Кости под моей кожей - Ти Джей Клун

— То, что ты ещё этого не видишь, не означает…

Сигнальные огни на машине копа замигали красными и синими вспышками.

— Чёрт, — прорычал Алекс, ударяя рукой по рулю. — Арт, вернись на сиденье. И не произноси ни одного чёртового слова, слышишь? Нейт, возьми пистолет. Спрячь его у себя.

Арт начала выполнять веленное.

Нейт — нет.

— Сейчас же, Нейт.

Нейт зашевелился. Он открыл бардачок. Пистолет Алекса лежал на куче бумажек.

— Если он пробьёт номера, мы…

— Знаю.

— Ты не можешь просто его убить.

Алекс не удостоил его и взглядом. Он остановил пикап на обочине. Расцепил оголённые провода и сунул их обратно под приборную панель, когда двигатель замолк. Затем вернул панель на место, ударив по ней кулаком.

Нейт взял пистолет и положил его себе на колени. Арт протянула ему свою куртку, и он накрыл ей ствол.

— С нами всё будет в порядке, — заверила она его. — Вот увидишь.

Нейт старался не дрожать.

— Мне казалось, ты говорила, что не умеешь читать мысли.

— Я и не могу.

— Я слышал…

— Это не чтение мыслей, Нейт. Боже. Прояви ко мне хоть немного доверия. Даже если бы я могла читать мысли, то не стала бы этого делать без твоего согласия. Я всего лишь установила с тобой связь, чтобы ты мог слышать то, о чём мы с Алексом говорим в наших головах. Я хотела держать тебя в курсе, чтобы ты… почему ты так на меня уставился?

— А ты сама не слышишь то, что говоришь? — вопросил Нейт. — Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду под связью?

Она нахмурилась.

— Я не знаю, как мне выразиться ещё яснее. Я и так всё максимально упростила, чтобы твой маленький — но, тем не менее, увлекательный — человеческий мозг смог получить базовое представление о…

— Вы оба заткнитесь, чёрт возьми, — гаркнул Алекс. — Ни слова, слышите меня? Он идёт.

Алекс опустил окно.

И действительно, офицер подошёл к борту пикапа.

— Ещё раз привет, — обратился он с улыбкой на лице. — Надеюсь, я вас не напугал. Я просто… ну, ну, ну, кто это у нас тут? — Его улыбка стала шире при виде Арт. — Здравствуй. Я не заметил тебя на заправке.

— Я лежала, — ответила ему Арт приторно-сладким голоском. — Я очень устала. Однако я всё ещё оставалась пристёгнута ремнём безопасности, потому что таков закон.

— Ну разве ты не прелесть, — проворковал мужчина. — Хорошая девочка. Всегда пристёгивайся ремнем безопасности.

— Я хочу стать офицером полиции, когда вырасту, поэтому я очень хорошо знаю закон, — заявила Арт. — Мой папа сказал, что для этого нужно быть очень смелой, поэтому Вы тоже, наверное, очень смелый.

— Ну, — проронил коп, слегка покраснев. — Насчёт этого не уверен. Но очень приятно такое от тебя услышать. Этот здоровяк твой папа?

Она кивнула.

— Он просто потрясающий.

— Ну, ты должна сообщить своему папе, что у него не работает задняя фара.

Она драматично вздохнула.

— Папочка! Это нарушение закона. — Её глаза наполнились слезами. — Вы отправите его в тюрьму?

Помощник шерифа выглядел ошеломлённым.

— Нет-нет, — поспешно успокоил он. — Конечно, нет. Насколько я понимаю, твой папа герой. Я просто ограничусь предупреждением. Никто не сядет в тюрьму. Никто даже не получит штраф.

Одинокая слезинка скатилась по щеке Арт.

— О, спасибо, сэр. Мы собираемся в путешествие, и я знаю, что моему папе будет очень грустно, если Вы нас с ним разлучите.

— Никому не придётся грустить, — заверил её полицейский, и Нейт не мог сделать ничего, кроме как с благоговением наблюдать за тем, как Арт водит его за нос. Им повезло, что он не пробил их номера. Те даже не совпали бы с пикапом, что они угнали. — Просто хотел, чтобы вы все знали, что вам нужно починить фару, прежде чем вы уедете слишком далеко. Вы же не хотите, чтобы вас снова остановили, не так ли?

— Нет, сэр, — отчеканила Арт, фыркая. — Я прослежу, чтобы папочка немедленно об этом позаботился. Папин особый друг тоже за этим проследит.

Улыбка копа слегка дрогнула.

— Верно. Это… это просто великолепно. Всем вам доброго дня, ладно?

Слёзы Арт пропали так же быстро, как и появились.

— Спасибо, офицер! — прощебетала она.

Помощник кивнул и пошёл к своей машине, припаркованной позади них. Он вырулил с обочины и развернулся, направляясь обратно в сторону заправочной станции.

— Вау, — выдохнула Арт, соскальзывая на сиденье. — Чуть не попались. Повезло, что я довольно рано научилась контролировать слёзные протоки, верно?

Нейт не представлял, что на это сказать. Может, и к лучшему.

Они не задержались в Гавре. На самом деле Алекс поставил перед собой задачу увести их как можно дальше от Гавра. Они остановились в соседнем городке в какой-то местной автомастерской и купили лампочку для фары по дешёвке. Алекс молча её заменил, и они снова двинулись вперёд.

Солнце уже давно зашло, но они всё ещё были в пути. Нейт не спрашивал, куда они ехали, потому что не думал, что даже сам Алекс знал ответ.

Арт уснула между ними, положив голову на плечо Нейта, и тихонько похрапывала возле его уха. Он был почти уверен, что она пускала на него слюни, но сердце ему не позволяло её оттолкнуть, несмотря на то, что она каким-то образом залезла к нему в разум.

Алекс снова вёл себя замкнуто, выражение его лица ясно давало понять, что тот не в настроении для каких-либо разговоров.

Нейт его не беспокоил. Целых пару часов.

Но потом не выдержал.

Он вообще не представлял, как так долго продержался. Он даже почти в себе разочаровался.

— Я тебя слышал, — произнёс Нейт, вздрогнув от того, как громко в кабине пикапа прозвучал его голос после долгой тишины. — У себя в голове. И её тоже слышал.

Алекс хмыкнул.

— Это не достаточно хороший ответ. Не после такого. Ты не можешь вести себя как ни в чем не бывало. Не после всего. Я слышал тебя, Алекс.

Руки Алекса сжались на руле.

— Знаю.

— Я видел что-то. Просто… картинки. Я не…

— Это… Самое близкое слово, которое Арт может использовать, чтобы это описать, — связи. Они… семейные.

— Семейные.

— Так она… У них нет такой социальной структуры, как у нас. Они не рождаются так, как мы. Но у них есть… семьи. Или что-то к ним близкое. Она… сначала у неё был только я. А теперь ты. Она связала себя с тобой. Как со мной.

— И теперь она может читать мои мысли, — выпалил Нейт, звуча довольно истерично. — И ты тоже