Верни моё сердце - Лилия Фандеева

– Операция закончилась. Дмитрий Сергеевич переодевается, а Карина Анатольевна лежит на переливании, с ней Геннадий Николаевич. Там в коридоре ее ожидают коллега нашего пациента и следователь. Что мне им передать? Они ее ждут.

– Пусть ждут, раз надо. Приготовь кровать в платной палате. Гриневой надо будет отлежаться до конца смены. Сообрази ей чай сладкий. Отругать бы ее да не за что, – говорил заведующий. – Я так думаю, что и ты будешь дожидаться свою протеже? – спросил он Симонова. – Волнуешься не по-детски.

– А ты бы не волновался о собственной дочери и зяте?

– Это ты сейчас придумал? У вас с Олей сын Антон, невестка, внучка. Откуда дочь?

– Откуда и все. Тридцать лет прошло, прежде чем я узнал о ней. Она удивительная, – сказал Симонов с теплотой и нежностью.

Прошли еще минут тридцать, прежде чем Карину «перевели» в палату, а Александра перевезли в реанимационное отделение. Симонов вошел в палату дочери первым и остался в ней, принимая «посетителей». Они выслушали следователя, который донес до них информацию о задержании сообщника Марины. Именно он сбил на авто Александра. Он рассказывал о том, что Марина все же пошла на сотрудничество со следствием. За сообщником следили, но не успели предотвратить трагедию.

– Мы были уверены, что он готовит похищение Гринева, а не убийство. Ваша сестра опять солгала. Я дал разрешение на свидание матери с дочерью. Будут новости – я сообщу, – говорил он, прощаясь.

Потом настала очередь коллеги Гринева.

– Как это случилось? – спросила Карина, не надеясь услышать что-то новое.

– Это не было случайностью. Машина целенаправленно шла на него, – ответил молодой человек. – Водителя скрутили сразу, но не полиция. Они как будто ждали его, но почему-то опоздали и не предотвратили наезда. Карина Анатольевна, машина Саши стоит на стоянке. Держите ключи и документы. Что нам теперь делать?

– Работать, ребята, работать, – пыталась улыбнуться она. – Александр придет в себя, сделаем МРТ и будем надеяться, что все будет хорошо. Он жив, хотя и не очень здоров. Разве вам без Гринева нечем заняться? Думаю, через неделю он будет руководить вами дистанционно или устроит из платной палаты совещательную комнату. Спасибо, что оказались в нужное время в нужном месте. – Пап, как бы мне хотелось верить в то, что я ему сказала, – грустно посмотрела на отца Карина. Она стала звать его папой после потери ребенка. Он говорил, утешая, и этим так напомнил ей отца, что «папа» вырвалось само по себе.

– Александр молодой, здоровый. Организм справится. Ты его подлатала, думаю, на совесть. Не думай о плохом. Знаешь, я думаю его маме не надо знать всей правды. Я отправлю Олю к ней в гости, пусть скажет, что Сашу зацепила машина, без подробностей. А теперь пей чай и отдыхай. Ты намерена ехать домой?

– Мне нужно попасть домой и ты об этом знаешь. Дам всем указания, а позже вернусь сюда. Не надо со мной спорить. Дети под присмотром, а я должна быть рядом с ним. У меня есть три часа на сон и отдых. Спасибо, что приехал. Я спиной чувствовала, что ты рядом.

Карина, после ухода Симонова, позвонила Нине, сказав, что задержится. Она приехала домой в начале седьмого вечера на машине мужа, чем сразу вызвала массу вопросов. Поужинав с детьми и поинтересовавшись школьными делами, она решила сказать им «свою» правду.

– Ребята, наш папа попал в больницу. Ничего страшного нет. Так ссадины, ушибы, как говорят – синяки и шишки. Я подежурю у него ночью, день отработаю и приеду домой завтра, – говорила она, боясь неудобных вопросов.

– Папа поправится? Его побили? Бабушка знает?

– Обязательно поправится, Сонюшка. В выходной мы сможем поехать к нему все вместе. К бабушке должна поехать бабушка Оля, дед Аркадий обещал. Не все можно объяснить по телефону, да и волновать лишний раз ее нельзя. Папу сбила машина с пьяным водителем. Он упал, отсюда и травмы. Я вас очень прошу, живите с Ниной дружно и не балуйте Мухтара. Нам сторож нужен, а не пес цирковой.

В отсутствии детей Карина рассказала Нине правду, пустив при этом скупую слезу.

– Ты думаешь, я все это могу ей простить? Нет! Пока это касалось только меня, я сомневалась, раздумывала, а теперь я пальцем не пошевелю. Пусть получает то, что заслужила, дрянь. Пока я соберу вещи себе и Саше, напиши, что нужно купить, чтобы самой не отвлекаться.

– Александр Сергеевич в выходной купил все, о чем Вы просили. Забыли? – спросила с удивлением Нина.

– Не забыла я, Нина. Я хочу ребят как-то чем-то отвлечь, пока буду заниматься Сашей. Как еще Маргарита Михайловна себя поведет? Кто знает, когда Саша придет в себя?

– Не переживайте. Я найду, чем занять ребят, а Вы эти сутки постарайтесь не забывать питаться. Вам нужны силы.

– Спасибо, Нина. Чтобы я без тебя делала. Просьбы, пожелания будут? – спросила Карина.

– Звоните чаще и не думайте о плохом, – ответила Нина. – Собирайте вещи и спокойно отправляйтесь в больницу.

Карина припарковала машину Александра и вернулась в свое отделение около десяти вечера. Переодевшись в хирургический костюм, она направилась в реанимацию.

– Алексей Иванович, как Гринев? – спросила она дежурного врача.

– Состояние тяжелое, но стабильное, в сознание не приходил. Вы намерены дежурить? А как завтра будете работать?

– Вашими молитвами, – ответила Карина. – Разве я могу усидеть дома? Завтра я справлюсь с обходом, а сегодня мне нужно быть рядом.

Ночь она провела сидя в неудобной позе рядом с кроватью мужа, держа его за руку. Ей казалось, что она засыпает и может что-то упустить. Дважды входила медсестра, и тихо удалялась, бросая взгляды на приборы. Александр пришел в себя на рассвете. Он чуть сжал своей рукой ладонь жены, скорее почувствовав ее присутствие, чем заметив ее. Карина улыбнулась, погладив его руку.

– Как же ты меня напугал, – говорила она мужу. – Сейчас я уйду на обход, а через пару часов вернусь. Постарайся эти два часа провести с пользой. Например – поспи. Тебе нужно набираться сил. Я вернусь и представлю тебе полный отчет за последние двадцать часов. А пока будь молодцом и слушай доктора, – сказала она, целуя его в щеку и уступая место коллеге. Вернувшись после обхода, Карина уже знала все результаты МРТ и диагноз невропатолога. Ни голова, ни ребра, ни позвоночник не пострадали. – Как самочувствие, пострадавший? Дома я была вечером, с детьми Нина, к