Рагана - Анита Феверс

- О чем ты говоришь? – судя по тону, охотник нахмурился. Я же внимательно слушала дейваса, даже не подозревая, что он имеет в виду. О каких мечтах он говорит? Почему его одежда опалена, а сам дейвас выглядит так, словно свернул целую гору? Где Дарган? И что стало с Марьяной, если дейвасы так быстро узнали о моем побеге?

Марий тонко улыбнулся, я задохнулась от волны жара, прокатившейся по телу. Это не мои чувства. Не мои. Он чарует прямо сейчас, пытается воздействовать на мое естество. Я не могу его желать по своей воле. Я отвела глаза, пытаясь избежать колдовскую притягательность зеленых глаз. Совий качнулся вперед, заставляя меня, напротив, отступить. Пирожок фыркнул и закусил удила, нервно топнув копытом. Марий, продолжая улыбаться, наклонил голову к плечу. Перед моим внутренним взором мелькнули картины обнаженного белого тела на темных простынях, и я замотала головой с такой силой, что коса хлестнула меня по щекам.

- Хватит! – рявкнула я. – Перестань меня чаровать!

- О чем ты, милая? – удивленно вздернул бровь дейвас. – Попробуй я хотя бы коснуться силы, и твой цепной пес с наслаждением отпустит тетиву. Извини, но я иначе представляю собственную смерть.

Дейвас медленно потянулся к мечу, и Совий мигом вскинул лук к плечу. Солнечный блик скользнул по наконечнику. Птицы примолкли, то ли испугавшись наших выкриков, то ли попрятались в ожидании грозы, ворочающей клубами воды и огня пока еще вдалеке.

Но огненосец лишь упер ножны в землю и медленно встал на ноги, опираясь на них, как на трость. От него не пахло кровью, хоть весь вид Болотника говорил, что он выдержал нешуточную битву. Марий выпрямился, и если б я не всматривалась в его лицо, то не заметила бы гримасы, которая на долю секунды заставила и без того острые скулы обозначиться еще резче.

- Тебе не стоит меня бояться, Ясмена Лунница. Ведь я хочу того же, что и ты. Я собираюсь вернуть лаум в Беловодье.

* * *

- Ты сошел с ума, – выдохнул Совий. Я была готова с ним согласиться… вот только внутри тонко и протяжно звенела струна, молящая прислушаться к словам дейваса. Они звучали как сказка, как воплощение самого тайного моего желания, и я просто не могла сказать ему прекратить.

- Отчего же? – огненосец вздернул идеальную бровь. – Или ты считаешь, что это невозможно?

- Я…

- Разве не этого ты хотел тогда, десять лет назад?

- Откуда ты знаешь? – Совий спал с лица и побледнел. Его руки, держащие лук, не ослабили хватку, но, посмотрев на него, я испугалась. Рыжий Лис разом будто постарел, под его глазами залегли тени, а в зрачках заклубилась тьма. И – показалось или нет? – по ореховой радужке словно пробежал огонек.

- Совий, – я потянула парня за рукав. – О чем он говорит? Вы тут не наедине вообще-то!

- Ну же, скажи ей, – Марий чуть склонился в издевательском поклоне, словно мы не застыли на лесной поляне, а сидим в гостиной какой-нибудь барыни и чаи распиваем. – Я ведь узнал тебя, Совий Буревестник. И, едва пришло понимание, как я перестал удивляться твоей осведомленности о делах дейвасов. Так что, поведаешь нашей прекрасной ведьме правду?

Совий молчал, и только желваки ходили под кожей. Он с трудом повернул голову, искоса глядя на меня, а я смотрела на него, ожидая, что он возразит дейвасу, посмеется над ним, в конце концов спустит стрелу… Что станет со мной, если охотник выберет последний вариант, я старалась не думать. Потому что сама не знала, насколько глубоко проник яд огненосца в мои душу и тело. Но Совий молчал. Он пытался начать говорить, открыл и закрыл рот, но не проронил ни звука. Я уже понимала, что мне не понравится то, что он скажет. И не выдержала:

- Говори, Марий. Раз он сам не может признаться...

В глазах Совия мелькнула боль и обида. На миг его отстраненность сломалась, и через трещину я увидела его настоящего, раненого моими жестокими словами. Но тут же тень снова набежала на лицо моего бывшего друга, и он закрылся еще сильнее.

- Сложно отказать даме в просьбе, – вкрадчиво протянул Болотник. – И все же я попытаюсь и дам тебе последний шанс.

Страшная догадка обожгла меня, но прежде, чем я произнесла ее вслух Совий все же заговорил – глухим, безразличным голосом, в котором звучала обреченность. Как будто он уже все для себя решил.

- О чем говорить? Я позабыл о Школе Дейва как о страшном сне. Десять лет прошло. И за все годы – ни единого отклика силы. Может, я и был когда-то дейвасом, да только потерял свою искру.

- Кому ты лжешь, Буревестник? Или все же правильно – Огнеяр? – Марий сменил положение, и снова мне почудилась боль в его движениях. Он выглядел все так же высокомерно, точно бил словами, и мы с Совием слушали его, не в силах заставить замолчать.

Впрочем, я и не хотела, чтобы он прервал свой рассказ.

- Помнится, наместник нашей славной столицы долго горевал из-за гибели сына – юного и невероятно талантливого огненосца. Какое совпадение, что незадолго до трагедии мальчик крупно повздорил с магистрами Школы Дейва. Вести разнеслись быстро. Вот только те, кто услышал слова мальчика, которые он прокричал на площади перед Школой, почему-то никому не смогли их повторить. Исчезли или скончались в скором времени. Моровое поветрие виновато, не иначе, – Марий пытливо смотрел на Совия, наблюдая за бурей чувств, сменяющихся на его лице.

Я же медленно отступила и прижалась спиной к старой мудрой ели. Без опоры мне открывшуюся правду было не вынести.

А Марий продолжал бить словами так же смертоносно, как если бы орудовал мечом.

- В то же время воевода стрелецкой сотни, Гарад Буревестник, снял с себя шапку и попросил у князя отставки. Юный правитель уговаривал Гарада остаться, но тот был непреклонен. И князь отпустил верного стрельца, вот только Буревестник не доехал до дома – пропал без следа. А терем, псарни и любимая кузница оказались отписаны его дальнему родственнику. Удивительные совпадения, не правда ли?

- Чего ты хочешь, Болотник? – устало выдохнул Совий.

- Погоди, я еще до самого интересного не дошел. До нашей милой раганы. Кому, как не тебе, знать, что только