Временный интерес - Люда Вэйд

Глава 64

— Расскажи мне о своих желаниях, Мариш, — просит меня Глеб после моего рассказа о планах работать визажистом.

Поднимаюсь с его плеча и устраиваюсь рядом, опершись на локти. Рассматриваю его: лицо, грудь, руки, шею… Это всё теперь моё? Не верится… Я так хочу его всего себе! Он мой! Никому не отдам!

Глеб, закинув руку за голову, спокойно наблюдает за мной. В его взгляде — тепло и ожидание. Я явно увлеклась разглядыванием, а ведь он ждёт ответ.

— О моих желаниях? — переспрашиваю, хотя понимаю, что он имеет в виду.

— Да. Чего ты хочешь по-настоящему? О чём мечтаешь?

— Мои желания совсем не уникальны, Глеб. Они простые, самые обыкновенные.

— Скажи мне, — настаивает он.

— Я хочу… семью. Большую, дружную, крепкую. Чтобы были муж, трое детей и дом с садом, — перечисляю и замечаю, что совсем не стесняюсь говорить ему это. — Ничего необычного. Всё как у всех.

— Трое? — переспрашивает он с задумчивым видом.

Я киваю.

— Два сына и дочку, — уточняю я и на пару секунд даже задумываюсь, стоит ли озвучить выбранные мной имена. Они, как драгоценности, хранятся в сердце, ожидая своего часа.

Глеб поднимает брови и проходится вдоль образовавшихся на лбу складок подушечкой большого пальца.

— Раз так, выходи за меня, Марина, — произносит буднично и, перекатившись на бок, подминает меня под себя. — Будем жить-поживать, да добра наживать, м?

— Не смешно…

— Разве я смеюсь? — Глеб ловит прядь моих волос и, растерев её между пальцами, с показательным наслаждением вдыхает аромат.

— Нет…

— Правильный ответ другой, Мариш. — Закатив глаза, он зарывается лицом в мои волосы, ерошит их, жадно вдыхая. — Но ты права, звучит смешно. Добра у меня и так навалом. Будем просто жить, любить…

— Ты это только что придумал? — Лёгким толчком пытаюсь отодвинуть его от себя. — Нельзя так шутить.

Я, как и любая девушка, представляла, как бы хотела, чтобы мне сделали предложение руки и сердца. Но происходящее сейчас мало похоже на романтические фантазии.

— Я шучу? — Глеб приподнимается и сверлит меня хмурым прищуром.

Я киваю в ответ, и он тут же отбрасывает одеяло. Лениво, будто его оторвали от важных дел, он встаёт с кровати и абсолютно обнажённый идёт через комнату к тумбочке. В полумраке я не вижу, что он делает, но вскоре Глеб возвращается и ложится рядом со мной. На его ладони — красная бархатная коробочка.

Моё дыхание теперь и вовсе замирает.

Боже!.. Это то, о чём я подумала? Кажется, да.

— А так? — Нажатием кнопки Глеб открывает коробочку, и я вижу кольцо с камнем внушительного размера.

Я склоняю голову, пытаясь сфокусировать взгляд на деталях украшения, но ничего не получается. Понимаю лишь, что оно сияет даже в полумраке. Кажется, такое кольцо я видела только по телевизору на звёздах.

— Когда ты его купил? — спрашиваю машинально.

— А какая разница. Выйдешь?

Я часто киваю, даже не успев осознать, что это означает согласие выйти замуж за Холодова! Не теряя ни секунды, Глеб надевает кольцо на безымянный палец. Оно садится идеально, как влитое.

— Как ты угадал с размером? — тут же спрашиваю я. Действительно, как? Почему-то именно это интересует меня сейчас больше всего.

Глеб наклоняется и нежно целует меня в губы, улыбается. Я понимаю, что думаю не о том, и пытаюсь переключиться. В носу начинает щекотать, и мир перед глазами плывёт.

— Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, Морозова. Стала моей женой. Холодовой.

Закрываю лицо руками, готовая сорваться на истеричный смех сквозь слёзы. Только он мог сделать такое предложение. Только Глеб!

— Не так? Неправильно сказал? — слышу его озадаченный голос.

— Правильно. Всё верно. — Я убираю руки от лица, слова находятся сами собой. — Я хочу, чтобы ты женился на мне, Холодов. Стал моим мужем.

— Ух! Я даже поволновался. — Глеб притягивает меня к себе, зацеловывая лицо.

— Я тоже…

Боже… Невероятно! Столько раз я представляла себе этот момент — на белоснежном пляже, в окружении пальм и под шум волн он, приклонив колено… Или — терраса ресторана, залитая огнями ночного города, и скрипка, выводящая мелодию… Но нет! Всё вышло иначе! И как же прекрасно!

— Я хотел сделать это в другой обстановке… — Словно прочитав мои мысли, Глеб окидывает взглядом комнату. — Но ты не оставила мне выбора.

— А мне понравилось, — шепчу я тихо. Понимаю, что внешние атрибуты не главное, важно, что внутри. А там много чувств и чего-то ещё, чего я даже описать не в состоянии.

— Правда?

— Да.

Обняв Глеба за шею, я тянусь за поцелуями. Не могу ничего с собой поделать, хочу быть к нему близко-близко и не расставаться больше никогда.

— Неужели у нас будет настоящая семья? — бормочу еле слышно. Мне сложно в это поверить. Я пытаюсь держать себя в руках, но чувствую, что слёз не избежать.

— Ты хочешь? — спрашивает Глеб. В его голосе слышится тревога, но он, кажется, понимает моё состояние и успокаивающе гладит меня по волосам.

— Я? Хочу, конечно. — Я расслабляюсь от его ласки. — С тобой хочу.

— Значит, будет, — говорит он, стирая солёные дорожки с моих щёк. — Уже не думал, что это со мной случится, но я хочу. С тобой хочу, Марина. Всего.

— Глеб… любимый.

— Любимая.

Эпилог

Глеб

— Заключение планируем на следующей неделе. Предыдущий контракт исполнен на сто процентов, — звучит в трубке уверенный голос нового генерального директора «Машдора», успокаивая меня окончательно.

— Хорошо. Жду на следующей неделе у себя, — отвечаю я.

Младший сын Исаева полностью освоился и хорошо справляется со всеми делами. Несколько месяцев у руля, и ни единого нарекания у него не было. Предприятие в надёжных руках, я доволен.

Завершаю разговор и, положив трубку, по привычке смотрю на свадебную фотографию, украшающую мой рабочий стол. Марина сама принесла её в мой кабинет, поставив на самое видное место. Изредка жена приходит в гости, но тот визит, подозреваю, был лишь предлогом для ревизии моего винного шкафа. Дома спиртное теперь — только на особые случаи, но я не возражаю. Нужно контролировать себя и не запускать здоровье.