Лондон pret-a-porte - Олег Селиверстов

Уборщица запомнила две родинки на лице посетителя, поэтому полиция не сомневается, что в отель приходил Влад. Он увидел труп, решил не нарываться на неприятности и покинул Англию. У полиции нет никаких оснований предъявлять Владу обвинение. Смерть Николя – трагическая случайность, обусловленная передозировкой снотворного и алкоголя.

Кэт закончила рассказ как раз в тот момент, когда «Тойота» подрулила к аэропорту Хитроу. Начало светать. Небо хмурилось. Скомканные ветром тучи свисали с неба, будто промокшие складки пышного кринолинового платья.

Кэтрин проводила меня до стойки регистрации.

– Пока, сэр Антуан. Не возражаешь, если я позвоню, когда буду в России будущей весной?

– Конечно, звоните, миледи. Куда-нибудь сходим. Или отвезу тебя на экскурсию. У меня есть любимое место на одном озере. Мы туда ездили с отцом ловить рыбу.

– Килт брать? – лукаво улыбнулась Кэтрин.

– Непременно.

– Хочешь, я помогу тебе зарегистрироваться и сдать багаж?

– Не надо. Я справлюсь. Поезжай, у тебя усталый вид. Охранник наверняка вернулся. Если он обнаружит, что меня нет в камере, то поднимет тревогу.

В глазах Кэтрин отразилось беспокойство. Видимо, план побега родился спонтанно. Пока Кэтрин раздумывала, как поступить, я успел рассмотреть на квадратной светло-коричневой сумке, которую она держала на согнутом локте, скромную бирку «KELLY».

– Да, Антуан, ты прав. Надо срочно возвращаться домой. До встречи, – она чмокнула меня в щеку и поспешила к выходу.

* * *

Горячий чай с лимоном приятно согревал, напоминая усталому организму, что наступило утро пятницы. Объявили окончание посадки на рейс «Лондон – Москва». Самолет улетал без меня. Я решил остаться в Лондоне и доказать свою невиновность. Скорее всего, эта затея обречена, но попытаться все-таки стоило. Задеты моя гордость и честь, к тому же, ZET МАX IMPERIAL должна мне приличную сумму.

Я специально не сказал ничего Кэт, опасаясь, что она может помешать исполнению плана. Женщинам не место в драке.

Когда Кэтрин поведала подробности смерти Николя, я понял, что девушка и Влад появлялись в отеле Николя не случайно. Без сомнения, смерть напрямую связана с пропажей денег. Девушка – ключ к тайне, и мне предстоит отыскать его. Лучше до понедельника, чтобы не прятаться потом от британской полиции. Узнав о моем «побеге», папа Скрудж непременно заявит о мошенничестве.

«Ну что ж, Пиноккио, – сказал я сам себе. – В каморку возвращаться нельзя, на отель нет денег. Остается попросить приюта у какой-нибудь милой особы». Например, у Анджи. Визитка которой сохранилась в кармане пиджака.

Я нашел телефон-автомат и позвонил. Анджи никак не могла взять в толк, чего я хочу от нее так рано утром, и, видимо, совсем отчаявшись, сказала «come to me» и назвала адрес.

Примерно через час я отыскал многоквартирный дом, в котором жила Анджи. Перед тем как нажать на кнопку звонка на входной двери, я окинул себя мысленным взором. Внешний вид оставлял желать лучшего. Небритый, в помятом плаще, но зато с букетом белых гвоздик. Цветы я купил на выходе из метро – в знак того, что мои намерения чисты.

Пока мы завтракали, я кратко обрисовал Анджи ситуацию и попросил разрешения переночевать пару дней – пока не раздобуду денег на отель. Она любезно согласилась и сказала, что готова помочь, так как сегодня свободна и только вечером уезжает к подруге за город на весь уикенд. Она слышала о мрачной истории с Николя и искренне расстраивалась за Макса.

Я был благодарен этой худенькой девушке в огромной футболке – явно на два размера больше, то и дело ерошащей короткий ежик волос на голове.

Мы сидели в скудно обставленной кухне. На столе лежали бутерброды с плавленым сыром. Банка варенья, судя по надписи на этикетке то ли на венгерском, то ли на чешском языке, прислана хозяйке квартиры с далекой родины.

Я попросил у Анджи мобильный телефон, чтобы позвонить Симоне.

Услышав мой голос, Симона обрадовалась.

– Хорошо, что ты позвонил, я вся переволновалась. Как дела? Ты разобрался с папой Скруджем и пропавшими деньгами?

– Почти, – бодро соврал я. – Слушай, я потерял кредитную карточку и остался без денег. Ты не могла бы занять пару тысяч евро и выслать переводом? Спасибо. Отдам сразу как вернусь. И еще я потерял мобильный телефон. Так что звони на этот номер. Это телефон Анджи. Помнишь ту девушку – модель …

– Помню-помню, как ты таращил глаза, когда она раздевалась на сцене, – с издевкой сказала Симона.

Я не ответил. Ни одна женщина в мире, даже самая умная и добрая, не в силах сохранять спокойствие при появлении соперницы. Что делать – природа. Я поинтересовался, как дела у Макса.

– Шьет траурную коллекцию и раздает интервью направо и налево, – ответила Симона. – Он теперь звезда. Все газеты пестрят статьями о событиях в Лондоне. Журналисты такого насочиняли. Даже Николя превратили посмертно в стилиста, к тому же – гея, представляешь! И с фильмом все получилось.

Симона начала расписывать, как переделала сюжет. Смерть Николя привнесла в картину недостающую детективную интригу. Появились кадры похорон, интервью с инспектором Скот-ланд Ярда и многое другое. Фильм стал интереснее, напряженнее.

Она говорила, а у меня перед глазами порхало фиалковое платье. Вот она, царевна иудейская, спокойно снимающая перевозку трупа, похороны… «Принесите мне голову Иоканаана…»

– Премьера фильма состоится послезавтра на одном из центральных каналов. Братец устраивает вечеринку по этому поводу. Приедешь?

– Пока не знаю, – ответил я. – Есть небольшая проблема, которая может задержать меня здесь. Сбрось номер телефона Макса.

– О'кей, – пообещала Симона. – Антуан, а тебе случайно не попадались DVD-диски, которые Николя брал у меня посмотреть? Там была одна нужная запись, никак не могу найти дубликат. Когда мы получили в полиции его вещи, дисков среди них не оказалось. Пьесы Шекспира были, а моих записей нет, украли что ли? Кому они нужны?

– Николя брал у тебя диски? – переспросил я, ощущая, как зашевелились в смутной догадке клеточки серого вещества.

– Ты что, забыл? Это же при тебе было. Пять дисков с записями всяких презентаций, показов и прочих тусовок.

– Точно! На них были проставлены номера, – вспомнил я. – И ты говоришь, что в личных вещах, которые вернула полиция, этих дисков нет? А в полиции они не могли остаться?

– Не знаю.

– Я перезвоню…

– Антуан…

Восклицание Симоны еще затухало в электромагнитных волнах эфира, а я уже объяснял Анджи, что надо позвонить в Скотланд Ярд инспектору Лестрейду и выяснить, не находила ли полиция диски в номере отеля.

Анджи выполнила просьбу. Инспектора на месте не оказалось, вместо него нас соединили с той самой девушкой-переводчицей, которая присутствовала при допросе в бутике.