Свадебный огонь - Элизабет Чедвик

— А почему бы и нет, — неожиданно бесстрастно заметил Алекс. — Может быть, так можно будет помирить вас. Я устал жить в обстановке постоянной вражды.

Кассандра не верила своим ушам.

— Но может, ты сама предложишь какое-то имя? — спросил все-таки Алекс.

— Джастин.

— Джастин? Но почему именно это имя?

— Это наше семейное имя.

Кассандра разозлилась на них обоих: на Элоизу, нагло предложившую имя, словно это ее ребенок, и на Алекса, неожиданно поддержавшего сестру.

— Миссис Кэсси необходимо отдохнуть, — предложила тетушка Хэппи. — Вам надо уйти, мистер Алекс и миссис Элоиза. А я пока возьму ребенка, чтобы вы случайно не придавили его во сне.

— Нам понадобится колыбель, — пробормотала Кассандра. Теперь после ухода Элоизы она ощутила смертельную усталость.

— Она уже готова, — ответила Хэппи.

Кассандра повернулась на бок. Джастин — хорошее имя. Это было второе, христианское имя Брейва.

* * *

Кассандра зевнула и удовлетворенно потянулась.

— Наконец-то вы проснулись, миссис Харт.

Она увидела склонившегося над ней человека и поняла, что это доктор. «Интересно, успевает ли он когда-нибудь в срок?» — подумала Кассандра.

— Тетушка Джинджер?

— Я здесь, миссис Кэсси.

— А где ребенок?

— Он у кормилицы, миссис Кэсси.

Кассандра заставила себя сесть.

— Вам надо лежать, миссис Харт, поверьте мне. Вы истощены и нуждаетесь в отдыхе, — произнес доктор.

— Кто распорядился о кормилице?

— Миссис Домьер отдала необходимые распоряжения. Я уверяю вас, что женщина, которую она выбрала, здорова и подходит во всех отношениях. Я уже осмотрел ее.

— Я требую, чтобы мне принесли Джастина.

— Пожалуйста, ложитесь, миссис Харт.

— Что здесь происходит? — в дверях появилась Элоиза. — Шум был слышен даже в коридоре.

— Миссис Харт возражает против кормилицы, — объяснил доктор.

— Кассандра, ты не можешь кормить другого ребенка. Ты слишком ослабела и у тебя бледный вид, — возразила Элоиза.

— Если я плохо выгляжу, то это только по твоей милости. Жизнь в поселке не пошла мне на пользу.

Доктор и Элоиза смутились от столь прямолинейного обвинения.

— Ради бога, Кассандра. Женщины нашего круга не должны сами кормить своих детей. Если тебя не заботят приличия, подумай о своем сыне. Что ему делать, если тебе, например, придется отлучиться?

— Я не собираюсь разлучаться с ним. — Кассандра попыталась встать.

— Миссис Харт, что вы задумали? — забеспокоился доктор.

— Я собираюсь забрать своего ребенка, — Кассандра уже сделала первый шаг босиком.

— Миссис Кэсси, нельзя вставать, если этого требует доктор, — забеспокоилась тетушка Джинджер.

— Верните ей ребенка, — приказал доктор. — Мы не можем смотреть, как она после родов идет на его поиски. Если она хочет кормить сама…

— Нет! — закричала вдруг Элоиза. — Этого не будет!

— Миссис Домьер, я вынужден с вами не согласиться. Матери и ребенку будет лучше, если миссис Харт перестанет так волноваться. Миссис Харт, позвольте помочь вам лечь в постель.

Так как Мелли уже принесла ребенка, Кассандра решила не сопротивляться и поудобнее устроилась на подушках.

— Скажи, Мелли, Элоиза была в детской? — спросила Кассандра.

— Нет, мэм, она только привела туда кормилицу.

— Элоиза, оставь моих детей в покое, — повернулась к ней Кассандра.

Элоиза покраснела. Доктор не знал, что ему делать в этой ситуации.

— Почему бы вам всем не оставить меня в покое? Джинджер, где Алекс?

— Он будет с минуты на минуту. Я послала за ним Эстер.

— Думаю, что нам лучше уйти, — предложил доктор. — Миссис Харт надо отдохнуть.

* * *

— Когда он родился, Алекс? — спросила Кассандра.

— 26 апреля.

Она посмотрела на Бенджамина, который уже довольно легко вставал на ноги, пользуясь в качестве опоры штаниной Алекса, и вдруг заплакала. Она подумала, что до сих пор так ничего и не знает об Александре: как она там растет? когда в первый раз села? встала? начала говорить?

— Кассандра, что случилось?

— Не стоит беспокоиться, мистер Алекс, — осторожно вмешалась тетушка Джинджер. — Мамы после рождения ребенка иногда могут плакать и без всякого повода.

— А ведь я до сих пор не знаю дату рождения Бенджамина. И мы никогда ее не узнаем, потому что у команчей нет календарей.

Алекс взял Бенджамина на руки.

— Дорогая моя, думаю, Бенджамин не будет на нас в обиде.

— Когда-нибудь будет обязательно. Как он будет праздновать свой день рождения, если… — она опять расплакалась.

— Миссис Кэсси, не надо плакать. Этому ребенку около года. Вам вместе с мистером Алексом надо выбрать какой-нибудь день в мае и назначить его днем рождения Бенджамина. Тогда все будет в порядке.

— Это не лишено смысла, — отозвался Алекс. — Как насчет 15 мая. Как раз середина месяца.

— Согласна, — улыбнулась Кассандра. — Пусть будет так.

* * *

— Я собираюсь стать крестной матерью Джастина, — заявила Элоиза.

Обряд крещения должен был состояться через два дня.

— Нет, — спокойно ответила Кассандра. — Ты уже рассказала всей округе, что он родится индейцем.

— Но теперь я знаю, что ошиблась.

— Для меня это ничего не меняет. Я не согласна и попросила выступить в этой роли Эффи и Колдикотта Барреттов.

— Но они торопятся возвратиться в Веласко.

— Ради такого события они согласились задержаться.

* * *

— Раб божий Джастин Уитни Харт. Во имя Отца, Сына и Святого Духа… — епископ Андреас закончил, и малютка Джастин уставился на него огромными голубыми глазами. Епископ окропил его головку святой водой, но мальчик не заплакал. «Бенджамин тоже не плакал, когда я крестила его возле разбитого молнией дерева», — подумала Кассандра.

Когда все присутствующие в церкви склонили головы в молитве, Кассандра попросила у бога здоровья и счастья своим детям, в особенности Александре, которая где-то еще ожидает своего спасения. Почему нет вестей от Хокинса? Ведь он дал слово!

— Не надо плакать, дорогая, — прошептал Алекс. — Теперь все сплетни позади.

Но он ошибался.

Хоть Элоиза теперь и рассказывала всем о большом сходстве ребенка с Алексом, многие все-таки рассуждали о необычайно темной коже мальчика.