Невеста наоборот. Синдром первого свидания - Вероника Лесневская

- Да, сестру подвезти надо… - обрывает свою же фразу, словно не договаривает что-то. – А ты? – видимо, расслышал гул нашей машины.

- С родителями в гости, - выдаю почти правду. – Вилен, я обязательно расскажу тебе обо всем потом, обещаю, - выпаливаю на одном дыхании и действительно готова быть честной с ним.

Он определенно будет недоволен моим сегодняшним поступком, наверняка станет ругать меня, но если мы говорим о доверии, то оно должно быть обоюдным.

- Ангелочек? – зовет тихо и настороженно, словно чует неладное. – Все идет по плану? – бросает коротко, но мне не нужны пояснения.

- Понедельник, Вилен, - шепчу, чуть прикрывшись ладонью.

- Я люблю тебя, ангелочек, - слышу с его тоне улыбку.

- И я тебя, - отвечаю нежно и отключаюсь.

Ловлю на себе неодобрительный взгляд Льва и, фыркнув, закатываю глаза. Отворачиваюсь к боковому окну, делая вид, что меня заинтересовал загородный пейзаж. Впрочем, в этом тихом районе действительно красиво.

Мы подъезжаем к темно-бордовым кованым воротам с изображением морды льва посередине. Как символично! За высоченным забором, украшенным помпезными узорами из декоративного камня, расположен двухэтажный особняк. Именно здесь живет семья дипломата. Наверняка, и ее члены такие же вычурные и спесивые, как все вокруг.

Впрочем, мне продержаться всего лишь один вечер, а потом навсегда забыть об этих людях, о фиктивной помолвке со Львом, о наших родителях. Я смогу дышать свободно и жить в свое удовольствие рядом с любимым мужчиной.

Всего один вечер…

Улыбаюсь и выхожу из машины, припарковавшейся во дворе. Аккуратно наступаю на мелкую плитку, опасаясь угодить шпильками в щель, и принимаю руку, любезно предоставленную мне Львом.

Легким движением поправляю завитые локоны, уложенные в прическу, провожу руками по вечернему платью из бордового бархата. Но тут же запахиваю пальто, вспомнив "наказ" Вилена одеваться теплее. А следом – и нашу последнюю ночь. Невольно краснею, становясь в тон наряду.

На крыльце особняка нас встречает то самое важное семейство.

Высокий брюнет средних лет, наверно, это и есть наш дипломат. Его лицо тронуто мимическими морщинами, но все компенсирует очень добрая улыбка. Почему-то вспоминаю Вилена, однако тут же отгоняю от себя его образ.

Скоро, Лина, скоро все это закончится – и мы будем вместе. А пока…

Перевожу взгляд на спутницу дипломата. Под руку его держит шикарная блондинка «без возраста», с идеальной фигурой, кожей, прической… Да все у нее идеально! Женщина невероятно красивая, вот только взгляд ее миндалевидных глаз и черты лица почему-то кажутся мне смутно знакомыми.

Лихорадочно вспоминаю имена супругов. Сергей Леонидович и Милана Ярославовна. Да, точно!

Наши со Львом родители здороваются с хозяевами, перебрасываются парой фраз, а я лишь смущенно улыбаюсь. Моя роль сегодня маленькая. Скучающим взглядом окидываю фасад особняка, а потом моим вниманием овладевает пожилой мужчина, внезапно появившийся за спинами хозяев.

Всматриваюсь в его лицо, ловлю на себе непонимающий взгляд, который переводится на Льва, и ошеломленно выдыхаю. Это ректор нашего университета Ярослав Геннадьевич Астахов собственной персоной! Не помню, чтобы родители Льва упоминали о нем! Но, судя по испуганно-подобострастному вздоху моей матери, я не ошиблась.

Правда, одет сегодня ректор более свободно, чем на работе: бежевый свитер и брюки, никаких галстуков, запонок, пиджаков и прочих атрибутов делового руководителя. Но все то же строгое выражение лица, которое почему-то ожесточается, когда он смотрит на меня. Особенно, когда нас со Львом представляют в качестве будущих супругов.

Подумать о том, чем обусловлено предвзятое отношение Астахова ко мне, я не успеваю. Меня отвлекает звук подъезжающей машины. Не спешу оборачиваться, потому что, если говорить на чистоту, мне все равно, кто там приехал. Я все еще не могу отойти от встречи с ректором. Кем он приходится хозяевам? Наверняка какой-то родственник! Надо было спросить у родителей Льва фамилию этого дипломата. Но я была слишком шокирована внезапной новостью.

Если мыслить логически, Ярослав Геннадьевич вполне может оказаться отцом Миланы Ярославовны, не зря ведь у нее его отчество. В таком случае, вариант с фамилией отпадает: девичью она сменила в браке.

Неожиданно отмечаю, что глава семьи Сергей Леонидович расплывается в широкой улыбке и чуть ли не сияет. Смотрит мимо нас, в направлении припарковавшегося автомобиля, и выглядит довольным. Нет, даже не так. Складывается впечатление, что ему только что вернули величайшую ценность. Милана Ярославовна, в свою очередь, сохраняет образ снежной королевы. Или она так мастерски маскируется, или ей действительно плевать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Как раз собираюсь оглянуться, но в этот момент меня оглушает звонский женский голос, который кажется мне смутно знакомым. Секунда – и на шее Сергея Леонидовича повисает молоденькая блондинка. Скольжу взглядом по ее силуэту, жду, пока она развернется к нам лицом, - и еле сдерживаюсь, чтобы не ахнуть.

Аня? Сестра Вилена? Здесь?

«Где твой Вилен и где семья дипломата», - звенят в голове ехидные слова Льва, а я на миг прикрываю глаза и молюсь, чтобы все оказалось всего лишь ночным кошмаром.

- Фамилия, - тихо рычу лже-жениху на ухо, а он непонимающе смотрит на меня. – Фамилия этого семейства?

- Артемьевы, а что? – невозмутиво пожимает плечами.

Время останавливается, сердце прекращает свое биение, а разум упорно отвергает очевидное. Чувствую прожигающий мою спину взгляд, исследующий, проникающий под одежду, под кожу, испепеляющий… Но до дрожи в коленках боюсь обернуться.

- Впрочем, стрекоза, ты меня уговорила, - до боли родной голос сталью разрезает воздух и рвет мою душу. - Пожалуй, я задержусь здесь ненадолго.