Академия Клейто - Екатерина Тимошина

После того как я вдоволь ее распробовала, я, усилив своей собственной силой, отправила магию правды на Сида и уже сосредоточилась на нем. Какое-то время ничего не происходило, а после взгляд фамильяра остекленел, и он бессмысленно уставился на меня.

— Расскажи, Сид, о чем ты мечтаешь? — спросила я.

— Я мечтаю, чтобы Посейдон вернул мне тело эльфа. — ни секунды не задумываясь, ответил осьминог.

— И что ты сделаешь первым делом, когда получишь его?

— Пойду просить руки Дории. Я люблю ее.

Я отпустила силу, и нить Кайнериса быстро вернулась к нему. После чего взгляд Сида прояснился, и он растерянно похлопал глазами.

— Ну что? Получилось? — спросил он.

— А ты как думаешь? — поинтересовался у него Кай.

— Даже не знаю. Было такое ощущение, что я замер, но быстро очнулся.

— Значит, получилось, — расплылся в довольной улыбке тритон, я же не сдержалась и улыбнулась в ответ.

— А что ты спросила? — нервничая, произнес фамильяр.

— О чем ты мечтаешь? — ответила я и улыбнулась еще шире, отмечая, как Сид еще раз хлопнул глазами, а затем смахнул щупальцем со своего большого лба испарину. А я даже не знала, что осьминоги могут потеть. Видно, сильно перенервничал бедняга.

— Все в порядке, друг. Мы никому не скажем. — ответил Кайнерис и похлопал Сида рукой. — Итак, мы знаем, что это сделать возможно. Только остается научиться это делать абсолютно незаметно. Ковентина не должна почувствовать, что она замерла или что что-то изменилось.

Остатки вечера я тренировалась на Сиде, втайне мечтая задать вопрос Каю. Но его магию я боялась перенаправить на него же, не зная, как она себя при этом поведет. Все-таки опыта в данном деле у меня почти никакого. Да и, если уж быть полностью откровенной, я просто боялась получить ответ на свой вопрос.

Зато о Сиде мы узнали довольно много: впервые он поцеловался в 10 эльфийских лет с другой девочкой-эльфийкой; в академии магии учился плохо и часто хулиганил; всегда очень боялся разочаровать отца, поэтому слушался его беспрекословно; будучи эльфом, никого не любил и смог полюбить только в обличии осьминога, хотя все это время не имел ни с кем отношений, потому что встречаться с другими осьминожками он никак не может, ведь они не слишком разумны, а разумные девушки не воспринимают его как мужчину. Еще он рассказал, что Посейдон перестал с ним разговаривать, и его это беспокоит, как бы не случилось чего. Все-таки в последнее время бог стал слабеть. Только вот истинной причины его слабости никто не знает.

Также мне было интересно узнать про артефакт, который может поднять Атлантиду из воды, и Сид рассказал, что после того случая, когда Сид попытался украсть его, Посейдон разделил артефакт на 10 частей, которые отдал на хранение своим детям и их семьям. Таким образом, кусочек артефакта передавался из поколения в поколение внутри одной семьи. Сейчас, по прошествии стольких лет, сложно сказать, у кого именно каждый фрагмент этого артефакта, но один точно есть у Кайнериса. Кай же ответил, что это их фамильное брачное кольцо, которое надевает невеста в день своей свадьбы.

И я задумалась, а не оно ли так нужно Ковентине? Если бы ей удалось заполучить любовь Кайнериса, то он бы точно на ней женился и подарил бы ей кольцо.

Это, конечно, лишь догадка, но надо будет все же выяснить, в чьих семьях сейчас спрятаны остальные части этого артефакта. На этой мысли я и уснула, чтобы завтра встретить новый день в Академии Клейто.

Глава 50. Пришел пригласить тебя на свидание!

Катя

Второй учебный день пролетел настолько стремительно, что я искренне удивилась, когда прозвенел звонок последнего на сегодня урока по “Защитным чарам”. Занятия оказались такими интересными, что меня не могли отвлечь болтливые одногруппники и даже мысленно нудящий вечно голодный Сид.

На “Руноведении” показывали, как правильно чертить руны для заклинаний и различных ритуалов, какие для этого использовать материалы и где находятся наиболее сильные магические места.

По “Целительству” читала лекцию очень милая преподавательница Зеневьева Полански, которая оказалась нереидой. И, как я уже успела заметить, нереиды ранимые, чувствительные и очень эмоциональные. Они пышут жизнью, активно всем интересуются, а уж если влюбились, то частенько объект их любви страдает от излишне навязчивого отношения. Нереиды “залюбят”, “зазаботят” и “завниматят”. Вот именно так!

Зеневьева Полански не стала исключением. Она пыталась уделить внимание каждому адепту, и это при условии, что лекция велась у всей нашей первой ступени. Она словно птичка колибри носилась по аудитории, щебетала, какие первостепенно следует выучить заклинания перед тем, как мы перейдем к практическим занятиям, и еще умудрялась весело хихихать и флиртовать с парнями. Знаете, я искренне была рада, что я девушка и мне не грозит такое чрезмерное внимание.

А по “Защитным чарам” профессор Амелин Шае рассказывала, что защитная магия включает нейтрализующие магические воздействия, нивелирующие или ослабляющие чужие заклинания, иногда отклоняющие их. А еще самое важное в защите — соблюдать дистанцию, так как на поле боя ситуация меняется настолько быстро, что не всегда можно успеть сориентироваться. И познакомила нас с отталкивающими заклинаниями, с которыми мы будем тренироваться на следующем уроке, который пройдет уже на полигоне. И пояснила, что в дальнейшем у нас всегда будет сначала урок теории, а после урок практики.

После уроков нас с Сидом одногруппники пригласили в общежитие, чтобы угоститься какими-то особенными пирожками, сделанными бабушкой Аалтона по их фамильному рецепту. В общем, не сами пирожки меня заинтересовали, а то, что я хоть наконец погляжу на их общежитие. Еще ни разу там не была, но так любопытно, что об этом я уже несколько раз тонко намекала Ривзу, что было бы круто всем вместе собраться в комнате, поболтать… К счастью, всего лишь с третьего раза дженази понял мой намек.

И вот я с трепетом и волнением вхожу в святая святых всех адептов, куда не ступает нога преподавателей, ну разве что иногда распорядителя и дежурных, но это мелочи.

Вместе с боевыми магами живут артефакторы, бытовые маги, проклятийники и заклинатели. Какое счастье, что журналисты в другом корпусе и я ни с кем из них не пересекусь.

Стоило выйти из шлюза, как мы окунулись в оживленную атмосферу общей гостиной, занимающей почти половину первого