Чудесные куклы барышни-попаданки. Книга 2 - Василиса Мельницкая

Чтобы от Влада, наконец, отстали. И Василису не трогали.

- Не мне решать, - пробурчал Александр. – Но, если случится… не подведу.

Едва вставать разрешили, Влад и отправился к Марьяне. К гробу, что стоял в каменоломнях. А следом Алексей увязался. Влад его с собой не звал, но и возражать не стал. В глазах периодически темнело, а пол норовил ускользнуть из-под ног. Алексей же…

Да нормальные они, оба единокровных брата, если уж разобраться. С такой матушкой, как у них, немудрено, что с Владом враждовали. И не обязаны они любить друг друга, дети законной жены и дети любовницы. Так что все… в пределах разумного. Главное то, что Александр от жертвы отказался, а не то, какого он мнения о Владе. И Алексей тоже… силой вот делится, родовой. Это немало.

- Ты долго пялиться на нее будешь? – спросил Алексей. – Так ничего и не сделаешь?

- А что я могу? – вздохнул Влад. – Она не вернулась.

- Ну, не знаю. Поцелуй! Хотя бы.

- Это только в сказках поцелуи оживляют мертвецов.

- Тебе и попробовать лень? – хмыкнул Алексей. – Хуже не будет. Или очнется, или, все одно, хоронить. Поцелуй, позови. Все лучше, чем пялиться.

И то верно. Влад толкнул крышку гроба, но сил сдвинуть ее не хватило.

- Помочь? – поинтересовался Алексей.

- Помоги, - согласился Влад.

И подумал о том, как сложилась бы их с Марьяной судьба, если бы он принял предложение Алексея. Ведь помощь тот предлагал давно. Не обманул бы? Теперь не узнать. И сожалеть не о чем.

От Марьяны пахло… яблоками. И, кажется, медом. И Влад готов был поклясться, что она жива. Жива! Только спит.

Он погладил ее по волосам. Платье… то самое, в каком она пришла на бал. И губы… теплые.

Откуда тепло? Здесь холодно. Очень холодно.

Позвать?

- Знаешь ее тайное имя? – спросил Алексей.

- Что? – переспросил Влад, оборачиваясь.

- Тайное. То, что при имянаречении дают, - напомнил он. – Оттуда лучше тайным именем звать.

- Марианна, - выдохнул Влад. И снова поцеловал. – Марианна, вернись, пожалуйста. Я тебя люблю.

Глупо, наверное. Влад не удивился бы, услышав за спиной смех. С Алексея станется, он обожал жестокие розыгрыши. И все равно! Нельзя не попытаться. Даже если так бывает только в сказках.

Владу показалось, что губы Марьяны дрогнули. А грудь поднялась. И опустилась. Дышит?!

- Марианна… - Влад взял ее за руку. – Я здесь. Я тебя жду.

И глаза открылись. Небесно-голубые. Взгляд, обволакивающий теплом, скользнул по лицу Влада. Губы шевельнулись.

- Что? Я не расслышал.

Влад наклонился к Марьяне. Сердце стучало, как бешеное. Вот-вот выпрыгнет из груди!

- Ты… позвал. – По щеке Марьяны скользнула слезинка. – Меня. – Она облизала губы и повторила: - Ты позвал меня.

- Конечно, тебя. Кого ж еще, - проворчал Алексей, нарушая красоту момента.

Впрочем, обижаться на него Влад и не думал.

- Вы тут милуйтесь, а я позову кого, - добавил Алексей. – Одному мне двоих не утащить, если в обморок решите прилечь по дороге.

У Влада хватило сил помочь Марьяне выбраться из гроба. А после оба сидели на каменном полу и держали друг друга за руки.

- А Василиса? – спросила Марьяна.

- Все там же, с Добрыней, - ответил Влад. – Вместе за ней поедем. Или к ней. Как ты решишь.

- Вместе решим.

А силы прибавлялись. И вскоре их хватило, чтобы встать.

Влад обнял Марьяну, и она его обняла. Жар поцелуя согрел обоих.

- Ты выйдешь за меня замуж? – спросил Влад.

- Так я уже, - напомнила Марьяна.

- Не как Марианна, - возразил он.

- Двоеженцем будешь? – хихикнула Марьяна.

- Буду.

- Не надо. Я встретилась с Марьяной. Там, за чертой. Теперь она – это я. И наоборот.

- Так решили боги? – догадался Влад.

- Так решил ты, - прошептала она.

Вдалеке послышались голоса. И, кажется, батюшка явился в каменоломни собственной персоной.

Влад крепче обнял Марьяну. И правда, уладить дела, да уехать. Совсем, из столицы. Дом поставить на берегу Волги. Практику он везде найдет. А Марьяна пусть мастерит куклы, если захочет. Простые, чудесные. Любые. Что-то подсказывало Владу, что перевертышей больше не получится.

И это правильно.

Эпилог

в котором пиру на весь мир герои предпочитают семейный ужин

Хотелось быстрее уехать, к Василисе. И из столицы – тоже. Но как, если у Влада едва хватало сил на прогулки по саду? Я восстановилась быстрее, и от мужа не отходила ни на шаг.

Из палат мы перебрались к Лидии Алексеевне, и она предлагала отправить за Василисой слуг. Добрыня присмотрел бы за ней в дороге. Однако у нас с Владом были другие планы.

В доме, кроме нас, теперь жил Владияр, средний из братьев Юрьевских. Такой же светловолосый и голубоглазый, как Владимир и Владислав. После несчастного случая на полигоне он не мог ходить, и по дому передвигался в инвалидной коляске.

Яр не выглядел нелюдимым, но говорил мало. Чаще сидел у окна и смотрел в сад или читал. Взгляд его казался погасшим. И Лидия Алексеевна твердила, что время лечит, что все наладится.

Жаль, но помочь Яру я уже не могла. Дар Лады выгорел из-за проклятия.

Едва Влад почувствовал себя достаточно здоровым, чтобы отправиться в Нижний Новгород, мы получили приглашение от его отца. Великий Князь звал нас на семейный ужин.

- Наверное, тебя хочет официально представить, - предположил Влад.

От повторной свадьбы и торжеств я отказалась, и муж меня поддержал. Хотя его отец настаивал. Траура по Великой Княгине не объявляли. Черное ведовство, сделка с бесом и, как следствие, многочисленные убийства сделали ее преступницей. И событие это народ, по словам князя, огорчало безмерно. Ходили всякие нехорошие слухи, сплетни, байки. И хорошо бы устроить торжество светлое, радостное. Женитьба младшего сына – подходящий повод.

Я согласилась бы, ради Влада. Перетерпела бы. Но он верно почувствовал, что мне это радости не доставит. Впрочем, и он не любил быть в центре внимания.

И вот – ужин. Семейный.

Оказалось, что Лидия Алексеевна тоже приглашена. И Владимир. И Владияр.

Великий Князь не обманул. Вместе с нами за стол сели Александр и Алексей, причем с Лидией Алексеевной оба поздоровались вежливо, а братьям единокровным и вовсе руки пожали. И больше никого.

Отужинали,