, в город, где Денис, Ксюша и их еще не родившийся ребенок.

- Давай оденемся и пойдем куда-нибудь поужинаем, хорошо? - предлагаю я. Она кивает.

- Дай мне быстро взглянуть на контракт, который прислали «Звукмедия». Пять лямов? Это реально?

Я ухмыляюсь и открываю свой ноутбук.

- Надеюсь, мой подруга-юрист поможет мне разобраться в этом. Скорее всего, это бред, так что я не питаю особых надежд.

- Он знает?

- Денис? Конечно, нет. Ему незачем знать. Мы больше не разговариваем.

Она приподнимает бровь.

- Он был бы впечатлен.

- Да какая ему теперь разница!

Я поворачиваю ноутбук к ней, мой желудок трепещет от волнения. Момент истины. Она надевает очки и начинает читать.

- Здесь, должно быть, какой-то подвох, - неуверенно говорю я, наблюдая за ней. Это кажется слишком, чтобы быть правдой. «Звукмедия» хочет купить права на мою песню для фильма.

Она продолжает читать, а я жду, затаив дыхание. Тишину нарушает не то смешок, не то вскрик.

- Нет, никакого подвоха. Алина, это реальное предложение!

Мгновение мы смотрим друг на друга, затем напряжение прорывается истерикой.

- Моя песня? Моя песня? - кричу я, и мы, как дуры, кружимся по кухне.

- К черту Соколова! - кричит Аня, расплескивая вино по дорогому полу. - Алина, после выхода этого фильма ты будешь встречаться с актерами.

Я улыбаюсь в ответ. Денис Соколов может катиться к черту. Он мне не нужен. Все, что он когда-либо приносил мне, - это боль.

До Нового года осталось пять дней, и я знаю, что сяду на обратный рейс домой, в плохом настроении. Аня улетела домой сегодня утром, и мы успели облазить весь город.

Сегодня мои прощальные посиделки в этом офисе. Я возвращаюсь в Москву на праздники, чтобы подумать, хочу ли я переехать сюда. Я, мягко говоря, в замешательстве. Сейчас мы добиваемся реального прогресса, разработка началась, и мы думаем, что через шесть месяцев выпустим первую версию для бета-тестирования. Это самый крупный проект, над которым я работала до сих пор. Я никогда раньше не испытывала такого восторга от рабочего проекта, и впервые я чувствую, что меня ценят. Ирина - потрясающий начальник; она из тех людей, которые вдохновляют вас на смелые идеи. Я не могу поверить, что так долго мирилась с работой под началом Петра Ивановича.

Я больше не видела Дениса и ничего не слышала о нем. Боль постепенно проходит, и я думаю, что время действительно лечит. Я нахожу все больше способов отвлечься и заменить свою печаль на радость.

Сегодня вечером у нас ужин в том же ресторане, где мы обычно встречаемся с коллегами. Я пью с Ирой, Вадимом и некоторыми другими разработчиками.

- Ты вернешься к нам работать, Алин? - Ирина перекрикивает музыку.

- Я подумываю об этом, - говорю я с усмешкой.

- Поскольку ты здесь так хорошо вписываешься и у тебя скоро повышение, я не хочу давить на тебя, но мне бы очень хотелось, чтобы ты осталась в Казани.

Костя подходит к нам и удивленно смотрит на количество алкоголя на нашем столе.

- Вот это да! - говорит он.

- Костя! - я обнимаю его за шею, слегка пьяная.

- Тише, тише, не задуши меня, - смеется он.

- Что ты ответила коллегам, Алин? - Костя поворачивается ко мне, пока Вадим разговаривает с Ирой.

Для групповой беседы здесь слишком громко. Я прикусываю губу, размышляя.

- Я приму решение после Нового года.

- Так между вами с Денисом действительно все? Разбег?

Я недоверчиво качаю головой.

- А почему нет?

Он пожимает плечами.

- Казалось, вам было хорошо вместе, и он был так счастлив с тобой. Вы могли бы помириться уже.

Мои глаза расширяются от удивления.

- О чем ты говоришь?

Он закатывает глаза, как будто я веду себя глупо.

- Я полагаю, тебе он уже неинтересен?

Мой голос срывается.

- Конечно, интересен! Но я не могу смириться с тем фактом, что в вашей семье будет ребенок. Это все меняет.

Он озадаченно смотрит на меня.

- Как это вообще влияет на вас с Денисом??

- А как не влияет???!!! - восклицаю я. - Кость, ну не тупи!

Мы некоторое время смотрим друг на друга в недоумении.

- Алина, ты серьезно? А, я понял, ты считаешь, что это ребенок Дениса!!!

- Что? - спрашиваю я, глядя на него. - Он сам мне сказал, Костя.

- Ты уверена в этом? Ты можешь точно вспомнить, что он тебе сказал?

Я колеблюсь, не понимая, почему это так важно, как он мне сказал.

- Я не уверена, - признаюсь я. - А почему это так важно?

Костя смотрит на меня, сильно нахмурившись.

- Ты какой-то странный, Костя. Слушай, я видела Ксюшу у него дома, - говорю я, чувствуя себя глупо из-за того, что Костя вдруг расскажет Денису. - После той публикации я хотела извиниться лично, поэтому пошла к нему домой и постучала в дверь, - взволнованно объясняю я. - Но потом... Я услышала женский голос и побежала за ворота. Ксюша вышла