Мое маленькое счастье. Книга 1 - Дунбэнь Сигу

Когда Вэнь Шаоцин вернулся, Цун Жун в замешательстве стояла у стола, а ребята кружили вокруг блюда, словно стая голодных волков.

– Налетайте! – улыбнулся хозяин.

Чжун Чжэнь схватил первый попавшийся кусок и принялся с аппетитом жевать:

– Давайте, давайте! Сестричка, держи палочки.

Девушка рассеянно принялась есть. Если раньше она не сводила глаз с руки наставника, то сейчас она изумленно смотрела на его лицо.

Вэнь Шаоцин, почувствовав ее взгляд, повернулся, но девушка быстро опустила глаза и уткнулась в тарелку. Как только профессор отвернулся, она снова уставилась на него.

Он так часто ловил на себе ее взгляд, что в какой-то момент перестал обращать внимание.

Аспиранты, пропустившие обед, быстро смели подчистую два огромных блюда, не забывая нахваливать кулинарное мастерство хозяина.

Цун Жун по привычке направилась мыть посуду, а пострадавший Вэнь Шаоцин и не думал возражать.

Наевшись досыта, ребята принялись возбужденно обсуждать дневное происшествие:

– Вообще-то, у меня давно кулаки чесались!

– И у меня! Шеф, вы – красавчик!

– Я с сегодняшнего дня займусь спортом, чтобы быть в форме, когда в следующий раз придется драться!

Вэнь Шаоцин слегка приподнял бровь:

– Спорт – это хорошо. Но то, что случилось сегодня, не должно повториться! Это больница, а не поле боя. Ясно?

– Да, ясно, – послушно закивали ребята.

Вэнь Шаоцин хотел, чтобы его аспиранты четко понимали ситуацию. Он нахмурился, немного подумал, а затем серьезным тоном объяснил:

– Отношения между врачами и пациентами сейчас действительно напряженные, и желающих изучать медицину с каждым годом становится все меньше и меньше. Даже вы после окончания обучения вряд ли захотите работать врачами. Но без медицины мир загнется. Конечно, иногда надо давать отпор и защищать себя. Только помните, что драка не решает проблему и кулаками не добиться правды. Я – ваш учитель. А что делает учитель? Читает нотации и дает наставления? Не только! Я хочу научить вас добру и дать надежду, помимо теоретических знаний и клинического опыта. Давайте забудем сегодняшний случай. А завтра снова наденем белые халаты, будем соблюдать врачебную этику, уважать наставников, следовать дисциплине, спасать жизни, лечить пациентов и преодолевать любые трудности, в чем мы с вами и клялись.

Цун Жун, выключив кран, прислушивалась к разговору. Сквозь стеклянную дверь проглядывал размытый силуэт профессора, но его голос доносился четко и ясно.

Девушке на ум пришла фраза, которую она вычитала когда-то давным-давно: «Я люблю человека яркого таланта: он сияет, но не слепит».

Она вдруг вспомнила про звонок тети, обеспокоенной молодым возрастом наставника Чжун Чжэня. Что же она тогда ей ответила?

А-а, вспомнила! Тогда она заверила, что с профессиональными навыками и этикой у Вэнь Шаоцина все в порядке. Он из династии врачей, и у него сильный характер. И если у Чжун Чжэня будут проблемы с успеваемостью, то только по собственной вине.

Может быть, в тот момент к словам девушки примешались личные чувства, но сейчас ей казалось, что она ничуть не приукрасила. Какими добрыми делами в своей прошлой жизни ее беспутный брат заслужил такого наставника?

Аспиранты погрузились в молчание, затем горячо заверили:

– Шеф, не волнуйтесь, мы не будем больше драться.

Чжун Чжэнь сжал кулаки и твердо пообещал:

– Да! Мы будем усердно учиться и каждый день добиваться успехов!

– Правда? – Вэнь Шаоцин покосился на него и сухо спросил: – Тогда почему ты до сих пор не сдал статью?

– Э-э… – Его пыл мгновенно угас. – Кажется, я серьезно болен. У меня паталогическая лень.

– Паталогическая лень? – Вэнь Шаоцин бесстрастно глянул на Чжун Чжэня. – Современный уровень медицины не позволяет справиться с этой болезнью, тебе остается только лечь и умереть!

Чжун Чжэнь горько усмехнулся. Он отдавал себе отчет в том, что у профессора высокие требования и глупо было надеяться на какие-либо поблажки. Единственно правильным решением было посидеть завтра допоздна и дописать статью.

К счастью, наставник не стал развивать эту тему. Взглянув на настенные часы, он махнул рукой:

– Пора по домам. Завтра с самого утра надо быть в больнице, дел невпроворот.

– Каких еще дел? – насторожились аспиранты.

Вэнь Шаоцин, согнув указательный палец, постучал им по столу:

– Считаете, что можно безнаказанно давать волю кулакам в стенах больницы? Думаете, в университете вас похвалят?

Ребята притихли.

– Профессор, но вы же были с нами, – напомнил кто-то.

Наставник задумчиво потер висок и вздохнул:

– Меня ждет кое-что похуже…

Провожая своих гостей, Вэнь Шаоцин категорически запретил им прикасаться к телефонам.

Он подозревал, что новость уже давно разлетелась по интернету, и опасался реакции пользователей Сети.

Чжун Чжэнь валился с ног от усталости, потому решил остаться ночевать у сестры. Он направился к выходу, но путь ему преградил профессор.

Вэнь Шаоцин прислонился к стене и скрестил руки на груди:

– Что сегодня с Цун Жун?

Юноша догадался, что имеет в виду наставник, и, поколебавшись, заговорил:

– Это блюдо…

– Что-то не так? – нахмурился Вэнь Шаоцин.

Чжун Чжэнь не ответил, лишь притворно вздохнул и спросил:

– Шеф, у вас насчет моей сестры серьезные намерения?..

Вэнь Шаоцин нехотя поднял взгляд и ушел от ответа:

– Серьезные или нет, какая разница?

Чжун Чжэнь скривил рот:

– Если вы собрались жениться, то должны подумать, как задобрить будущего шурина. Ну а если ради развлечения, то я вам наваляю!

Вэнь Шаоцин пропустил его угрозы мимо ушей и спокойным, но твердым голосом произнес:

– Вернемся к блюду.

Чжун Чжэнь не стал увиливать.

– Это любимая похлебка сестры, которую готовила наша бабушка, – признался он. – Сестра не может простить себе, что не успела попрощаться с ней. Поэтому в семье никто больше не упоминает это блюдо и уж тем более не готовит.

Вэнь Шаоцин задумался.

– Слишком сложно готовить и никто не хочет заморачиваться?

Чжун Чжэнь прокашлялся, поджал губы и манерно ответил:

– Да, но есть и другие причины.

– Ладно, я понял, иди отдыхать. – Вэнь Шаоцин выпрямился, помахал на прощанье рукой и вернулся в гостиную.

Цун Жун сидела на диване с ровной как струна спиной и ждала его. Неизвестно, о чем она думала, но вид у нее был крайне сосредоточенный. Когда девушка заметила профессора, выражение ее лица немного смягчилось. Она взяла диктофон, ручку и бумагу:

– Пойдем в кабинет, поговорим.

Он согласно кивнул.

Там девушка заняла кресло, открыла блокнот и включила диктофон:

– Расскажи мне подробно о сегодняшнем конфликте: время, место, причина, как развивались события и чем все закончилось. Чем детальнее, тем лучше.

Вэнь Шаоцин, стоя в нескольких шагах от нее, у стола, недоуменно