Фиалки на снегу - Патриция Грассо

— Очень! — Лили еще крепче прижалась к Изабель и прошептала ей в самое ухо: — Доббс и Джунипер ничего не понимают в верховой езде, они не разрешали мне кататься на пони…

Изабель улыбнулась. В это время из дома вышли Доббс и Джунипер.

— Добро пожаловать домой, ваши светлости, — сказал он, и Джунипер повторила:

— Добро пожаловать домой!

— Спасибо, — искренне поблагодарила их Изабель. — Это так чудесно — снова оказаться дома! — Она обратилась к Лили: — Вы все съели или оставили нам что-нибудь на обед?

— Оставили, — заверила ее Лили, и все рассмеялись. Джон и Изабель взяли девочку за обе руки, и втроем они пошли прямо в столовую. Няня и дворецкий чинно шли за ними, но, едва войдя в дом, оставили хозяев и занялись своими обязанностями.

Официант принес телятину, овощи под соусом и сливочный крем на десерт.

— Вам было весело? — спросила Лили. Весь обед она не сводила с них глаз, словно не веря, что они наконец вернулись.

— Очень, — ответила Изабель. — Но самого главного ты еще не знаешь: в будущем месяце мы поедем туда все втроем!

Лили захлопала в ладоши и тут же спросила, обращаясь к Джону:

— А что вы там делали?

— О, — засмеялся Джон и бросил взгляд на жену, — много чего! Мы очень интересно проводили время!

— Леди Белли, — обеспокоенно посмотрела на нее Лили, — вам нехорошо? Вы вся такая красная!

Джон не смог сдержать смеха, но Изабель сердито посмотрела в его сторону и ответила Лили:

— Нет, я просто устала.

— Тогда вам нужно лечь в постель, — заметила девочка.

— Она от этого и устала, — вставил Джон.

— Тысяча чертей! От этого люди не устают! — фыркнула Лили.

Услышав это ругательство, Изабель укоризненно взглянула на мужа. Тот пожал плечами и вопросительно поднял брови. Обед продолжался.

Уводя Лили наверх, Изабель обнаружила, что и вправду очень устала. Но усталость была приятной; войдя к себе в спальню, она переоделась в рубашку и, даже не причесавшись, скользнула в постель.

Неожиданно на краю постели появилась Гизела.

— Да, твой медовый месяц оказался прекраснее любой мечты, — сказала она. — Герцог уже знает о ребенке?

— О ребенке? Каком ребенке? — Изабель непонимающе уставилась на Гизелу.

— Следующей весной ты станешь матерью, — сказала она.

— Поверить невозможно! — воскликнула Изабель.

— Разве я когда-нибудь лгала тебе?

Изабель покачала головой.

— Разве мои предсказания когда-нибудь не сбывались? — строго продолжала ее охранительница. — Верь мне, дитя мое: весной у тебя появится свой ребенок.

Глаза Изабель сияли от счастья: скоро она станет матерью двоих детей — Лили и того, кто родится…

— Это будет мальчик или девочка? — спросила она.

Гизела пожала плечами и ничего не ответила.

— Ты же знаешь, кто это будет! Зачем ты меня дразнишь?

— Интереснее не знать до последней минуты, — ответила Гизела. — Даже и не проси меня сказать тебе заранее!

— Спасибо и на этом, — сухо сказала Изабель.

— Но вот и твой принц… — Гизела растаяла в воздухе, и тут же в комнату вошел Джон.

Он подошел к Изабель и поцеловал ее.

— Вообще-то мне нужно раздеться, — сказал он, заметив, что она слегка разочарована таким началом.

Изабель покраснела, но все равно не смогла удержаться, чтобы не следить за ним, пока он раздевался.

— Знаешь, — сказал Джон, ныряя в постель, — каждый раз при виде Лили я представляю тебя маленькой… Я действительно полюбил ее, словно родную дочь!

— Я тоже очень люблю ее. — Изабель смотрела ему в лицо своими огромными сияющими глазами. — Как могла Лизетта бросить ее!

Джон погладил Изабель по щеке.

— Я принял решение. Как только мы вернемся в Лондон, я удочерю Лили, и тогда никто не отнимет ее у нас, даже Лизетта!

Изабель, приподнявшись на локте, посмотрела ему в глаза… Потом она нашла его губы, и они слились в долгом поцелуе…

— Спи, моя фиалка на снегу, — сказал Джон.

— Но я не хочу спать, — запротестовала она.

— Зато я очень хочу. Боже мой, как же утомительно иногда бывает наслаждение!

Изабель нежно, но настойчиво провела ладонью по его груди и животу.

— Ну пожалуйста, не засыпай прямо сейчас… — Ее длинные пальцы упрямо продвигались все ниже.

— Хорошо, — сдался Джон. — Я попробую.

Он нежным движением перевернул ее на спину, и она ощутила на себе тяжесть его тела…

Джон проснулся с рассветом и тихонько поднялся, чтобы, по обыкновению, совершить верховую прогулку. Он направился к конюшне, которая находилась во внутреннем дворике, и вдруг увидел Джуниггер. Она шла навстречу ему из домашней часовни. Няня приложила палец к губам, призывая его к молчанию, и, заглянув в часовню, Джон увидел там Лили: девочка стояла на коленях у алтаря.

— В чем дело? — шепотом спросил Джон.

— Лили сказала, что хочет поговорить с богом, — так же тихо ответила Джунипер.

Джон уже собирался уйти, когда услышал голос Лили.

— Господи! Господи, ты здесь? Ты слышишь меня? — спросила она.

Джон сделал шаг и оказался внутри. Он сжимал губы, чтобы не рассмеяться — так забавно выглядела Лили на коленях в пустой часовне.

— Это я, Лили, — сказал он, овладевая собой.

Молчание. Джон позвал:

— Лили Дюпре!

Девочка снова ничего не ответила.

— Господи, — наконец сказала она, — я знаю, ты думаешь, я снова хочу у тебя что-нибудь попросить. Но это не так… То есть, — поправила она саму себя, — я, конечно, очень хочу пони, но могу обойтись и без него. Я пришла поблагодарить тебя за то, что ты ответил на одну мою молитву. Помнишь, сколько ночей подряд я просила тебя послать мне папу?

Джон больше не улыбался. Он слушал, затаив дыхание.

— Господи, спасибо, что у меня теперь есть такой замечательный папа, — продолжала Лили, складывая руки. — Жаль только, что он требует, чтобы я говорила ему «ваша светлость»… Но я не жалуюсь, господи, хотя… — Она остановилась, раздумывая: продолжать или она уже сказала достаточно.

Джон приблизился к ней, и наконец девочка заметила его. Он опустился на колени и так же, как она, спросил, глядя вверх:

— Господи, ты слышишь меня?

— Он слышит, ваша светлость, — шепотом заверила его Лили.

Джон кивнул.

— Господи, спасибо тебе за то, что у меня теперь есть такая замечательная дочь. Но прошу тебя: пусть она согласится называть меня папой!