Одна маленькая вещь - Эрин Уатт

– Вместе? – я хмурюсь в замешательстве. Что, черт побери, Джефф наговорил своим родителям?

– Джеффри был так потерян после смерти Рейчел, – говорит она, ее тон наконец теряет жизнерадостность. – Просто сам не свой. Вот почему он поехал в Англию. Хотя ты все это знаешь.

Мне неизвестны подробности, но, кажется, это важно, поэтому я веду себя так, будто понимаю, о чем она говорит.

– Да, он сказал, что нашел себя, – лгу я.

– Надеюсь на это. Боже, я на это надеюсь. После происшествия с сыном Дебби я была так обеспокоена. С тех пор как вернулся, он больше ни с кем не дрался. И все были так милы с ним.

– Нет. Никаких драк. – По крайней мере, это – правда. Но я никогда не слышала о случае с сыном Дебби, их экономки.

– Я должна была уделять ему больше внимания после того, что случилось с Рейчел. Но ты знаешь, как мы заняты. – Отец Джеффа – какая-то крупная шишка в страховой компании. Он проводит большую часть времени в Чикаго. Но мать, насколько знаю, не работает. Может, она занята благотворительностью или чем там занимаются в свободное время по-настоящему богатые женщины.

– Подростки могут быть скрытными, – говорю я, задаваясь вопросом, куда приведет нас этот разговор.

Она глотает наживку.

– Меньше всего мы беспокоились о таблетках, – признается она. – Но его гнев был своего рода вызовом. Мы до сих пор делаем подарки своей экономке, чтобы как-то извиниться за случившееся.

– Это точно, – соглашаюсь я, хотя на самом деле все еще ничего не понимаю. Что, черт побери, сделал Джефф? Что за проблемы с гневом? Такие серьезные, что его вынуждены были послать в другую страну? Только я собираюсь спросить, как на лестнице появляется голова Джеффа.

– Лиззи, – говорит он.

– Бэт, – холодно напоминаю ему я.

– Идем. У меня есть для тебя кое-что. – Он хватает меня за руку и тащит вниз по покрытым ковром ступеням.

Я не верю ему. По крайней мере, не хочу верить, но мои ноги следуют за ним. Если у него и правда есть какие-то вещи Рейчел, не собираюсь оставлять их тут. Помню, как она была несчастна в дни перед смертью, как отстранилась от нас всех.

Неопределенная мысль, что закралась ко мне раньше, превратилась в глубокую убежденность. Джефф был причиной ее несчастья, из-за которого она перестала улыбаться и разговаривать с нами. Он не заслуживает ни единой ее вещи.

– Почему ты раньше не сказал мне об этом? Уже почти конец октября.

– Я только что нашел их. Забыл, что они у меня.

Мы продолжаем идти вниз по ступеням. Их подвал – размером с мой дом. Там есть бар и комната, заполненная сотнями бутылок с вином. Я вижу бильярд и ряд окон, выходящих на бассейн, закрытый на зиму.

Мы проходим большую зону отдыха и оказываемся в отделанной панелями комнате с двумя громоздкими кожаными диванами. В центре стоит покрытый зеленым сукном стол. На стенах дурацкие картины с собаками, играющими в карты.

– Присаживайся. – Он подходит к шкафу и открывает дверь. – Хочешь выпить? – В руках у него бутылка водки.

– Где коробка?

– Хочешь выпить? – Он слегка встряхивает бутылку.

– Нет. Мне нужна коробка.

– Всего одну рюмку.

– Сейчас четыре часа дня. Я не хочу пить. – Смотрю на часы. Прошло всего десять минут. Осталось пятьдесят. Сажусь на диван. – Налей мне содовой.

– Хорошо. Когда ты стала такой нервной? – ворчит он и достает небольшую бутылку «спрайта». Бросает ее мне на колени и устраивается очень близко. Я отодвигаюсь и снова смотрю на часы. Время движется медленнее черепахи.

– Куда-то спешишь? Твой дружок-уголовник ждет? – Он подносит бутылку с алкоголем к губам.

– Отец сказал, что скоро вернется. Тебе лучше отдать мне, что хотел.

– Ты все еще не получила назад свою тачку? – Он цокает языком. – Будь хорошей девочкой, и я отвезу тебя, куда захочешь.

– Отвези меня в дом моего дружка-уголовника.

Джефф поднимает бутылку, и на мгновение мне кажется, что он ударит меня ею. Но он снова прикладывается к горлышку. Должно быть, мне показалось.

– Ты стерва, знаешь это? – говорит он, утирая губы ладонью.

– Это что, оскорбление?

– Что с вами, девчонками, стало? Ты – стерва, Скарлетт – шлюха. Вы были когда-то такими хорошенькими. – Последнее он едва мямлит.

Я машу рукой перед лицом, чтобы избавиться от запаха перегара.

– Может, это не мы изменились.

– Не-а. Это вы. Всегда вы, сучки, меняетесь. Ты, твоя сестра, Скарлетт. С вами больше забот, чем вы того заслуживаете, – бормочет он. – Вам нужно преподать урок.

Я вынуждена провести еще сорок минут, слушая разглагольствования Джеффа о том, какие женщины плохие. Лучше залить уши воском.

– Спасибо за твое мнение, но где коробка?

– Это все ваше «девочки, вперед!» и прочее дерьмо. Вот что не так с этим миром. Вы все превратились в мужененавистниц.

Что за засранец. Очевидно, нет никакой коробки с вещами Рейчел в этом подвале и в этом доме. Даже если бы и была, это неважно. Что бы у него ни осталось от Рейчел, это теперь неважно. Точно так же, как неважны качели и свободное место на ее вешалке. Эти вещи – не сама Рейчел. Она живет в сердцах людей, которые любили ее. Похоже, Джефф не был одним из них. Не знаю, какую игру он ведет, но отказываюсь участвовать.

– Как хочешь. Я ухожу. – Пойду домой пешком.

Прежде чем успеваю дойти до двери, передо мной возникает Джефф. Водка проливается из бутылки на его руку.

– Проклятье, – ругается он. – Посмотри, что ты наделала.

Я отталкиваю его руку.

– Ничего я не делала. – Мысленно я уже в другом месте. Мне нужно повидать Скарлетт. Даже если она злится на меня, мы должны поговорить о Джеффе. Он неправильно относится к ней, а все, что его мать рассказала мне наверху, вызывает сильное беспокойство.

– Рейчел всегда говорила, что ты упрямее осла.

Я останавливаюсь, положив ладонь на ручку двери.

– Она говорила, что ты играла бы лучше, если бы не прыгала так быстро за мячом, – продолжает он, и я слышу, как его шаги удаляются от меня.

Разворачиваюсь взглянуть на него. Рейчел действительно говорила так о моей игре. Я слишком спешила, пытаясь угадать, куда упадет мяч.

– Почему ты вспомнил об этом сейчас?

– Потому что недавно нашел ее вещи. – Джефф бросает на кофейный столик между двумя диванами небольшую коробку для карт. У него действительно есть вещи Рейчел.

Я отпускаю дверную ручку и медленно иду к нему, но останавливаюсь на полдороге.

– Почему тебя послали в Англию? – осторожно спрашиваю я.