Мое сокровище - Тереза Ромейн

– А вот и башня, – сообщил Ричард, когда они вышли из кареты.

Но в этом сообщении не было необходимости, поскольку все и так уже увидели это не совсем обычное, устремленное ввысь сооружение, увенчанное тонким шпилем.

Когда же все приблизились ко входу, Джилс обратил внимание на еще один нюанс: у некоторых окон башни имелся довольно-таки заметный наклон. Он быстро прошел вдоль стены и увидел признаки проседания фундамента.

Для самой церкви данное обстоятельство было весьма плачевным, но все же он порадовался тому, что сумел разглядеть такие детали. Ведь это означало, что он – все-таки архитектор!

Не желая испытывать терпение своих спутников, Джилс поспешно вернулся обратно, и они все вместе вошли в церковь. По проходу между скамьями навстречу им двигался человек в сутане – очевидно, служба только что закончилась. Священник поприветствовал их и поинтересовался, чем может быть полезен.

– Мы хотели бы осмотреть башню, – сказал Ричард.

– Мы хотим почтить память нашего родственника, – в ту же секунду промолвил Джилс.

– Мы намерены посетить могилу Кэзлона, – почти одновременно с ними сообщила леди Ирвинг.

Священник взирал на них в недоумении.

– Дело в том, – поспешила вмешаться Одрина, – что у нас сразу три цели. – Она резко вскинула подбородок, отчего возник тот образ, который Джилс раньше считал заявлением о ее, графской дочери, превосходстве. Но теперь-то он понял, что она просто давала понять, что имела полное право здесь находиться. – Перед уходом мы, разумеется, оставим щедрое пожертвование, – добавила девушка.

В ее ридикюле звякнули монеты, и священник утвердительно кивнул:

– Вы можете оставаться здесь столько, сколько сочтете нужным. Не буду вам мешать и оставляю вас с миром. – С этими словами он продолжил свое шествие к выходу.

– Да пребудет мир также и с вами, – сказал ему вслед Ричард.

– Папист, – буркнула леди Ирвинг.

Через несколько секунд они остались одни – с запахами сырости и свечной копоти и без каких-либо идей насчет того, с какого места начинать поиски. Джилс окинул взглядом стены, мозаичные окна и стеклянную перегородку за алтарем.

– Эй, юный Резерфорд, довольно глазеть по сторонам. Начинайте взламывать пол. – Леди Ирвинг ткнула его локтем в бок и указала на черно-белые плиты пола.

– Я вовсе не собираюсь разрушать этот храм… – Джилс потер ладонью ребра. – Тем более что моя мать вряд ли что-то спрятала именно под плитами… Ведь тогда ей пришлось бы взламывать их самой.

– Черт!.. Неужели она не могла позаботиться о том, чтобы облегчить наши поиски? – проворчала леди Ирвинг.

– Возможно, и могла бы, – Ричард пожал плечами. – Но какой тогда интерес в жизни, если кто-то тебе все и всегда облегчает?

– Ох, папа, мы с тобой разные люди… – протянул Джилс.

– Конечно, разные. – Отец хлопнул сына по плечу. – Но что в этом плохого?

– Абсолютно ничего.

– Пока вы тут разглагольствуете и дискутируете, – голос отошедшей в сторону Одрины эхом отразился от каменных стен, – я обнаружила камень с указанной на нем датой.

– Дайте-ка взглянуть! – Леди Ирвинг первая подошла к тому месту, где стояла Одрина. – А-а… так здесь стоит 1729 год… Это, видимо, год постройки. От этой даты нам никакого прока.

– Да нет, не этот… другой… – Присев на корточки, Одрина указала на один из камней в самом нижнем наклонном ряду, соединявшем пол и стены. – Вот, смотрите…

Джилсу пришлось чуть ли не улечься на пол, чтобы его глаза оказались на уровне ее пальцев.

– Я нащупала эти цифры, – пояснила Одрина. – Сам камень гладкий, но я чувствую: на нем что-то выгравировано. Можешь что-нибудь разглядеть?

На поверхности камня значилось: 1785. И эта дата была вполне реалистичной. Как раз тридцать пять лет назад мать и оставила в Англии свои драгоценности и три шкатулки с секретом – послание и дар своей семье, которой на тот момент у нее еще не было.

– Не думал, что у мамы имелись навыки в гравировке. – Джилс провел кончиками пальцев по цифрам, таким маленьким, что можно было усомниться в их наличии. И тем не менее они существовали.

Поднимаясь с пола, Джилс улыбнулся – несмотря на подступившие к глазам слезы. Мать как будто явилась вдруг перед ним – такой, какой была еще до болезни. Выцарапывая эти цифры, она наверняка лукаво улыбалась – озорная молодая женщина, похожая на него, с такими же рыжими волосами и веснушчатым лицом…

– Как жаль, что ты не была с ней знакома, – прошептал Джилс, повернувшись к Одрине.

– Да, жаль, – шепнула та в ответ. – Хотя у меня такое ощущение, будто я ее немного знаю. Она наверняка обожала приключения.

– Так значит, за этим камнем что-то спрятано… – Леди Ирвинг выпрямилась, держась за поясницу. – И при этом никто из нас не захватил никакого инструмента, ведь так?

Одрина запустила руку под плащ, к кармашку на своем золотистом платье.

– У меня есть перочинный ножичек. Я им вооружилась еще утром, когда писала письма, – на случай, если возникнут какие-то проблемы с Ллуэлином. – Она сообщила это совершенно бесстрастно и, раскрыв ножик с рукояткой из слоновой кости, протянула его Джилсу.

Но он, взяв не нож, а ее за руку, прошептал:

– Я люблю тебя… Ты знала об этом?

Эти слова вырвались у него сами себой, но тем не менее были вполне уместны.

Одрина, по-прежнему сидевшая на корточках, вскинула брови.

– В общем-то нет. Но это не важно. Знаешь, а ведь я тоже люблю… тебя.

Минута проходила за минутой, а они по-прежнему сидели на полу, держа между собой раскрытый нож. И оба улыбались. Наконец, словно очнувшись ото сна, Джилс помотал головой и пробормотал:

– В самом деле?

– Да. – Одрина кивнула, заморгала, отгоняя слезы, и тут же засмеялась.

И журчание ее голоса заставило Джилса забыть о том, что он сидел на холодном каменном полу. Он воспринимал лишь ее лицо, ее смех и все ее очарование. И – о боже!.. Такая девушка носила при себе нож?! Подавшись вперед, Джилс чмокнул Одрину в губы.

– Вы изумляете меня, принцесса! Вы просто бесподобны.

– Все это, конечно, умилительно, но… – Голос леди Ирвинг донесся до них словно с заоблачной высоты. – Но если ни один из вас не применит нож против этого камня, я применю его против вас.

– Похоже, мы здесь не одни, – проговорил Джилс с улыбкой.

Сейчас его, впрочем, совершенно не беспокоило то, что за ними наблюдали. По-прежнему улыбаясь, он взял нож из рук девушки и втиснул лезвие в зазор между камнями.

– Входит довольно легко. – Джилс слегка надавил, и послышался хруст. Руки его чуть подрагивали. – Похоже, в этом месте использован известковый раствор. Но он легко поддается.