Мое сокровище - Тереза Ромейн

– Может, упомянутая башня находится в одном из поместий ее семейства? – предположил лорд Хавьер.

Джилс перебрал в уме все те места, что составляли недвижимость их родственников и куда они уже нанесли визиты, так ничего и не отыскав. А лондонский особняк представлял собой обычную каменную коробку, идентичную многим другим столичным постройкам. Какие-либо намеки на башню там отсутствовали – ввысь были устремлены лишь каминные дымоходы.

Отец, очевидно, думал о том же.

– Нет, это явно не в Девоне… – бормотал он. – В Шропшире я тоже не припоминаю какой-либо башни. Может, в Дербишире?.. Джилс, ты не… Хотя нет, там башни тоже нет. В общем – везде лишь простые прямоугольные строения, без каких-либо башен. Даже не представляю, где она может находиться.

– Не беспокойся. – Джилс понизил голос, чтобы не потревожить спящего ребенка, которого леди Ирвинг по-прежнему прижимала к своей, если так можно было выразиться, груди. – Я составлю список всех имеющихся в Англии башен, и мы обследуем каждую, с севера до юга.

– Может, стоит ограничиться лишь теми, что находятся в Лондоне, – предложил отец. – Ну, и еще теми, что в Йоркшире, поскольку все три шкатулки оказались именно там. Впрочем, можно захватить также и Линкольншир.

– Папа, да я просто пошутил. – Джилс перечитал расшифрованный текст. – Вероятно, имеется еще какая-то зацепка, которую мы пока не заметили. Быть может, имена девочек?

Леди Хавьер в задумчивости перебирала лежавшие на столе перья. Наконец сказала:

– Поскольку эти девочки существовали в реальности, их имена могли служить для того, чтобы создавалась связь между шкатулками. Возможно, тут есть какое-то отношение к строфам из Библии. Если бы я могла взглянуть на две другие шкатулки… – Она поднесла имевшуюся в их распоряжении коробочку поближе к свету.

– Она могла спрятать драгоценности в какой-нибудь церкви, – предположила леди Ирвинг. – Строки из Библии… А при церквях имеются башни… Ну, понимаете?..

Джилс устремил взгляд на графиню.

– А ведь в этом есть смысл! Ее родители, как бы ни сердились на нее, вряд ли запрещали ей посещать церковь.

– Юный Резерфорд, не делайте вид, будто вы так уж удивлены, – проговорила графиня. – Не забывайте, что еще в Касл-Парре я единственная распознала цитаты из Библии. Все остальные проявили постыдное невежество.

– В таком случае нам необходимо обследовать лишь церкви, – подытожил Ричард.

– Но в Англии чуть ли не миллион церквей, – проворчала леди Ирвинг. – Не понимаю, почему она не могла написать так: «Я спрятала бриллианты там-то и там-то. Идите и заберите их».

– Да, в самом деле… – поддержал ее Джилс.

– Но тогда не было бы приключения, – заметила леди Хавьер.

– Совершенно верно, – улыбнулся Ричард.

Джилс поднял глаза к потолку и в задумчивости пробормотал:

– Вероятно, все дело в том, что подобные меры препятствуют обнаружению клада случайным человеком.

– Этого можно достичь только на основе дружеского партнерства. – Ричард снова улыбнулся.

Леди Ирвинг чуть ли не застонала.

– Избавьте меня от этой сентиментальной чуши, а не то меня стошнит.

– Ничего подобного, вы обожаете сантименты, – возразил Ричард и чуть приобнял ее за плечи. Графиня на несколько секунд напряженно замерла, после чего расслабилась, словно пригревшаяся на солнце кошка.

– Скорее уж стошнит меня, – буркнул Джилс.

– Нет-нет, ты тоже не чужд сентиментальности, – отозвался отец.

– Ничего подобного.

– Нравится ли вам это, молодой человек, или нет, – проговорила леди Ирвинг, – но вы обязаны уважать отцовский выбор.

В ответ на такое замечание Джилс даже рот раскрыл. После чего губы его растянулись в улыбке. Отец тоже улыбнулся и изрек:

– Отлично сказано, Эстелла. Благодарю.

А тем временем леди Хавьер, не обращая внимания на этот обмен любезностями, продолжала обдумывать имевшуюся у них информацию. Минуту-другую спустя, подняв голову, сообщила:

– Здесь использован старый перевод, но мне он знаком. Это три отрывка из Евангелия от Луки.

И в тот же миг Джилс проговорил:

– Но если драгоценности спрятаны в церкви, а в послании содержатся выдержки из Евангелия от Луки… Скажите, а в Лондоне есть церковь Святого Луки? Или, может, где-нибудь в Йоркшире?

Леди Хавьер взглянула на него чуть расширившимися глазами и радостно воскликнула:

– Конечно же, есть!.. Именно там находится могила Уильяма Кэзлона.

Леди Ирвинг приблизилась к лорду Хавьеру и проворчала:

– Забирайте-ка своего отпрыска, а то у меня нет возможности жестикулировать. – Освободившись от ребенка, она повернулась к племяннице. – Луиза, девочка моя, я уверена, что не только я, но и все остальные не имеют ни малейшего понятия, кто такой Уильям Кэзлон.

Леди Хавьер, улыбнувшись, принялась объяснять:

– Этот человек создал очень удобный типографский шрифт. Я думаю, что почти все имеющиеся в нашем доме книги отпечатаны именно шрифтом Кэзлона. Впрочем, все это к делу не относится… Так вот, в Лондоне действительно есть церковь Святого Луки, и при ней имеется башня, причем – довольно известная.

– Но могут ли драгоценности находиться здесь, в Лондоне? – Джилс вопросительно посмотрел на отца. – Ведь все три шкатулки оказались в северной части Англии. Я полагал, что мать раздала их во время пребывания в своем йоркширском семейном поместье.

– Мы с Беатрис познакомились в Лондоне и решение о побеге приняли тоже здесь. Возможно, она просто переслала шкатулки своим юным подругам. Я как-то не догадался поинтересоваться у Софи, каким образом она получила свою шкатулку – из рук в руки или по почте.

– Значит, Лондон, святой Лука и башня… – Леди Ирвинг окинула взглядом всех присутствующих. – Так что, отправимся туда прямо сейчас?

– Но мы не можем поехать… – Джилс на секунду замялся, – без Одрины… Ведь она тоже участница нашего… приключения.

– Совершенно верно! – с улыбкой воскликнула леди Ирвинг. – В таком случае сначала мы заедем в особняк Аллингемов.

Малолетний аристократ, покоившийся в папиных руках, сладко зевнул – так, как будто вокруг него не происходило ничего особенного. А ведь ожидались весьма знаменательные события…