Где начинаются мечты - Лиза Клейпас

* * *

Закери никогда не мирился с поражением. Нет, в мелочах и у него случались неудачи, но он всегда знал, что по большому счету он все равно добьется своего. Так что ощущение настоящей, большой потери ему было неведомо. До этого самого момента. И сейчас он был зол и несколько обезумел. Ему, например, хотелось кого-то убить. Или плакать. Но больше всего ему хотелось посмеяться над собой – дураком. В бессмысленных историях, которые по вечерам читала вслух Холли, говорилось о древних греках и их любвеобильных, беспечно-жестоких богах. Там смертные всегда карались за то, что слишком заносились. То есть, как объяснила однажды Холли, за гордыню. Или избыток честолюбия.

Закери понимал, что именно в этом-то он и виноват и за гордыню свою теперь расплачивается. Зачем он пожелал женщину, явно для него не предназначенную? Но больше всего его мучило подозрение, что он на самом деле мог бы заполучить ее – запугав или подкупив. Нет, он не стал бы применять к ней такие методы. Да и его нутро против этого бы восстало.

Он хотел, чтобы она любила его так же добровольно и радостно, как любила Джорджа. Сама мысль об этом заставила бы многих посмеяться. Даже его она позабавила. Что должна чувствовать Холли, сравнивая его со своим мужем-святым? Закери – простолюдин, выскочка, грубиян – прямая противоположность джентльмену Тейлору. Ясное дело, она права, выбрав Рейвенхилла, с ним она сможет жить так, как жила с Джорджем.

Не переставая хмуриться, Закери прошел в библиотеку, чтобы взять пачку бумаг, которые необходимо захватить в Дьюрхем. Наверху слышалась суета: Мод с горничными укладывала в сундуки и чемоданы имущество леди Холланд… другие слуги в то время паковали костюмы и галстуки Закери. Будь он проклят, подумал Закери, если станет наблюдать, как Холли уезжает из его дома! Он уедет первым.

Протянув руку к письменному столу, он принялся рыться в груде бумаг, не сразу заметив, что в библиотеке он не один. Неожиданно из глубины большого кожаного кресла раздался тоненький писк, и Закери, чертыхнувшись, резко повернулся.

Там сидела Роза с мисс Крампет, выглядевшая такой крохотной на фоне массивной мебели. Сердце Закери упало: он увидел, что личико девочки покраснело от слез.

Похоже, женщинам из дома Тейлоров постоянно требуются носовые платки. Тихонько выругавшись, Закери поискал таковой в своих карманах, но искомого не обнаружил. Тогда он развязал свой батистовый шейный платок, сдернул его и поднес к носу Розы.

– Высморкайтесь, – пробормотал он, что она немедленно и сделала. Потом хихикнула: видимо, новый способ применения шейных платков показался ей весьма забавным.

– Вы ведете себя очень глупо, мистер Бронсон!

Закери присел перед ней на корточки, посмотрел ей в глаза и улыбнулся.

– Что случилось, принцесса? – осторожно спросил он. Роза с готовностью высказала, что у нее на душе:

– Мама говорит, что мы должны уехать. Мы опять будем жить в доме моего дяди, а м-мне хочется остаться здесь.

Личико ее скривилось, и Закери почувствовал, будто ему ударили в грудь. Страх… любовь… но больше всего – боль. Прощание с Холли не до конца убило его, но это, конечно же, его прикончит. Он успел полюбить эту очаровательную малышку с ее вечно липкими от сладостей ручками, неизменными пуговицами, веселыми кудряшками и карими глазами, так похожими на глаза ее матери. Не будет больше чаепитий с мисс Крампет, сидения в гостиной перед камином и сочинения сказок о кроликах и капусте, драконах и принцессах, и маленькие руки не будут больше с таким доверием сжимать его неуклюжие ручищи.

– Скажите маме, что мы должны остаться здесь, с вами, – приказала Роза. – Вы можете заставить ее остаться, я знаю, можете!

– Мама знает, что для вас лучше, – пробормотал Закери, все еще пытаясь улыбаться, хотя в душе у него все умирало. – Будьте хорошей девочкой и делайте так, как она говорит.

– Я всегда хорошая девочка, – сказала Роза и шмыгнула носом. – Ах, мистер Бр… что станется с моими игрушками?

– Я пришлю их к Тейлорам все до одной.

– Они там не поместятся. – Пухлой ручкой она вытерла слезу, побежавшую по щеке. – Тот дом гораздо, гораздо меньше вашего.

– Роза… – Закери вздохнул и прижал ее головку к своему плечу. Она приникла к нему, ласково погладила его по небритому подбородку. Но тут же вскочила.

– Вы помнете мисс Крампет!

– Простите. – С виноватым видом он расправил маленькую голубую шляпку куклы.

– А я буду видеться с вами и Лиззи? – жалобно спросила Роза.

Закери не мог ей солгать:

– Боюсь, не очень часто.

– Вы будете ужасно скучать без меня, – предрекла она, вздохнула и начала шарить в кармашке своего передничка.

Что-то случилось с глазами Закери, перед ними все поплыло, и он никак не мог с этим справиться!

– Каждый день, принцесса.

Роза достала из кармашка какой-то маленький предмет и протянула его Закери.

– Это вам, – сказала она. – Это моя ароматная пуговица. Когда станет грустно, вы сможете ее понюхать, и вам полегчает. Мне она всегда помогает.

– Принцесса. – Закери старался, чтобы голос его звучал спокойно. – Я не могу принять вашу любимую пуговицу. – Он попытался вернуть подарок, но девочка оттолкнула его руку.

– Она вам нужна, – настаивала Роза. – Храните ее, мистер Бронсон. Не потеряйте.

– Ладно. – Закери зажал пуговицу в кулаке и наклонил голову, обуреваемый чувствами, с которыми не мог совладать. Он собственными руками сделал все это. Он составил план и осуществил его – леди Холланд Тейлор поселилась в его доме. Но он не имел понятия о том, каковы будут последствия. Если бы он только знал…

– Вы что, сейчас заплачете, мистер Бронсон? – озабоченно спросила малышка.

Ему удалось изобразить что-то наподобие улыбки.

– Попробую сдержаться, – ответил он каким-то чужим голосом. Он ощутил у себя на щеке маленькую ручку, затем Роза поцеловала его в нос.

– До свидания, мистер Бронсон, – шепнула она и ушла, нитка с пуговицами волочилась за ней.

* * *

Утро еще не кончилось, когда его карета была готова к отъезду. Больше его дома ничто не удерживало. Обдумав все, что было сказано между ним и Холли, он понял, что дальнейшими разговорами ничего не добьется. Он предоставил ей выбор, и она сама должна решать, ехать ей или оставаться.

Но следовало уладить еще одно маленькое дельце. Убедившись, что Холли увела Розу в сад, Закери поднялся в ее спальню. Мод была там, она держала в руках высокую стопку сложенной одежды, неся ее от гардероба к кровати. Увидев его в дверях комнаты, она вздрогнула.

– С-сэр? – настороженно произнесла она.

– Я хочу кое о чем попросить вас, – заявил он.

Мод, судя по выражению ее лица, пребывала в полнейшем недоумении. Кроме того, ей явно неловко было оставаться с ним наедине, в комнате, где повсюду были разбросаны вещи Холли. На кровати также лежала кучка ее вещей – щетка для волос, несколько расчесок, коробочка из слоновой кости, маленькая рамка в кожаном футляре. Он не обратил бы внимания на эту рамку, если бы Мод не попыталась незаметно убрать ее с глаз долой.