Наследница по кривой - Нинель Лав

Кира достала из сумочки новый мобильный телефон.

— Дмитрий Викторович, это снова я. Можно мне поговорить с Арсеном.

— С Арсеном?.. — удивился пожилой мужчина, отодвигаясь от письменного стола. — Подождите.

Кира слышала, как Дмитрий Викторович говорит с секретаршей по селектору, как щёлкает зажигалка, как недовольно хлопают двери его кабинета.

— Это Арсен. Слушаю, Кира Дмитриевна.

— Извините, что отрываю вас, но мне очень нужно узнать, куда вы с Валентином Александровичем отвезли раненого бандита.

— Ну-у… — Арсен замялся, что было очень странно.

— Вам запретили говорить? — догадалась Кира.

— В общем, да…

— Я могла бы пожаловаться Дмитрию Викторовичу и получить от него нужную мне информацию, но я поступлю по-другому — сделаю вам предложение, от которого вы не сможете отказаться. Хотите, научу вас вольтижировке на лошади: с земли прыжком садиться в седло, управлять лошадью без рук и всяким другим «амазонским штучкам»? — Кира улыбнулась, вспомнив своего любимца Бурбона. — Конечно, для этого нужна особая лошадь, но я обязательно найду такую. Обещаю!

Арсен тряхнул головой и согласился.

— Сделаем так, — заговорщицки зашептала Кира в трубку, хотя её никто не подслушивал, — я назову вам место, а вы просто покашляйте, если отвезли именно туда: частный госпиталь на Осташковском шоссе.

Услышав кашель, она поблагодарила водителя и отключилась.

Теперь Кира точно знала, что Валентин отвёз раненого бандита именно в этот госпиталь, но вряд ли он отчитывался по телефону перед Бегемотом. Нет! Был кто-то ещё — кому Валентин обещал привезти деньги и документы.

Может, всё куда сложнее и ужаснее, чем они с Дмитрием Викторовичем предполагали и Мамочка с его подельниками это лишь часть заговора, и существуют люди более опасные и алчные, пытающиеся присвоить себе довольно процветающее агентство с лакомыми земельными кусками?

«— Как бы узнать, к кому и зачем он сюда приехал?»

И Кира вновь придумала «жалостливую историю».

Она надела чёрный парик, вытащила из-под шёлковой футболки «бриллиантовое солнышко» и, развернув машину, не таясь, подъехала к воротам госпиталя.

После второго звонка в железной двери на уровне её лица открылось небольшое окошко, и недовольный охранник довольно невежливо поинтересовался:

— Чего надо?

— Здравствуйте, — сладким голосом пропела Кира, стараясь не обращать внимания на грубость мужчины. — Это ведь частный госпиталь? Могу я переговорить с кем-нибудь об условиях приёма больного?

Охранник, окинув женщину придирчивым взглядом, хотел было отказать, но, увидев за её спиной новенький, сверкающий «Ягуар», передумал.

Вызванная охранником молодая грудастая медсестра повела Киру в главный корпус, в кабинет главного врача и, осторожно постучав в дверь, благоговейно спросила:

— Инна Валерьевна, к вам можно?

Моложавая профессорша — так гласила табличка на двери кабинета — в белоснежном халате и крахмальной шапочке на каштановых, коротких волосах, оторвалась от бумаг и подняла на вошедших усталые внимательные глаза.

— Вы хотите справиться о здоровье нашего пациента?

Без приглашения Кира опустилась в кресло, закинула ногу на ногу и, глядя прямо в глаза женщине, вызывающей столь благоговейный трепет у персонала, начала вдохновенно рассказывать сочинённую «жалостливую историю».

Она рассказывала о сыне двоюродной сестры своего мужа, в автомобильной аварии лишившегося обеих ног, о его муках и страданиях, о его нежелании обременять родных заботой о нём, о попытке самоубийства. О щедрости и благородстве своего мужа, взявшего на себя расходы по лечению совершенно незнакомого ему человека, о своём бескорыстном желании помочь найти клинику, в которой несчастному юноше помогут преодолеть депрессию, научат пользоваться протезами и вернут любящим родственникам возрождённого к жизни человека.

Что подумала о ней профессорша, Кира не знала, но по её изменившемуся взгляду — он стал ласково-заинтересованный, поняла, что половина дела уже сделана.

— Разрешите спросить, от кого вы узнали о нашем госпитале?

На секунду Кира задумалась.

— От Паши Шубина, — она специально сказала «от Паши», давая понять женщине, что близко знакома с этим человеком.

— От Павла Павловича Шубина? — уточнила докторша. — Он уже вернулся?

— Откуда? — Кира сделала страшные глаза и схватилась за грудь. — С того света? Вы разве не знаете, что Паша погиб в автомобильной аварии? Урну захоронили… Ах, какое печальное событие…

Взгляд женщины стал подозрительно-пронзительным, и Кира почувствовала, как буравчики подозрительности вворачиваются в её вспыхнувшие вдруг щёки.

— Я была на кладбище, — печально вздохнула Кира, опуская глаза. Она не понимала, что происходит и почему эта женщина в белом халате так основательно её допрашивает.

«— Проверяет, — подсказал внутренний голос».

— Вы тоже были на кладбище? — наивно поинтересовалась Кира и поняла, что угадала. — Дмитрия Викторовича жалко: Паша был его единственным… родственником.

— Да-а, но я вас почему-то там не видела.

— Ах, это, — Кира жестом фокусника сдёрнула с головы парик. Медсестра у двери ойкнула от неожиданности. — Хочешь казаться лучше, а тебя никто не узнаёт!

— Ну, что ж, — с извиняющейся улыбкой заговорила профессорша, — мы рады будем принять вашего протеже. Привозите выписки из истории болезни, и мы решим все вопросы.

— А можно мне сейчас посмотреть палаты, узнать о ваших порядках — надо же мне о чём-то рассказать мужу.

— Зинаида поручаю вам нашу гостью.

Дежурная медсестра подобострастно закивала головой.

Они вышли на улицу.

— Я видела сейчас своего знакомого, не знаете, к кому приезжает Валентин Александрович Зайцев.

— Зайцев, Зайцев… Это такой здоровый, синеглазый мужчина?

Кира утвердительно покивала.

— То, что к вам в госпиталь он недавно привез человека с огнестрельным ранением, я и сама знаю. Меня интересует, как часто он навещает привезённого им пациента?

— Навещает он его раза три в неделю.

— Подождите, подождите, — нахмурилась Кира — что-то ускользало от её внимания. — Три раза в неделю? Но этого здоровенного бегемотоподобного детину привезли только в эту пятницу?

— Не-ет, — медсестра затрясла головой. — Он навещает родственника, привезённого около месяц назад.

— Около месяца?

Многочисленные вопросы зароились в Кириной голове, и ни на один из них она опять не могла найти ответа.

«— Надо позвонить Дмитрию Викторовичу и рассказать обо всём, что творится в этом госпитале! Он быстро выведет эту шайку-лейку на чистую воду!»

— А как фамилия родственника Валентина Александровича вы не помните? И в какой палате он находится?

— В какой палате не знаю, а зовут родственника Зотов Иван Ильич. Сегодня слышала, как ваш Валентин Александрович фамилию охраннику называл. Порядок у нас такой: в журнал записывается каждое посещение.

— А как бы взглянуть на этого Зотова Ивана Ильича?

— Пойдемте.