Один прекрасный вечер - Кристина Додд

– Вряд ли, – призналась Клариса.

Роберт обвел взглядом теплый, заполненный нарядной толпой зал. Мужчины окружили Миллисент, пары танцевали деревенский танец, слуги разносили шампанское.

– Мы исполнили наш долг. Все тебя здесь видели.

– Все, за исключением полковника Огли и его жены, – спокойно возразила Клариса. – Нельзя избежать неизбежного, Роберт. Я должна пообщаться с ним напрямую. Если хочешь, чтобы все сработало, он должен быть уверен в том, что я здесь, в зале.

Огли поверил бы в то, что принцесса хочет выразить ему свое восхищение. Огли наблюдал за Кларисой с таким видом, словно ему стоило лишь протянуть руку, и она будет принадлежать ему. И Роберт знал, что Огли часто действовал из спонтанных побуждений. И за этим следовала трагедия.

Но не на этот раз.

– Хорошо. – Роберт подтолкнул Кларису к толпе, собравшейся вокруг полковника Огли и его жены. Клариса жалась к Роберту, словно искала у него защиты.

Вальдемар должен был проследить за тем, чтобы полковник не причинил Кларисе вреда, когда та предстанет перед Огли в обличье Кармен. Вальдемар, познакомившись с Кларисой, настаивал на том, чтобы ему позволили бежать без необходимых документов. Но Роберт, да и сам Вальдемар знали, что в этом случае Вальдемар уже не сможет вернуться в Англию, не подвергая себя риску быть схваченным и казненным за дезертирство.

Несмотря на все его криминальное прошлое, Вальдемар, каким узнал его Роберт, был самым славным из жителей Соединенного Королевства, и посему Роберт считал, что Вальдемар заслужил право на все почести героя войны, на новый шанс в жизни, на покой или на жизнь, полную приключений, или просто на жизнь честного человека, если пожелает. И теперь каждый шаг, каждое движение приближали их к заветной цели. К развязке. Роберт и Вальдемар, Клариса и Огли – все были героями пьесы, написанной и поставленной Робертом, и да поможет им Бог, если им не удастся сыграть ее убедительно. Убедить Огли в том, что сеньора Кармен Мендес действительно приехала из Испании, алчущая мести и имея при себе орудие возмездия.

– Миссис Огли, как вы замечательно выглядите сегодня! – сказал Роберт, учтиво поклонившись худой и плоской, невзрачной женщине, повисшей у Огли на руке.

– Спасибо, милорд. Какой роскошный бал вы устроили в честь Оскара! – Глаза миссис Огли блестели от возбуждения.

– Для меня высокая честь воздать должное такому герою. – Роберт остановил лакея с подносом. – Ваш бокал почти пуст, полковник Огли. Возьмите еще.

– Благодарю. – Огли усмехался в лицо Роберту, словно наслаждаясь унижением гостеприимного хозяина.

– Насколько я понимаю, сегодня нас ждет еще и фейерверк, – сказала миссис Огли.

– Да, непременно, – откликнулся Роберт.

– Лорд Хепберн говорит, что самый роскошный фейерверк или самый пышный бал лишь скромная дань его геройству. – Янтарные глаза Кларисы лучились восхищением.

С тяжеловесной галантностью полковник Огли произнес:

– Тогда, возможно, вы окажете честь этому герою, согласившись станцевать с ним следующую кадриль?

– Мне не следует… – Клариса жеманилась, в то время как Роберт чертовски хорошо понимал, что она должна ясно и прямо отказать ему. Отказать твердо и решительно. – Я сегодня подвернула лодыжку, но мне еще никогда не выпадало счастье, и не выпадет впредь, потанцевать с героем. Да, полковник. Я с удовольствием принимаю ваше приглашение.

Первым побуждением Роберта было остановить их. Но Клариса права. Если Огли станцует с ней, то укрепится в своей убежденности, что Клариса находилась в бальном зале в тот момент, когда он пересекся с Кармен. Однако Роберт не хотел, чтобы Огли к ней прикасался.

Огли тоже это знал, и потому бросил на Роберта победный взгляд, когда повел свою партнершу на середину зала, где уже собирались танцующие.

Многочисленные почитательницы героя, обмахиваясь веером, расступились, занимая удобные позиции для наблюдения за парочкой.

– Какая красивая, пара! – произнесла миссис Огли.

Тут Роберт понял, что должен пригласить на танец жену героя, а ведь он не танцевал с тех пор, как вернулся домой с полуострова.

Но его выручила миссис Огли:

– Оскар – большой любитель танцевать, чего не скажешь обо мне. Я не помню движений, не чувствую ритма. Оскар пытался меня учить, но ничего не получилось. Я безнадежна.

– Должен признаться, я тоже безнадежен. – Более того, Роберт должен был оставаться на месте, чтобы пристально следить за Огли. Клариса испытывала неловкость из-за его похотливых взглядов, которые он на нее бросал.

Но тут Роберт подумал, что хороший хозяин должен общаться с гостями. Вот только бы вспомнить, как это делается. Бросив взгляд на миссис Огли, Роберт увидел, что она с нескрываемым любопытством рассматривает его.

– Вы не производите впечатления испорченного юного лорда, – сказала она.

– В самом деле? – Она была откровенна. Более откровенна, чем он ожидал.

– А ведь Оскар охарактеризовал вас именно так. Может, он вам завидует? – Поскольку Роберт не нашелся с ответом, миссис Огли продолжила: – Я знаю о его предубежденности относительно некоторых людей, и вы, похоже, один из них. Слуга Вальдемар – тоже его головная боль.

– В самом деле? – Роберт решил было, что полковник Огли поручил жене выпытать у него как можно больше. Впрочем, Огли никогда не дает женщине столь деликатное поручение. В таком случае какова ее истинная цель?

– Как только мы покончим с этим победным туром и вернемся домой, в наше поместье, я намерена уговорить Оскара нанять другого слугу.

– В самом деле? Почему? – встрепенулся Роберт. Значит, они собрались жить в деревне? Интересно, знает ли об этом Огли.

Осторожно подбирая слова, она сказала:

– Не все осознают это, но Оскар бывает низок, и я бы предпочла, чтобы у него было меньше возможностей проявлять эту низость.

Она оказалась умнее, чем предполагал Роберт. Она неплохо знала своего мужа, и Роберт не считал простым совпадением то, что она доверилась именно ему. Она знала больше, чем позволила себе сказать Роберту, и определенно держала язык за зубами с Огли.

– И что теперь будет с Вальдемаром?

– Мне все равно. Если с ним плохо обращаться, он может быть опасен, поэтому, полагаю, нам придется сделать так, чтобы его отправили в другой полк. О Боже! – Миссис Огли, округлив от ужаса глаза, смотрела на танцевальную площадку. – Принцесса Клариса ушиблась!

– О! – Роберт ясно слышал восклицание Кларисы. – Простите, полковник Огли, но я не могу больше танцевать.

Ряды танцующих расступились, пропуская полковника, ведущего под руку прихрамывавшую Кларису, затем снова сомкнулись, и танец продолжился. Танцоры сочувственно перешептывались.