Хранитель ядов - Катти Карпо

Граф медленно кивнул. Неспешно приподняв руку, он задумчиво начал тереть между собой подушечки большого и указательного пальцев. Я скрипнула зубами, узнав свой собственный жест.

— Вы же понимаете, что я потребую равноценной награды за свой труд?

— Разумеется. — Груже с готовностью закивал, проявляя сильнейший энтузиазм. — Я готов ко всему. Любой ваш… кхам-кхам… каприз.

— Капризы оставим прекрасным дамам. Если вы готовы брать на себя серьезную ответственность, я обеспечу вам должную поддержку.

— Чувствуется основательный подход, — восхитился толстяк. — Давайте же, господин Бланчефлеер, мне не терпится узнать о ваших условиях.

— Мои условия не потребуют от вас тяжелых телодвижений. Мне лишь нужно одно-единственное обещание.

— И что же мне следует пообещать? — несколько игриво полюбопытствовал Груже.

— Как только вы станете мэром Витриоля и получите свою собственную печать, вы удостоверите ею договор, который я вам предоставлю.

Узоры пластины вдавились в мой лоб — столь сильно я прижалась к стене, жадно ловя каждое слово.

Судя по всему, речь шла об удостоверяющих печатях, представляющих собой личную метку владельца. Такой печатью обладал каждый правитель Королевств Утопии и в последние годы — и главы местного самоуправления, именуемые мэрами. Подобные метки, оставленные печатями, удостоверяли договоры, придавая им статус законных. Все договоры, чье действие распространялось за пределы одного Королевства, должны были быть удостоверены печатями, в ином случае деятельность, регулируемая их условиями, являлась априори незаконной. Такой контроль позволял в большинстве случаев избежать злоупотреблений, а правителю давал возможность знать обо всех серьезных делах, творящихся на его территории и в соседних землях.

И господин пузан тоже получит собственную удостоверяющую печать, если только сумеет уместить свое непомерное седалище в кресле мэра Витриоля.

— Вот значит как. — Господин Груже задумался, нервно теребя краешки сюртука. — Могу я узнать, какого рода договор мне придется удостоверить?

— Можете. — Граф Бланчефлеер кивнул. — Договор поставки лекарственных средств.

— Чу… чудно. — Похоже, Груже никак не мог определить, где скрывается подвох, а потому тянул время. — Полезные договоры. Лекарства, здоровье… лекарства… В чем подвох?! — все-таки не выдержал он.

— Простите? — Брови графа взметнулись ввысь, завершив выражение вежливого недоумения. — Подвох?

— Да, подвох. — Спохватившись, что его интонации стали чуть грубее изначальных, толстяк откашлялся и, понизив громкость голоса, продолжил: — Почему бы вам не попросить об этом Ее Святейшество правительницу Королевства Скорпиона Янанку Соль? Ее печать на вашем договоре будет смотреться в тысячу раз солиднее моей. Да и вряд ли она вам откажет. Вы же один из фаворитов правительницы. Помнится, она горячо вступилась за вас, когда Святая Инквизиция стала уж слишком лютовать в отношении вашей персоны.

— Быть в фаворе или быть слегка задетым лучами чужой благосклонности — разница между тем и другим весьма велика. Как вы ранее верно заметили, наша правительница более обращает внимание на прелестниц, что постоянно находятся подле нее. Остальным же приходится добиваться ее внимания. И, к счастью, одно время везение было и на моей стороне.

— Тем более не уясняю, отчего вам не обратиться к…

— Мне хотелось бы наладить поставку в Город Смертников.

Потянувшийся было к чашке с остатками чая Груже замер и, неловко качнувшись, сполз с кушетки на пол.

— Вы хорошо себя чувствуете? — участливо поинтересовался граф.

— Впо-о-олне. — Пыхтя и обливаясь потом, толстяк вновь водрузил свое тело на кушетку. — Возможно, сказывается бессонница последних ночей, потому что мне слышится нечто… пугающее.

— Вас пугает упоминание Города Смертников? — Хозяин дома так и светился радушием и участием.

— Скорее, перспектива удостоверения подобного договора в обход Ее Святейшества, — пробормотал господин Груже. — Так вы не шутите?

В ответ граф улыбнулся еще шире и радушнее.

— Черт возьми! — с чувством выругался толстяк и резким движением стер со лба выступившие капли пота. — Господин Бланчефлеер, вы помните, что рядом с Городом Смертников располагаются шахты по добыче лилового порошка? А в самом Городе — Крепость Изобретателя! Неприкосновенная территория, как вы знаете… Ох, ясно. Вот почему вы не отправились за меткой к самой правительнице. Ее отказ очевиден.

— Верно.

— Боги, и во что только вы хотите меня втянуть!

— В долговременное сотрудничество. И вряд ли вы станете спорить, мы оба ожидаем от него взаимную выгоду.

Потная ладонь Груже в очередной раз прошлась по взмокшему лбу.

— Прошу прощения за фамильярность, но на кой вам сдался Город Смертников?

— Хочу расширить свое влияние на востоке. Столь закрытая территория манит. Наладить поставки туда, где явно господствует всеобъемлющий дефицит, — это словно открыть золотую жилу. Я пребываю в уверенности, что руководящие лица Города Смертников не поскупятся в оплате. Тем более когда оценят качество продукции, предоставляемой мной.

— В качестве ваших эликсиров засомневается лишь последний глупец. — Судя по интонациям, Груже и не думал льстить. — Но вам ли жаловаться на недостаток средств? — Мужчина обвел выразительным взглядом всю комнату. — Не думал, что вашими поступками руководит желание заработать.

— Аспид Холл, как и все состояние, досталось мне по наследству. — Граф тоже осмотрелся, черты его лица смягчились. — Однако деньги имеют свойство заканчиваться. И пассивность в этом случае равна бездарному проматыванию состояния. И каждый мой поступок, направленный на сохранение и приумножение того, чем меня одарили просто потому, что мне повезло родиться родственником благодетеля, имеет вполне конкретную цель: доказать лично себе, что я достоин этого наследства.

— О, благородно, благородно. — Груже бесшумно хлопнул пару раз в ладоши. — Вы установили сами себе высокую планку и успешно ей придерживаетесь. А я еще удивлялся вашей выдержке. Ведь вы уже столько лет сотрудничаете с воинством Королевства Скорпиона. И теперь нацелились на Город Смертников… А вы принципиальный человек, господин Бланчефлеер. Это какой-то невообразимо хитрый уровень меркантильности, которого мне и за всю жизнь не достичь.

— Благодарю. В ваших устах даже сомнительный комплимент звучит как роскошная похвала.

— Полноте. — Груже благодушно махнул рукой. — Ответные комплименты заставляют меня краснеть. А смущение мне совершенно не к лицу.

— Позвольте полюбопытствовать, не пугает ли вас перспектива возглавить город, где свирепствуют беспорядки?