Лондон pret-a-porte - Олег Селиверстов

– Медсестры в больнице.

– А кто же в морге? Ладно, хрен с ними. Пусть никак не называют, лишь бы ноги были длинными! – воскликнул Макс.

Констебль оторвался от журнала и с удивлением уставился на расшумевшегося кутюрье, только что тихо причитавшего.

– Дым, дым… – Макс бросил шляпу с пером на стол и начал разводить руками, пальцы перебирали воздух. – И обязательно – лазуревые, небесно-ангельские беретки. Точно. Что-то должно быть на голове, морг – официальное заведение. У зрителя мороз по коже, а модели в меховых тапочках. Дайте, пожалуйста, журнал.

Макс выхватил у констебля журнал, взял карандаш и начал делать набросок на полях, поясняя, чем один халатик будет отличаться от другого.

Кому – смерть, а кому – вдохновение.

Полицейский непонимающе переводил взгляд с журнала на Макса и обратно.

Еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, я подвинул полицейскому другой журнал – «Кройка и шитье».

Закончив эскизы, Макс совсем успокоился. Он рассказал, как ездил на опознание тела, в подробностях описав обстановку «холодильника для мертвецов». Затем грустно заявил, что послезавтра должен будет сопровождать тело в Россию. Слава Богу, страховка покрывает расходы.

– Пусть Николя был мерзким придурком, надо устроить ему шикарные, бесподобные похороны, – резюмировал кутюрье.

– На обивку гроба пойдут остатки арабского шелка-дюшеса, снизу кружево шантильи [65] , а на выступах – шиншилловые помпоны.

Неожиданно Макс замолк, покосился на констебля и проговорил шепотом:

– Я слышал, что они ищут молодого мужчину, который утром приходил к Николя в отель. Влад не объявился?

Я отрицательно покачал головой.

– Думаю, он замешан, – тихо сказал Макс и надвинул кепон на лоб. – Николя не доверял ему. Несколько раз следил за ним. Он мне проболтался, что Влад встречался с какой-то девицей.

– Что за девица? – насторожился я.

– Таинственная незнакомка… Николя как раз думал, что, может, мне известно, кто она такая. Но, увы. Я ничем его не порадовал.

– Ты рассказал об этом полиции?

– Ни в коем разе! Пошли они! – Макс послал издевательскую улыбку в сторону констебля. – Они уже все решили. На хрен им какой-то пьяный русский? Зря мы с тобой наполеоновское ружьишко не купили, помнишь, в Портобелло. Вдруг маньяк захочет убить и меня. Пусть лучше застрелит из ружья.

– Не болтай глупости.

– Глупости?! Это не глупости. В модельере все должно быть прекрасно – и душа, и одежда, и смерть. Представляешь, один знакомый владелец модной галереи кому-то задолжал и решил повеситься с горя. Слетал за веревкой в Милан, написал кучу предсмертных писем и удавился прямо в галерее. Утром продавщицы приходят, а он висит. Выбритый, надушенный, в костюме от Hugo Boss. Согласно завещанию, прощание с покойным проходило прямо в галерее. Он лежит в гробу, люди приходят, отдают последнюю дань любви и уважения, а сами на ценники смотрят.

– Оригинальный ход, чтобы устроить распродажу, – усмехнулся я.

– Может быть, но я больше в эту галерею ни ногой. Как представлю гроб, меня тошнит. Вешаться никогда не буду. Как можно умирать без воздуха, страшно. А тут лежишь раненый, говоришь предсмертную речь… Кстати, звонила Кузина Сью. Она взяла билет в Лондон на вечерний рейс. Торопится, чтобы успеть заснять Николя в цинковом гробу, и все такое прочее….

На лестнице раздались шаги. Спустились г-н Штейн, адвокат, инспектор Лестрейд и переводчица. Констебль встал, оправил форму. Мы тоже встали.

Инспектор поблагодарил всех за содействие следствию и просил сохранять случившееся в тайне. Переводчица все исправно донесла до нас, держалась строго, но от меня не ускользнул жадный взгляд, которым она окинула вешалки, где в роли немых свидетелей красовались платья.

Перед уходом следователь вручил мне визитку, чтобы я позвонил, если что-нибудь вспомню.

Как только представители британского закона покинули бутик, возле нас с Максом оказался верзила-шофер и застыл, словно каменный истукан.

– Я решил, что пока Влад и деньги не отыщутся, бутик будет опечатан, – проговорил г-н Штейн.

– Какие деньги? – Макс удивленно вскинул брови. Я развел руками.

Г-н Штейн обрисовал ситуацию и предупредил Макса, что если он что-то узнает, то должен немедленно сообщить, иначе его тоже привлекут к ответственности как пособника в мошенничестве.

– Да идите вы все! – раскипятился Макс и вскочил. – Мне надо дошить тарлатановое платье, я задаток получил.

– Сиди тихо, урод! – взревел охранник.

Макс замолчал и плюхнулся на канапе.

– That's all. Это все, – сказал г-н Штейн. – Отдай ключи и можешь идти, а с генеральным директором мы продолжим разговор.

Макс понуро встал и вытащил из кармана связку ключей. Отстегнул один и бросил на стол.

– Удачи, Антуан, – он пожал мне руку.

– Пока. Купи бочку виски, – сказал я.

– Зачем?

– Перевозить Николя. Чтоб не испортился.

Лицо Макса исказила гримаса то ли скорби, то ли насмешки.

– Он не любил виски, а в пиве еще забродит.

Я улыбнулся.

– Макс, выполни для меня одну просьбу. Когда прилетит Симона, передай ей подарок – пластинку «Beatles». Она лежит в шкафу в апартаментах. Я попрошу хозяйку, чтобы она вам открыла. Вдруг увидимся не скоро.

– Прорвемся, мон ами, – подбодрил меня Макс, обнял на прощание и перед тем как покинуть бутик, надел шляпу с пером на голову одного из манекенов.

Г-н Штейн приказал ехать в апартаменты за решением Совета директоров. Верзила закрыл бутик, и мы сели в «Мерседес». Объехав квартал, проехали мимо входа в метро «Goodge street», промелькнул знакомый штендер «keys cut – shoe repairs».

«А что если ключи от каморки подбросили после того, как сделали дубликат?» – внезапно осенило меня. Тогда он (или они?) мог спокойно забрать решение Совета директоров и коды управления счетом ZET MAX IMPERIAL. Тогда мне точно конец!

Но фортуна не оставила меня: протокол и коды лежали в «Азбуке», между страницей шестьдесят – «Секреты кринолина» и шестьдесят первой – «Рождение купальника».

Не скрывая радости, я вручил г-ну Штейну бумаги. Он мельком взглянул на них, чуть нахмурился.

– Это еще раз подтверждает, что вы с Владом были сообщниками. Обыщи комнату, – приказал он охраннику.

– Артур и Кэт были в курсе, – я не собирался сдаваться. – Идею с Ирландией придумал ваш сын. Спросите у него.

Г-н Штейн позвонил Артуру. Тот объяснил, что вариант с ирландской компанией предложил Влад и настаивал на нем. В противном случае Влад категорически отказывался передавать активы. По словам младшего Штейна, они с сестрой беспокоились за судьбу проекта, поэтому взяли на себя смелость временно утаить от отца вариант с ирландской компанией. Но никак не ожидали, что Влад украдет деньги.