Временный интерес - Люда Вэйд

— Какой? — не скрываю я своего любопытства.

— О машине. Почему она тебе не нравится?

— Она… Она мне нравится, конечно, но… — Я думаю, как правильно выразить то, что чувствую, комкаю салфетку в руках, подбирая слова. — Зачем ты мне её подарил? Ты правда думал, что я мечтала стать твоей содержанкой?

Только произнеся это вслух, я поняла, что последняя фраза получилась неожиданно громкой. Инстинктивно оглядываюсь, боясь, что кто-то мог меня услышать, но убеждаюсь в том, что волноваться не стоит. Поёрзав на стуле, я опускаю глаза, машинальным жестом заправляю за ухо несуществующую прядь, а потом в ожидании смотрю на Глеба.

— Нет, я так не думал, — неспешно отвечает он. — Этого хотел я, Марин. Мне так было бы проще.

В его глазах читается искренность и лёгкая тень сожаления.

— Что изменилось сейчас?

— У тебя не получилось, — произносит Глеб со слабым смешком. — Встречи без обязательств не для тебя. А я понял, что с тобой хочу большего.

Он протяжно вздыхает, а моё сердце замерев, ждёт чего-то неведомого. Отпив глоток воды, он недолго смотрит в окно, а затем вновь обращает своё внимание ко мне.

— Ты обижена на меня?

Обижена ли я? Нет. Я не чувствую обиды. Скорее, мне неловко и неприятно от осознания того, что он мог видеть во мне девушку, готовую на отношения ради выгоды.

— Нет, я не обижена на тебя, — уверенно озвучиваю я свои мысли.

— Но ты не доверяешь мне? — Его вопрос попадает точно в цель, обнажая все мои — даже неосознанные — сомнения.

— Я хочу доверять, — шепчу я одними губами. — Но не понимаю… нужно ли это тебе?

— Не понимаешь? — переспрашивает Глеб, поднимая бровь.

— Нет…

— Мне нужно, Марина. Очень… Ты нужна.

После этих слов он берёт мои ладони, сцепленные в замок, в свои и, обдав их тёплым дыханием, нежно касается губами.

— Ты дрожишь, — произносит он глухо. — Замёрзла? Пойдём…

И правда, меня трясёт, словно от озноба, хотя внутри горит пожар. Мне хочется, чтобы он обнял меня, успокоил, подарил ту же уверенность, что исходит от него. Я ловлю каждую, но мне всё равно мало.

Выйдя из ресторана, мы спускаемся на лифте. Мне кажется, что нас поднимает на орбиту. Там только мы — и никого вокруг. Глеб неподвижен, и я сама льну к нему ближе, глубоко вдыхая его запах.

— Успокой меня, — прошу я тихо, прижимаясь щекой к его груди. — Пожалуйста…

Чувствую, как бьётся его сердце, и беззвучно отсчитываю удары.

— Марина… Ты просила не торопиться, — говорит он предупреждающе, но прижимает крепче.

— Я помню. Хорошо, что у меня было это время, Глеб. — Я решительно смотрю на него. Поддев двумя пальцами подбородок, он приподнимает моё лицо, смотрит в глаза и находит в них ответ. Между нами вспыхивает пламя, моя кожа начинает гореть. Я чувствую ладонь на затылке и его губы на своих. Наш поцелуй — глубокий, нетерпеливый, жадный и… очень короткий.

Он нажимает несколько кнопок, и мы снова едем вверх.

Лифт останавливается, и внутрь входит группа людей, а мы продолжаем, прижавшись, смотреть друг другу в глаза.

— Мы к Арсу в гости? — выдыхаю я, пытаясь отшутиться.

— Если хочешь, можем заглянуть… Но, думаю, у меня будет комфортнее.

Я закусываю щеку изнутри, силясь не улыбаться. Смотрю на него снизу вверх. Продуманный.

— Значит, к тебе?

— Ко мне, Марин.

Я не успеваю рассмотреть ни прихожую, ни гостиную. Помню только щелчки замков, наше рваное дыхание, его лицо и горящие глаза.

— Как ты была без меня?

— Плохо… — Я обвиваю руками его шею. — А ты?

— Чуть не сдох, — шепчет, врываясь в мой рот языком.

Я начинаю плавиться в эйфории. Я хочу быть с ним! Я ему верю, и у нас всё получится!

Его близость, как всегда, сразу пробуждает моё желание. Я выгибаюсь в его руках и стону от каждого откровенного прикосновения. Его горячие губы оставляют пылающие отметины на моей шее — я позволяю всё.

— Ты моя, Марина. Моя женщина. Слышишь? — рычит Глеб.

— Да… — Я зарываюсь пальцами в его волосы. — Боже мой, да…

Моё платье и его рубашка летят куда-то в сторону. Слышу, как ударяется пряжка ремня о пол, и чувствую спиной мягкую постель. Он стягивает с меня стринги и наполняет одним резким движением. Замерев, мы смотрим друг другу в глаза. Я вижу целый океан, в котором хочется тонуть снова и снова — сладко и по своей воле.

— Я люблю тебя, — раздаётся его хриплый голос надо мной. Он произносит это спокойно и ровно, будто что-то само собой разумеющееся. А моё сердце ликует!

Да! Это и есть счастье!

Хочу утонуть в нём, впитать каждой клеточкой кожи. Забрать его себе целиком, и в ответ отдать себя — всю, без остатка. Всё тепло, всю нежность, всю безудержную любовь.

Глеб начинает двигаться, с каждым толчком наращивая темп. Я накалена до предела, эмоции на грани взрыва. Я слишком быстро приближаюсь к разрядке, чтобы сказать ему хоть что-то, дать ответ на его признание. Да он ему и не нужен — Глеб всё давно понял.

Лишь согласно киваю и шепчу что-то несвязное, прежде чем рассыпаться на миллиард мелких кусочков.

Он догоняет меня почти сразу. Почувствовать это, я, перехватив за шею, притягиваю его к себе. Глеб кончает долго, содрогаясь всем телом и изливаясь в меня до последней капли.

— Не отпущу тебя больше никуда, — выдыхает он мне в губы.

Слёзы счастья текут по щекам. Он меня не отпустит! Да я и сама не хочу никуда уходить! Люблю его и хочу быть только с ним.

Где-то на задворках сознания мелькает мысль, что мы не предохранялись, но тонет в нашем общем безмолвном понимании. Я верю ему.

Прижавшись друг к другу, мы долго приходим в себя и молчим. Глеб лежит на спине, перебирая мои волосы и пропуская пряди между пальцами. А я — у него на плече, лениво вывожу узоры на груди. Я бы хотела засыпать так каждый вечер и просыпаться так же каждое утро. Чтобы всегда, как сейчас — тепло, тихо и спокойно.