Милашка для грубияна - Илона Шикова

— Я запомню, — ф кивает Петровна. — А теперь тишина, и всем приятного аппетита.

— Спасибо! — летит со всех сторон, и все продолжают обедать.

За столом тишина, все увлечены поеданием стряпни домработницы, а я все равно продолжаю коситься на девушку, сидящую напротив. Что-то она уж слишком молчалива, надо как-то ее разговорить, а то даже скучно становится. Хотя мой друг сегодня выступает первым номером. Повеселила их перепалка с Дариной всех, даже интересно стало — они точно ненавидят друг друга?

Пашка рядом сопит, и даже на мои толчки локтем ему в бок не обращает внимание. Ничего, подуется и успокоится — обычно он быстро отходит.

Заканчиваем с обедом, благодарим Петровну, а хмурый Пашка со словами: «Я на перекур» первым покидает столовую. Аня с Катей помогают женщине убрать со стола, несмотря на ее возражения, а Дарина смотрит вслед ушедшему парню.

— Пойду мириться, а то надулся, как индюк, — смотрит на меня. — Обещаю сильно не бить, — усмехается и выходит следом за Павлом.

Девочки, не найдя Дарину рядом со мной, удивленно пялятся в мою сторону.

— На улице вместе с Пашкой, — отвечаю на их немой вопрос. — Она одну, Анют, и то для дела. Не сердись.

Что-то точно со мной не то происходит. Уже даже фразами Дарины начал говорить, так скоро в моем лексиконе появятся и другие словечки этой троицы.

— Купаться? — Катя смотрит по очереди то на меня, то на свою подругу. Анна кивает головой, и они вдвоем снова переводят взгляд на меня. — Отмазки не катят, Вишневский. Идем переодеваться.

И я следом за ними плетусь к лестнице, а после к себе в комнату. Минут через пять, когда я уже надел короткие шорты, ко мне в спальню заходит довольный Пашка.

— Не убил? — спрашиваю у друга с ухмылкой.

— Обошлось, — улыбается в ответ. — А ты чего не в плавках?

— Видишь ли, — тяжело вздыхаю. — С недавних пор я предпочитаю более свободную одежду.

— Даже так? — парень поднимает обе брови вверх. — Мы можем уехать. Обещаю доставить девочек домой в целости и сохранности.

— Пока держу себя в руках, — смеюсь в ответ. — А шорты на всякий случай, мало ли, вдруг поддамся соблазну. И Катя не простит, если ты сейчас подруг ее увезешь, — провожу рукой по волосам. — И кто меня за язык тянул.

— Тогда и мне давай, — теперь приходит моя очередь поднимать брови. — Сам же сказал, на всякий случай. Хоть она и стерва, но красавица. Я, может, и недолюбливаю ее, но с глазами у меня проблем нет.

— А как же блондинки?

— Пора взрослеть, — смеется, после чего получает от меня шорты, переодевается, и мы спускаемся вниз, где нас ждут девочки.

Возле бассейна четыре шезлонга, и Пашке приходится идти самому за пятым. Ворчит, но идет.

Вода охлаждает тело после духоты, а также небольшой заплыв позволяет избавиться от мыслей с эротическим подтекстом. А та, которую эти самые мысли касаются, смеется со своими подружками, как ни в чем не бывало.

Располагаемся на шезлонгах под зонтами. Правда, увидев, как Петровна несет напитки на подносе, моя совесть начинает бунтовать, и я забираю ношу у женщины, за что получаю в ответ улыбку.

Начинается непринужденная беседа о вчерашнем вечере. Так как Павла с нами не было, то девочки по очереди, иногда перебивая друг друга, рассказывают о походе в клуб.

— Вы забыли, — встреваю я в разговор, — как в машине музыку настраивали. Прикинь, Павлик, одной хотелось кофе в четыре утра, вторая собиралась за коньяком в магазин вместе с корочкой, а третья рвалась танцевать. Еле угомонил.

— Ой, — машет рукой Дарина. — Нашел, что вспомнить.

— Мог бы и промолчать о наших шалостях, — щипает меня за бок Катя, которая лежит на шезлонге рядом, а я перехватываю ее руку. Сжимаю в своей ладони и не отпускаю. А девушка даже не пытается ее выдернуть.

— Кстати, — Паша поворачивается к Дарине лицом. — Покажи, что написано на спине, а то я в бассейне не рассмотрел.

— Дались тебе мои татуировки, — вздыхает тяжело прокурорша. — Это ошибки молодости.

— Ну, интересно же, — продолжает настаивать мой друг.

— Как маленький мальчик, Балабанов, — Дарина пристально смотрит на него. — Ты серьезно?

— Абсолютно, — отвечает Паша как на духу.

— Господи, — не выдерживает Катя. — Да покажи ты ему, а то будет ныть полдня.

Дарина громко вздыхает, после чего переворачивается на живот. Даже я приподнимаюсь, чтобы прочитать, что там написано, и слышу, как Катя с Анечкой усмехаются. «We will all laugh at gilded butterflies» выведено каллиграфическим шрифтом. Пашка читает вслух, после чего задает вопрос:

— Темыч, как это переводится?

— Позорище, — тихо произносит Дарина.

— Если я правильно понимаю — мы все будем смеяться над позолоченными бабочками, — перевожу другу надпись на английском.

— Это «Король Лир», Уильям Шекспир, — поясняет Анна. — Дарина его обожает.

— Буду знать, что на день рождения дарить, — усмехается Пашка. — А сбоку? — девушка стонет, но поворачивается на правый бок, и Пашка снова громко читает, проводя пальцами по строчкам:

— There once was a little girl who never knew love until a boy broke her HEART. Темыч, переводи.

— Господи, — теперь уже встряет Катя, — что тут переводить? Когда-то на свете жила маленькая девочка, и не знала она любви, пока ее сердце не было разбито мальчиком.

— Тебе какой-то мальчик сердце разбил? — спрашивает Пашка.

— Балабанов, отвали, — Дарина снова ложится на спину.

— А третью? — парень делает удивленное лицо.

— Обойдешься, — отвечает строгая брюнетка. — Кстати, а ты почему без девушки?

— Какой девушки? — Пашка смотрит круглыми глазами сначала на Дарину, потом на меня, а я в ответ только пожимаю плечами.

— Той, из-за которой весь сыр-бор в ресторане вышел у Артема на дне рождения, — поясняет девушка.

— Нашла, что вспомнить, — кривится Павел. — Лучше купаться пошли.

До вечера время пролетает быстро. После бассейна мы плавно переместились в бильярдную. Я-то уже знал на тот момент, что связываться с этой троицей опасно. А вот Пашка, наивный, повелся на красивые глазки. Я давно так много не смеялся, как в этот вечер, особенно с выражения лица своего друга после очередного проигрыша Дарине или Анне. Играли, конечно, девчонки хорошо, но я видел, что Пашка несколько раз им немного поддался. Так аккуратно и тактично, как я недавно делал с Катей, проигрывая ей желание. Может, стоит еще разочек повторить нашу игру? Только теперь, боюсь, одними желаниями она не отделается.

На часах почти девять вечера, и девочки собираются домой.

— Я отвезу, — говорит Паша, когда Аня заикнулась было о такси.