Под сенью омелы - Александра Васильевна Миронова

– Омелу? Зачем она тебе? – искренне удивилась мама и сделала глоток из чашки. Безмятежная и спокойная, словно вела светский разговор с давней подругой.

– Нужна.

– Милая, я же тебе говорила, что омела может быть смертельной отравой, – не меняя тона, сообщила мама.

– И мощным противоядием.

– Только в руках того, кто знает, как с ней обращаться, – отбила удар мама, – поэтому я с ней не работаю. Не чувствую в себе достаточно сил.

Аля отошла от полок. Кажется, здесь ей ловить нечего. Если у мамы и есть где-то омела, то в общедоступных местах она ее не хранит.

– Мама, что ты делала на базе?

– На какой? – поинтересовалась та и снова сделала глоток. Алю подмывало спросить, что именно мама пьет, что способствует такому невероятному спокойствию.

– В «Дубках». Я видела тебя там.

Мама поставила чашку на небольшой, по виду антикварный столик, опустила ноги на пол и немного наклонилась вперед, уставившись на дочь.

– Ты за мной следила, Алевтина?

Врать маме не стоило, поэтому Аля решила выложить все карты на стол:

– Следила.

– Могу я узнать зачем?

– Затем, что в городе убиты три человека. Всем троим перерезали горло и в ранах нашли пыльцу омелы. А еще одна девушка чуть не умерла. Ее ввергли в почти летаргический сон.

– И ты подозреваешь в этих злодействах меня?

Идея показалась Анне настолько смехотворной, что она рассмеялась чистым, похожим на птичий щебет смехом.

– Аля, милая, я понимаю, что сейчас это звучит не к месту, но мне кажется, что тебе нужен отдых. Слишком много всего навалилось…

– Мама, пыльцу омелы друиды использовали в своих ритуалах. Это их священное растение.

– И что? Какое это имеет ко мне отношение? Я с омелой не работаю. Почему ты вообще прицепилась к друидам? Мне кажется, что они исчерпали себя почти две тысячи лет назад.

– О нет. Ты же сама сказала, что какое-то время назад их движение снова возродилось и приобрело массу поклонников по всему миру. Они передают свое учение из уст в уста, живут годами в лесах, где постигают природу, ходят в белых одеждах и периодически проводят разные ритуалы.

– И что?

– А то, что ты, мама, тоже ходишь в белых одеждах и участвовала в странном ритуале вокруг старого дуба. Я тебя видела.

– Где?

– В «Дубках».

– В «Дубках»? – Анна снова легко рассмеялась. – Глупышка моя. Не все люди, носящие белые одежды, – друиды. А то, что ты видела, было подготовкой спектакля на Ивана Купалу.

– Спектакля? – опешила Аля. Меньше всего она ожидала услышать о спектакле. – Ты что, записалась в театральный кружок?

– Да, записалась, а что? Меня пригласил Александр, и я подумала – почему бы и нет? Ты же знаешь, я всегда любила театр.

– А с чего это профессиональный режиссер решил привлечь в спектакль непрофессиональных актеров?

Мама скромно потупилась.

Вначале Аля хотела рассмеяться – неужели все так просто? Мама закрутила роман с режиссером. Влюбленный престарелый Ромео хочет быть рядом со своей Джульеттой и поэтому предоставил ей роль в спектакле. В спектакле, а вовсе не в культе друидов? Но внутренний следователь снова поднял голову.

– А что в этом спектакле делала Грета?

– Ты имеешь в виду Инну? Так она же в театральном кружке занимается. Ты знала, что Саша организовал театральный кружок для подростков? Считаю, что это прекрасная идея.

– Нет, не знала. А почему вы репетировали не в театре, а на базе?

– Зачем же нам дышать спертым театральным воздухом, если можно уединиться на природе? Тем более в таком месте, где никто нас, кроме моей слишком недоверчивой дочери, не увидит.

Диалог был исчерпан. Але было очевидно, что мать или говорит безумную правду, или же настолько хорошо подготовилась к разговору (Аля не исключала, что ее могла предупредить Ника), что у нее были готовы ответы на все потенциальные Алины вопросы.

– А друиды, у них какая цель? Для чего они все это делают? – Мама снова взяла чашку и сделала глоток.

– Они хотят остановить добычу лития. Потому что она разрушает экологию.

– Разве же это плохо? – искренне удивилась Анна и уставилась на дочь. – Или ты хочешь, чтобы наш несчастный город добили окончательно?

– Я хочу, чтобы не убивали людей, – Аля подалась вперед и заглянула маме в глаза, пытаясь прочесть в них эмоции.

– Позволь напомнить тебе, милая, что Серябко причастен к твоей личной трагедии, – тихо прошептала мать.

– Мама, это не повод его убивать. И Вовку тоже. И даже дурацкого Шульмана. Людей нельзя убивать просто так, как ты не понимаешь?

– А ты разве не понимаешь, Аленька, что эти люди убивали других людей? Рому твоего, тебя, меня, Нику и всех, кого ты любишь и кто тебе дорог. Да, пусть не прямо, а опосредованно, но это тоже убийство. – Мама тоже подалась вперед и взглянула в глаза дочери, пытаясь проникнуть в душу.

– Их можно было остановить другим путем, – уже менее уверенно возразила Аля.

– Например, каким? – вскинула брови мать и расхохоталась. – Подать на них в суд? Так они или судей купят, или на их место придут другие добытчики. Планете нужен литий и не нужны лишние люди, как ты не понимаешь? Да и что такое гибель одного города и нескольких десятков тысяч людей в масштабах перенаселенной планеты? Сплошные профиты.

– Так что же… теперь ходить и всех безнаказанно убивать? – прибегла к последнему доводу Аля, чувствуя, что теряет почву под ногами.

– Ты предпочитаешь позволить этим людям забрать у тебя любимого и родину? – усмехнулась Анна, а Аля вдруг поняла, что у нее нет ответа на этот вопрос.

Ее мать рассуждала об убийстве как о чем-то само собой разумеющемся, и Алю это шокировало. Впрочем, Анна реакцию дочери проигнорировала и продолжила высказывать мнение:

– Природа вообще жестока, девочка моя. Испокон веков выживал далеко не сильнейший, иначе по улицам продолжали бы ходить динозавры и мамонты. Выживал самый хитрый и приспособленный. Есть законы природы, против которых не попрешь, – она замолчала, а затем неожиданно сменила тему: – А ты приходи на спектакль. Надеюсь, тебе понравится.

– Мама, а где мы родились? – воспользовавшись тем, что мать отвлеклась, Аля решила задать ключевой вопрос, ради которого пришла сюда.

– В роддоме, – голос матери слегка дрогнул. Обыватель бы ничего не заметил, но Аля, чуткая ко всем нюансам, смогла это отследить.

– В каком?

– В первом.

– А почему в ЗАГСе о нас нет записей?

– Почему нет? – хлопнула длинными ресницами Анна.

– Этого я не знаю, мама, ты мне скажи. Может, потому что