Свадебный огонь - Элизабет Чедвик

* * *

— Я подумала, что его отсутствие будет лучше для тебя, — пояснила Элоиза.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду.

— Если его не будет, он не сможет навещать поселок, не так ли?

— А почему он не должен этого делать? Я ничего не имею против этого.

— Конечно, лучше не замечать того, что не в силах изменить.

— Элоиза, я тебя не понимаю.

— Странно, что ты не догадаешься, что у него там есть любовница.

У Кассандры пересохло во рту.

— Ты лжешь!

— Как знаешь. — Элоиза отложила шитье, поднялась и вышла из комнаты.

— Это ложь, — прошептала Кассандра. — Алекс никогда не пойдет на такую связь. Он всегда с презрением рассказывал о муже Элоизы и Саре.

Кассандра чувствовала, что это обман, но, тем не менее, проплакала всю ночь. Надо взять себя в руки. Это все от безделья. У команчей ей некогда было плакать.

На следующий день она вновь достала свои записные книжки. Надо готовиться. Скоро, скоро они покинут это ужасное место.

* * *

— Кассандра, тетушка Хэппи рассказала мне, что в поселке появились больные дети, — объявила Элоиза. — Думаю, тебе необходимо взглянуть на них.

— Конечно, — согласилась Кассандра.

— Можешь взять с собой Мелли.

Вдвоем они, одевшись потеплее, так как в этот день дул северный ветер, отправились в рабочий поселок. В домиках рабов было холодно, и уже в первом из них они обнаружили двух больных детей.

— Это коклюш, — объявила Мелли. — Я сама им переболела.

— Это что-то серьезное? — спросила Кассандра.

— Достаточно серьезное. Маленькие дети могут умереть.

— О, боже! — Кассандра посмотрела на детишек, укрытых тонкими одеялами, и вспомнила своего Бенджамина. Нельзя допустить, чтобы заболел ее любимый ребенок. Они вернулись обратно. На пороге их встретила Элоиза.

— Мелли говорит, что это коклюш, — Кассандра попыталась пройти в дом.

— Коклюш? — Элоиза преградила ей путь. — Ты уверена?

Кассандра неопределенно пожала плечами.

— Вполне, — заявила Мелли.

— Тогда вам нельзя заходить внутрь, — объявила Элоиза.

— Что ты хочешь этим сказать? — сердце Кассандры забилось сильнее.

— У вас был контакт с больными. Вы что, хотите, чтобы заболел Бенджамин?

— Нет, но…

— Я знаю, что больные дети нуждаются в уходе, и я организовала для вас с Мелли постели в поселке.

Изумленная тем, как быстро их выдворили из дома, Кассандра и Мелли вернулись в поселок. Сколько времени она не увидит Бенджамина? Хватит ли у нее сил, чтобы ухаживать за больными детьми? И эта беременность протекает у нее гораздо труднее, хоть и живет она в лучших условиях, если не считать нервные потрясения от Элоизы.

— Не могу поверить, что мисс Элоиза не знала, что в поселке дети больны коклюшем, — заметила Мелли. — Тетушка Хэппи должна была обязательно ей об этом рассказать.

«Похоже, Элоиза специально организовала это мероприятие так, чтобы я не находилась в доме», — подумала Кассандра.

* * *

Всю следующую неделю они непрерывно готовили лечебные смеси из меда, виски и лимонного сока для больных детей, которых пришлось изолировать в отдельном домике. Ночами Кассандра вместе с другими дежурила возле них. Она почувствовала, что сильно похудела за эти дни. Единственной приятной новостью каждый день было то, что Бенджамин пока здоров.

Двое детей все-таки умерли. Кассандра ночами молилась за здоровье ее еще не рожденного малыша. В домике, где они жили, было очень холодно, правда, жители поселка всячески старались облегчить их участь.

Однажды, когда она вздремнула у постели больного ребенка, в домик ворвался Алекс. Он нежно обнял ее и повел в особняк.

— Но там Бенджамин, — бормотала она. — Я, наверное, не должна там появляться.

— Глупости! Тебе надо в свою постель.

— Я только защищала твоего сына, — заявила встретившая их у входа Элоиза.

— Ты хочешь сказать, что так ты защищала моего второго ребенка?

Кассандра почувствовала, что Элоизе хочется высказаться по поводу сомнительного отцовства Алекса, но все-таки она не посмела.

Пока Кассандра лежала в постели, Алекс вызвал доктора, который осмотрел ее, а потом и детей в поселке. Теперь он просил, чтоб еду ему приносили в их спальню. С сестрой старался почти не разговаривать и только коротко отвечал на ее вопросы.

* * *

В марте потеплело, и в грунт стали высаживать сладкий картофель. Зазеленел хлопчатник на полях, и бригады рабов уже отправлялись на прополку. Каттер предложил купить гусей, но Элоиза отказалась. А Алекс опять был в отъезде.

Кассандра уже с трудом поднималась по ступенькам лестницы. Она с нетерпением ждала начала родов. Об Александре не было никаких вестей. После окончания эпидемии и вынужденной разлуки с Бенджамином она обнаружила, что он опять перестал называть ее мамой. Все свободное время она теперь старалась проводить возле мальчика, чтобы вернуть его былую привязанность.

В середине марта на неделю вернулся Алекс. Он все еще занимался долгами Джина Филиппа, разбираясь с кредиторами.

— Пошли, пожалуйста, от моего имени записку Пэту Болдуину, — попросил он ее перед очередным отъездом. — Пусть он подождет. Я куплю у него серую кобылу на следующей неделе.

Кассандра кивнула, заработав на прощание долгий поцелуй. Все, что говорила Элоиза о любовнице, придумала она сама. Кассандра была уверена в этом.

После отъезда Алекса она медленно спустилась вниз.

— Он просил послать записку Пэту Болдуину из Ривервея.

— У меня нет свободных людей, — отрезала Элоиза.

— А когда будут?

— Откуда мне знать?

Скрипя зубами, Кассандра послала за Рубеном, который теперь выполнял обязанности личного конюха Алекса.

— Я хочу, чтоб ты доставил записку в Ривервей.

Парень нахмурился, переминаясь с ноги на ногу.

— Нам запрещено покидать пределы плантации.

— Это распоряжение Элоизы, а не мое. Я выдам тебе разрешающую записку и депешу для мистера Болдуина. Там ты переночуешь, а с рассветом вернешься обратно.

На таких условиях Рубен охотно согласился.

* * *

Когда на следующее утро Кассандра играла с Бенджамином, чей-то голос у парадного крыльца потребовал Элоизу. Она взглянула через перила и увидела Ондина. Рядом с ним к спине мула был привязан Рубен.

— Поймал одного из ваших людей, миссис Элоиза, — на лице Ондина играла довольная улыбка. — Желаете, чтобы я наказал его кнутом?