Наследница по кривой - Нинель Лав

67

67

Внутри пятый корпус совсем не напоминал больничные апартаменты: стены были отделаны деревянными панелями, светлый линолеум на полу, в просторном холле цветы, большущий аквариум с разноцветными рыбками, два телевизора и удобные кресла на колёсиках.

У стены в холле напротив окон, так чтобы хорошо просматривались расходящиеся в обе стороны коридоры, находилась деревянная стойка, за которой сидела дежурная медсестра и читала книгу.

Увидев вошедших, она тут же закрыла книгу.

— Это посетительница к Зотову Ивану Ильичу, — равнодушно проинформировала Зина и добавила: — Мы только что от Инны Валерьевны.

Имя всесильной профессорши произвело ожидаемый эффект: дежурная медсестра улыбнулась и заглянула в список под стеклом.

— В 525, но у него посетитель. Вам повезло, Валентин Александрович уже уходит.

Услышав это имя, Кира опустила голову и плотнее запахнула полы широкого белого халата.

Хорошо, что она снова надела парик! Возможно, её опять не узнают.

Она повернулась к дежурной медсестре, задала какой-то вопрос о здоровье пациента и, дождавшись пока Валентин минует холл, устремилась в нужную палату.

Но на середине коридора она не удержалась и оглянулась.

Валентин стоял в конце второго коридора и пристально смотрел ей в спину.

Конечно, не нужно было оглядываться, а тем более бежать, но Кира уже не владела собой: она увидела в конце коридора искомую табличку над дверью и со всех ног бросилась в палату.

Распахнула дверь, влетела в просторную комнату, больше напоминающую гостиничный номер и растерялась, почувствовав, что её решимость выяснять и обвинять моментально испарилась.

В раскрытое окно светило заходящее солнце, и вся комната утопала в кроваво-красном закатном отблеске. У высокой железной кровати стояла тумбочка с каким-то сложным устройством, напоминавшим телефонный аппарат, рядом на стуле лежала большая спортивная сумка.

Кира сразу узнала эту сумку и повернулась к сидящему к ней спиной человеку. Человек смотрел в окно, не замечая её присутствия.

За дверью раздались быстрые бегущие шаги, и Кира решилась.

— Простите за беспокойство, вы Зотов Иван Ильич? — спросила она, подходя ближе к пациенту госпиталя.

Услышав её голос, человек в кресле, как от электрического шока, вздрогнул всем телом, но не оглянулся. Резкий мужской профиль чётко выделялся на фоне окна.

— Мне необходимо с вами поговорить…

В дверях показался Валентин и две перепуганные медсестры.

— Быстро выходите из палаты! — по-хозяйски приказал Валентин и взял Киру за локоть.

Но она вырвала локоть, не собиралась подчиняться.

— Пока не поговорю с этим человеком, с места не двинусь! — упрямо заявила она и своенравно тряхнула кудрями.

— Вон отсюда! — взревел Валентин, хватая Киру за руку и выволакивая из палаты.

Но Кира успела схватиться рукой за спинку кровати — кровать жалобно заскрипела, дёрнулась, поехала, зацепила тумбочку — всё, что находилось на тумбочке: стакан, пакет сока, таблетки поехали по салфетке и с грохотом упали на пол.

Медсёстры ахнули и бросились наводить порядок.

— Что здесь происходит?

От этого властного строгого голоса все замерли.

Медсёстры, как по команде, встали навытяжку, искоса поглядывая на творившейся на полу беспорядок.

Валентин выпустил руку Киры и та, почувствовав свободу, забежала за кровать и уже оттуда посмотрела на вошедшую в палату докторшу.

— Что здесь происходит? — снова задала вопрос докторша, по очереди оглядывая устроивших весь этот разгром людей. — Все из палаты!

Все подчинились — все, кроме Киры!

— Щас!!! — она упёрла руки в бока, как делала это Татьяна Ивановна, и повторила: — Щас!!!

Брови профессорши нахмурились — похоже, она не привыкла к неподчинению на своей территории.

— Вон! — взвизгнула она, тыча пальцем в открытую дверь палаты.

— Ну-ну, не командуйте! Ещё надо разобраться каких это вы тут бандитов лечите! — не подчинилась Кира. — Вы здесь всего лишь главврач, а не хозяйка. Хозяйка всего этого госпиталя моя дочь! Так ведь, Валентин Александрович? — На Валентина было жалко смотреть: он весь как-то съёжился, попятился, как тогда в тёмном «чулане» у сейфа. — Может, мне пригласить сюда Дмитрия Викторовича Юшкина — отца Павла Шубина и рассказать ему, как вы вместе с этим человеком пытаетесь отобрать у моей дочери имущество её отца?

В наступившей тишине сидевший до сих пор безучастно в кресле человек застонал и стал заваливаться на бок. Все бросились к нему.

Все, кроме Киры!

Она ловко вскочила на кровать, спрыгнула на пол с другой стороны, подбежала к стулу, схватила большую спортивную сумку, привезённую Валентином, и опять спряталась за кровать.

Оттуда, она взглянула на суетившихся вокруг седого человека людей, и спортивная сумка выпала из её рук.

Медленно, как во сне, она подошла к креслу, оказавшемуся инвалидной коляской, оттолкнула склонившуюся над человеком докторшу и, нагнувшись, заглянула в серые глаза мужчины.

— Шубин?!

Павел Шубин дёрнулся, отпрянул, а Кира, размахнувшись, со всей силы ударила его по щеке.

68

68

Они сидели втроём в холле — несмотря на поздний час и возражения Валентина, Кира всё же позвонила Дмитрию Викторовичу и буквально заставила его приехать в госпиталь, сказав, что ей срочно нужна его помощь, и теперь Валентин рассказывал им о придуманной Павлом Шубиным авантюре.

— Когда ребята по маячку отследили его машину и приехали на место аварии, Пал Палыч был уже обездвижен. Машина перевернулась, и он как-то так ударился о крышу, что повредил позвоночник. Если бы он был пристёгнут! Ребята отвезли его в ближайшую больницу, но врачи были бессильны что-то исправить, и тогда Пал Палыча повезли в этот госпиталь. По дороге, узнав от сопровождающего врача о том, что он станет инвалидом, ему в голову пришла безумная идея: исчезнуть, оставив агентство в своих руках.

— Но почему? — бледность, разливающаяся по лицу Дмитрия Викторовича, была уже не такой страшной, как в первые минуты известия о воскрешении сына.

— Я тоже задавал ему этот вопрос, но ответа не получил. Он только твердил: «Так будет лучше для всех». Теперь всё понятно — он не хотел вам навязывать заботу об инвалиде. — Валентин провёл широкой ладонью по коротко стриженным волосам и вздохнул. — Дальше всё просто: Пал Палыча в госпитале оформили под другой фамилией, но для этого мне нужен был паспорт на другое лицо, хранящийся в его сейфе. Паспорт и наличные деньги. Павел хотел перевести агентство на имя Зотова Ивана Ильича, но, я то, знал, что это будет трудно сделать, поэтому и решил забрать все деньги фонда — ведь надо платить за госпиталь, за операции.

— А как же мои чувства? Я такое пережил…

Кира положила ладонь на руку Дмитрия Викторовича, и он постарался успокоиться, подчиняясь её заботе и советам врачей.

— Вы