Под сенью омелы - Александра Васильевна Миронова

– Выкладывай, – попросила она.

– Арестована Людмила Горина, секретарша Серябко, – доложил Свет.

– Неужели? – скривилась Аля. – Нашли труп ее мужа?

– Пока нет, но у нее нашли запасной ключ от кабинета Серябко. Если ты утверждаешь, что, когда ты уходила от него, тот был жив и здоров…

– Относительно… – буркнула Аля, но Свет не расслышал.

– Что ты сказала?

– Жив, говорю, был, только очень пьяный, – уточнила Аля, скромно умолчав о переломах руки и ребер.

– Ну это перерезанному горлу не способствует, насколько я знаю. В общем, мы ее задержали. Обнаружив труп, я затребовал записи с видеокамер и обнаружил, что она ушла с работы сразу же после твоего ухода. Меня это насторожило – если Серябко оставался на работе, был жив и относительно здоров, у нее не было причин уходить раньше.

– Зачем ты пошел сегодня к Серябко?

– Чтобы поговорить с ним о литии.

– О литии? Ты догадался?

– Это было несложно, как только я увидел соль и вспомнил, что папка в компьютере у Владимира с последним расследованием называлась «L». Я сложил два и два. У вас тут добывать литий негде – условия не те. Но потенциально можно взять отходы производства лития, в которых тоже есть литий и которые выглядят как соль. Из них можно попробовать получить сам литий. Есть разные экспериментальные технологии, одна из которых задействует каустическую соду. Плюс в подстилающих водах нефтегазовых скважин также содержится литий, который можно пробовать перерабатывать. Процесс пока неотлажен, но кто-то же должен начать.

– О каких деньгах идет речь?

– В нашем веке спрос на литий вырос до небес благодаря развитию электроники и электротранспорта. Потому что больше половины лития, который добывают во всем мире, уходит на производство аккумуляторов.

– А поточнее? – потребовала Аля. В деле замаячили не просто большие деньги, а практически мировое господство.

– Чтоб ты лучше понимала, для изготовления одной батареи электромобиля требуется шестьдесят три килограмма лития. Цена на него все время колеблется, недавно приближалась к восьмидесяти тысячам условных единиц за тонну карбоната лития. Сейчас литий добывают в основном в засушливых высокогорьях Боливии, Чили и Аргентины. Его добыча требует огромного количества воды. Для того чтобы добыть одну тонну, нужно потратить около двух миллионов литров воды. Понимаешь? А все эти альтернативные технологии дают возможность значительно упростить процесс и сэкономить воду. Вот только здесь есть обратная сторона медали – каустическая сода, от которой нужно как-то избавляться.

– Понимаю, – вздохнула Аля, – такая трепетная забота Серябко о восстановлении местных ресурсов не имеет никакого отношения к благородству. Он создавал себе алиби – разве может человек, который так заботится об экологии, эту самую экологию рушить?

– Бинго. Серябко новый человек в ваших краях, когда он появился и вдруг озаботился экологией, это сразу же насторожило Шульмана, который в благородные человеческие позывы не верил.

– Угу. Он все понял благодаря яхте.

– Яхте? – не понял Свет.

– Его яхту начало разъедать какое-то вещество. Шульман, будучи человеком дальновидным и осторожным, отправил ее на верфь в соседнюю область, чтобы все сохранить в секрете. Там ему наверняка сообщили, что яхта страдает от каустической соды, и Шульман все понял.

– И нанял Владимира, чтобы тот принес ему доказательства, а потом предложил Серябко свое деловое партнерство. Да так, что тот не сумел отказаться.

– А Вовка, узнав, что происходит, решил шантажировать обоих и потребовал взять его в долю.

– Да, – кивнул Свет. – Одна из причин, по которой я сегодня утром направился в офис Серябко, – это чтобы узнать, сколько процентов предприятия принадлежало ему, а сколько его покойному другу Шульману. Наверняка десять-пятнадцать процентов они переписали на Владимира. В общем, я пришел в офис, никого там не обнаружил. Кабинет Серябко был закрыт, мне показалось, что его нет в офисе. Но затем пришел его шофер, который со вчерашнего дня не видел начальника. Он не смог дозвониться до босса, позвонил Людмиле. Та сообщила, что Серябко никуда не выходил с момента вчерашней встречи с тобой. А сама она уволилась по собственному желанию, потому что начальник вел себя оскорбительно.

– Ну-ну, – хмыкнула Аля.

– Кстати, а что ты делала вчера у Серябко? Мне казалось, что ты не горишь желанием с ним встречаться.

– Пришла обсудить лечение мужа, но Серябко был мертвецки пьян, и я ничего от него не добилась, – стараясь говорить равнодушно, сообщила Аля.

– Когда ты уходила, он был еще жив? – Свет уставился в глаза Али, в полумраке больничной палаты напоминающие губительное болото.

– А ты считаешь, что это я его убила? – с вызовом поинтересовалась Аля.

– Нет, я просто восстанавливаю хронологию событий, мне же отчет писать, – лучезарно улыбнулся Свет. – Камеры в приемной и кабинете Серябко не ставил по своим соображениям. А мне важно восстановить день по минутам.

– Мне казалось, что ты уже арестовал Горину. Кстати, почему ты решил, что это она?

– Это было несложно. Вместе с водителем мы взломали дверь кабинета Серябко и нашли его с перерезанным горлом. Дальше ты знаешь. Пал Палыч дал мне ордер на обыск дома его секретарши, потому что у нее единственной был запасной ключ от кабинета Серябко. Ее задержали при попытке скрыться.

– И что, есть доказательства, что это она убила? Орудие убийства нашли?

– Ищем. Пока что все упирается в ключ, который у нее был. Ключ Серябко находился на его связке, второй у тебя, я правильно понимаю? Всего их три.

– Кто-то мог влезть через окно, – неуверенно предположила Аля.

– На седьмом этаже?

– Но зачем ей убивать Шульмана и Вовку?

– Насколько я понимаю, у Гориной несколько специфические отношения с природой и экологией.

– Говори прямо – она экошиза.

– Вот тебе и мотив. Она наверняка могла быть в курсе происходящего. Личный ассистент как-никак. Впрочем, сейчас это не самое главное. Лучше расскажи, что случилось? Что ты делала возле той базы?

Аля открыла было рот, чтобы рассказать все Свету, но осеклась. Для начала ей надо поговорить с мамой.

– Гуляла, – невпопад ответила она.

– Гуляла? – повторил Свет, не сводя с нее глаз и явно ожидая более правдоподобного объяснения.

– Да, гуляла, а что? Раньше это место было очень популярным.

– И для этой прогулки ты взяла чужую машину?

– Откуда ты знаешь?

– Я нашел ее в кустах неподалеку от того места, где ты валялась.

– Это не моя, – тут же попробовала откреститься Аля.

– Я в курсе. Это машина владельца гаража, который находится возле аптеки твоей мамы. Которая сегодня была почему-то закрыта.

На несколько коротких мгновений они уставились друг другу в глаза, и Але вдруг показалось, что она