Укрощение строптивой - Сюзанна Энок

— Значит, у тебя теперь много знакомых? По клубу «Тан»… по этому месту?

— Это джентльменский клуб, Мария, а не публичный дом.

Щеки сестры ярко вспыхнули.

— Камилла, не говори таких ужасных слов! Боже мой, нас совсем иначе воспитывали! Ничего не понимаю. Я думала… думала, что мы с тобой подруги, а не просто сестры.

— Так и было. И есть. Не могу объяснить, почему я так поступила. Потому что теперь, когда прошло время, мне кажется, что я совершила страшную глупость. Но с тех пор я усвоила несколько важных уроков.

— Что ж, надеюсь… — Мария сделала несколько шагов в сторону дома, но заметив, что старшая сестра не двинулась с места, остановилась. — Ты что, не пойдешь в дом?.. — удивилась она.

— Нет. — Камилла покачала головой. — У меня еще есть дела.

— Но мы с Джоанной так соскучились… — Повернувшись, Мария взяла сестру за руки. — Правда соскучились! Было так ужасно слушать, что говорили родители после твоего ухода.

Камилла поморщилась. Ей не хотелось знать, что именно наговорили про нее мать с отцом.

— А что, если я приеду завтра и повезу вас обеих на обед? — спросила она. — Тогда мы сможем поболтать спокойно — так чтобы мама не хмурилась от каждого нашего слова.

— Я бы с удовольствием… — Мария поцеловала ее в щеку. — А ты расскажешь нам, как познакомилась с Чертовым Блэквудом? Он что, правда застрелил виконта Балтроу?

— Он говорит, что правда.

— Какой он красивый!.. Понятно, почему леди Балтроу влюбилась в него. — Мария хихикнула. — А он действительно смертельно опасен?

— Не для меня. — И не в том отношении, которое имела в виду Мария. А в остальном — да, он ранил ее, Камиллу, прямо в сердце.

Внезапно потребность увидеть его стала невыносимо острой. Даже дата свадьбы пока не назначена, однако сама свадьба неизбежна. И тогда он будет потерян для нее навсегда.

— Извини, Мария, но мне и впрямь пора, — сказала Камилла дрогнувшим голосом. — Я ведь все еще служу в… том самом месте.

— Недолго уже осталось.

Снова поцеловав сестру в щеку, Мария взбежала на крыльцо и скрылась за дверями дома. Камилла посмотрела ей вслед, затем отправилась искать наемный экипаж.

— Куда вам, мисс? — спросил кучер, когда Камилла садилась.

— В Басвич-Хаус, на Саут-Одли-стрит.

Окончательно убедившись в том, что Камилла действительно направлялась к Басвич-Хаусу, Китинг выругался, пришпорил Увальня и поскакал галопом, обгоняя наемный экипаж.

Прогулка получилась гораздо короче, чем он ожидал, и даже издалека было видно, что состоявшийся во время этой прогулки разговор был не из приятных. Вместе с тем Китинг не увидел ничего настолько подозрительного, чтобы сломя голову броситься на помощь, хотя, дьявол свидетель, был готов сделать это в любой момент — требовался лишь предлог.

Но нет, Камилла держалась с достоинством, и Фентон ни разу не посмел повысить на нее голос, угрожающе нависая над ней. Зная своего кузена, Китинг без труда догадался: Стивен понятия не имел, как справиться с невестой.

Внезапно его посетила еще одна мысль: а может, Камилла спешила к герцогу Гривзу, чтобы сообщить ему, Китингу, что передумала выходить за Фентона? Но если так… Бурная радость и надежда тотчас сменились тревогой. Ведь в клубе «Тантал» работали лишь юные и прелестные леди… Да, пока что Камми могла там работать, но вряд ли клуб останется для нее источником средств к существованию на всю жизнь.

Конечно, Китинг был бы рад — нет, безумно счастлив! — предложить ей крышу над головой, но это ничего не решало, потому что он изгой и навсегда останется таковым. Хуже того: с тех пор как он взял на себя обязанность обеспечивать Элеонору, ему едва хватало доходов, чтобы платить слугам и сохранять свою землю. А вот у Фентона, благодаря его внушительному состоянию, у Камиллы будет все, что только пожелает.

Сегодня утром положение еще больше осложнилось. Хотя Элеонора и не дала твердого согласия познакомить его с Майклом, но все же намекнула, что может устроить их встречу: все будет зависеть от того, получит ли она десять тысяч фунтов, обещанных ему Стивеном.

Китинг снова выругался. Лучше бы все оставили его в покое и позволили тихо-мирно жить в Хэверд-Глене! И лучше бы он не встретил Камиллу Прайс и даже не надеялся бы познакомиться с сыном.

Тут Увалень свернул на дорожку, ведущую к Басвич-Хаусу, и Китинг выскочил из седла еще до того, как жеребец остановился.

— Присмотри за ним, — велел Китинг конюху и бегом бросился в дом.

Удивленный Хупер открыл дверь и отшатнулся от влетевшего в холл Китинга.

— Я все утро пробыл здесь, ясно? — бросил Китинг на бегу и стремительно взлетел по лестнице, не дожидаясь ответа.

Оказавшись у себя в комнате, он стащил сапоги для верховой езды и редингот, затем метнулся к шкафу, чтобы подыскать какую-нибудь одежду, приличествующую джентльмену. Китинг одевался не глядя, а Пиджон, явившийся помогать ему, к счастью, не упал в обморок при виде хозяина.

Вскоре дворецкий постучал в дверь.

— Входите! — отозвался Китинг.

— Мистер Блэквуд, леди Камилла Прайс желает поговорить с вами и ждет внизу. Она одна, сэр.

— Вы сказали ей, что я все утро пробыл здесь?

— Она не спрашивала, сэр. А я не сумел придумать способ упомянуть об этом так, чтобы не вызвать подозрений. Но если вам угодно, то я могу ей сказать, что…

— Не прикидывайтесь ослом, Хупер. И не делайте вид, будто вы смущены. Я же знаю, в чьем доме вы служите.

— Мои извинения, мистер Блэквуд. Я провожу гостью в маленькую гостиную.

— Вот и хорошо. Я спущусь сейчас же. Предложите ей чаю.

— Слушаюсь, сэр.

Подняв подбородок, Китинг дождался, когда Пиджон завяжет галстук, хотя ему сейчас ужасно хотелось сбежать по лестнице и побыстрее расспросить Камиллу. Вместе с тем он опасался, что может каким-нибудь неосторожным словом выдать, что шпионил за ней.

— Уже все?

— Скоро закончу, если вы будете так любезны и сумеете еще немного постоять неподвижно, сэр, — отозвался Пиджон.

— Только поскорее!

Наконец камердинер отступил.

— Полагаю, вот так будет…

— Прочь! — заорал Китинг и, распахнув дверь, бросился к лестнице.

Дверь гостиной была открыта, и он, влетев в комнату, не сразу заметил Камиллу. Оказалось, что она сидела у окна и пила чай. Усевшись напротив гостьи, Китинг спросил:

— Ну, как прошел визит? — Он старался держаться непринужденно.

Не отвечая и даже не глядя на него, Камилла поставила на стол чашку, затем встала, прошла к двери гостиной и заперла ее. А затем, вместо того чтобы сесть на прежнее место, уселась к Китингу на колени, положив голову ему на плечо.