Пепел на ветру - Кэтлин Вудивисс

— Что за черт! — Он присмотрелся внимательно. — Эл, да ведь это ты!

— Да, сэр, — Теперь Элайна снова заговорила хрипловатым мальчишеским голосом. — Мы вот с ним, — она ткнула грязным пальцем в Саула, — привезли сюда капитана. Мятежникам ведь все равно, кого убивать — врача или солдата.

— А ну-ка вы, двое! Отнесите капитана в палату, — приказал Гриссом, останавливая санитаров. — Остальных пока оставьте в коридоре.

Он приблизился к носилкам, на которых лежал Коул.

— Доктор Брукс сейчас занят, но я попрошу майора Магрудера осмотреть вашу ногу.

Коул поморщился при упоминании имени майора.

— И вам не стыдно отдавать вашего командира в руки этого мясника? — гневно осведомилась Элайна.

Прежде чем сержант успел ответить, в коридоре загрохотали тяжелые сапоги, и краснолицый Магрудер, появившись в проходе, злобно уставился на чумазого мальчишку.

— Мясника? Ах ты, негодяй! Мне следовало еще прежде отдать тебя под трибунал за дезертирство!

— Я не ваш солдат, — огрызнулась Элайна. — И не дезертир. Просто я решил съездить домой.

— Оставьте мальчишку в покое, майор. — Коул с трудом приподнялся на локте. — Если бы не Эл, я бы уже давно гнил в тюрьме конфедератов.

На лице Магрудера отразилось непритворное удивление.

— Кого я вижу! Капитан Латимер! У нас есть сведения, что вы пропали без вести, а перед этим ухитрились стать героем. Сержант подробно изложил в рапорте, как вы остались прикрывать отступление раненых. Говорят, вы в одиночку сражались против отряда кавалерии и целой артиллерийской батарей!

— На самом деле — против патрульного отряда с единственной пушкой, — усмехнувшись, поправил Коул.

— Значит, вам будет отрадно узнать, что из четырехсот раненых, оставленных под Плезент-Хиллом, уцелели только те, кто попал к вам в лагерь.

— Об этом я даже не подозревал, майор.

— Не важно. — Магрудер пожал плечами. — Уверен, командованию будет небезынтересно узнать, как вы очутились здесь, когда вся армия еще находится в Александрии.

— Пожалуй, это я и сам не смогу объяснить, — пробормотал Коул. — Большую часть пути мне пришлось провести в гробу, и все же благодаря Элу и его слуге я в конце концов очутился здесь. Правда, от конфедератов мне достался небольшой сувенир…

— А, вы про свою рану! Сейчас посмотрим… — Магрудер опустился на колени рядом с носилками, вынул из кармана ножницы, разрезал повязку и раздвинул концом ножниц рваные края раны.

Элайна съежилась, закусила губу и со сдавленным стоном отвернулась к стене.

Чернокожий слуга не сводил глаз с майора — он уже успел прийти к определенным выводам насчет характера этого человека и не сомневался, что от такого врача следовало бежать как от чумы.

Наконец Магрудер поднялся.

— Это осколок. Большой кусок свинца. Еще несколько недель — и ваша кровь будет отравлена им, это несомненно. Ногу придется отрезать.

Лицо Коула побелело:

— А разве нельзя просто извлечь осколок? Видите ли, с этой ногой я родился, успел привыкнуть к ней, и мне вовсе не хочется ее потерять…

Майор пожал плечами:

— Металл плотно прижат к кости — чтобы достать его, придется сломать ногу. Поблизости проходит много кровеносных сосудов. Если мы заденем их, начнется гангрена. Это всего лишь вопрос времени…

— Вовсе нет, — возразил Коул. — Стреляли из орудия Уилкинсона — значит, это стальной осколок, а не свинцовый. Если его нельзя извлечь, надо только зашить рану и оставить его на месте.

— Я никак не могу согласиться с вами, капитан. — Магрудер повысил голос. — Как бы там ни было, решать мне! Пациент не вправе спорить с врачом, не так ли?

Коул некоторое время молча смотрел на ухмыляющегося майора, а затем откинулся на носилки.

— Думаю, у меня найдутся защитники. — Он приподнялся и вытащил из-под свернутого одеяла, служившего ему подушкой, «ремингтон» сорок четвертого калибра. — Эл! Пистолет при тебе?

— Да, капитан. — Элайна похлопала по тяжелой сумке, висящей у нее на плече.

— Он заряжен?

— А как же!

— Ну а ты, Саул, умеешь обращаться с оружием?

— Да как вам сказать, капитан? — с усмешкой отозвался негр. — Заряжаю я не так чтобы очень быстро, но разряжаю в один миг и еще ни разу не промазал.

— Тогда держи! — Коул протянул ему пистолет. — Вы оба пойдете со мной, и если кто-нибудь задумает подойти ко мне с пилой, сразу стреляйте.

Лицо Магрудера покрылось красными пятнами.

— Неужели вы думаете, что я стану оперировать вас в присутствии этого мальчишки и невежественного черномазого?

— Придется, доктор, — сухо отозвался Коул. — Только будьте осторожны и помните о том, что я сказал.

Санитары переложили капитана на операционный стол. Увидев, что Элайна и Саул заняли место в углу комнаты, он немного успокоился. Сержант Гриссом прижал к его лицу марлевый тампон, пропитанный хлороформом.

В комнате стало тихо. Магрудер сосредоточенно работал, пытаясь подцепить плотно прижавшийся к кости кусок металла. Он даже забыл про две пары глаз, следивших за каждым его движением, однако извлечь осколок никак не удавалось. Вконец измучившись, майор уже протянул руку за пилой и вдруг похолодел, увидев дуло пистолета, нацеленное ему прямо в грудь.

В этот момент за его спиной хлопнула дверь, и, обернувшись, он увидел входящего в операционную доктора Брукса.

— Достать осколок вряд ли удастся, — быстро осмотрев рану, заметил Брукс. — Ухватиться не за что.

— Да, — согласился Магрудер. — Но это сталь, а не свинец и не медь. Придется все аккуратно зашить и надеяться на лучшее.

— Пожалуй, другого выхода нет. — Доктор Брукс поскреб подбородок. — В противном случае ногу придется отнять.

В ответ Магрудер только усмехнулся и кивнул в сторону Элайны и ее слуги:

— Об этом лучше даже не заикайтесь.

Саулу явно не пришлись по душе мелькавшие повсюду синие мундиры, и потому он вскоре отправился в дом Крэгхью, а Элайна осталась в госпитале, терпеливо дожидаясь, когда доктор Латимер придет в себя. При этом она уже решила, что ночевать отправится к миссис Хоторн. Наконец ее допустили в маленькую палату, куда перенесли Коула. Войдя, Элайна остановилась у двери и долго смотрела на заострившийся бледный профиль капитана. Впервые в жизни она видела Коула таким неподвижным, и от этого ей невольно стало не по себе. Что, если его ждет самое худшее — как бедного Бобби Джонсона?

Элайна тряхнула головой, отгоняя пугающие мысли. На этот раз все кончится хорошо, сказала она себе, иначе и быть не может.

Дверь открылась, и вошел доктор Брукс. Он устало улыбнулся Элайне и ободряюще потрепал ее по плечу. Вскоре в палату явились Магрудер и генерал Митчелл. Прислушиваясь к разговору врачей, девушка напряженно ждала их приговора.