Украденный экстаз - Ханна Хауэлл

– Ваши безупречные манеры начали портиться, миссис Уолш. Я не припоминаю, что разрешила вам войти.

– Вы закончили свое письмо?

– Давно. Оно на кровати. Можете забрать его. Проходя к кровати, Лорейн удовлетворенно сказала:

– Если вы хотите уехать сегодня же и избежать отвратительной сцены объяснения с моим сыном, то уверяю вас, что передам ему любое известие, какое вы пожелаете оставить.

«Сомневаюсь, что твой дамский ротик сумеет произнести то, что я захочу передать этому ублюдку», – подумала Лина, но в ответ лишь улыбнулась.

– Как вы добры. Однако не думаю, что отъезд будет мудрым решением в моей ситуации.

Хотя лицо повернувшейся к Лине Лорейн н осталось безмятежным, в холодных зеленых глазах мелькнули растерянность и удивление.

– Но это письмо, по-моему, достаточно однозначно объясняет, что вам нет смысла дольше задерживаться здесь.

– Разве? Это только по-вашему. Мне вот сразу пришла на ум великолепная причина – обман. Есть такое понятие, как вероломство. И это подсудное дело.

Лорейн не сумела полностью скрыть выражение ужаса, что дало Лине хоть какое-то удовлетворение.

– Вы не посмеете сделать это.

– Почему это? У меня уйма свидетелей того, что он собирался жениться на мне. Он ведь не скрывал этого.

– Не можете же вы ожидать, что его родная семья станет свидетельствовать против него? А тех двух бродяг вряд ли сочтут достойными свидетелями.

– Возможно, вы правы в обоих случаях, хотя мне и неприятно думать, что мужчины семейства Уолш унизятся до лжесвидетельства в суде. Однако мне вовсе нет нужды привлекать их, чтобы доказать свою правоту и честность. У меня есть и другие свидетели – почтенные и уважаемые, чьи слова никто не осмелится поставить под сомнение. Это федеральный маршал Такмен и его заместитель.

– Вряд ли вам захочется иметь мужа, которого придется конвоировать к алтарю под угрозой суда.

– Разве? Вы же не раз упрекали меня, что я с помощью обмана вынудила Хантера объявить о свадьбе. Так почему же такая мелочь, как вынесение нужного мне решения через суд, должна теперь смутить меня?

– Сколько будет стоить, чтобы вы передумали?

Лина подумала, оскорбляли ли ее еще когда-нибудь до такой степени. Очевидно, Лорейн Уолш думала о ней еще хуже, чем ей представлялось, но все это теперь не имело значения. Надо было кончать с этой болтовней. Подвинув слегка ошеломленную таким напором женщину, Лина сказала:

– Мне надо немного подумать над вашим предложением. – И захлопнула дверь прямо перед носом у Лорейн.

Прислонившись к двери спиной, она слушала, как Лорейн поспешно спускается вниз по лестнице. Лина была уверена, что теперь Лорейн и Патриция будут весьма долго совещаться. И слава Богу. В самый раз и ей подумать, что же предпринять.

Одно краткое мгновение она хотела выполнить свою угрозу – подать на Хантера в суд за нарушение обещания. В этом имелась малюсенькая возможность ответного удара – мести. Но она тут же отмахнулась от этой позорной мысли. Такого она не переживет. Злость, которая сейчас двигала ею, долго не продержится. Да ей и не нужен муж, который будет ненавидеть ее. Точно так же ей претила сама мысль о денежной компенсации, предложенной Лорейн.

Был, конечно, вариант – остаться здесь, несмотря ни на что, и побороться за Хантера. Но в мозгу тут же всплыли строки письменного признания Хантера в любви к Патриции Спотфорд. А вот ей он никогда не признавался в этом, ни письменно, ни устно. Так что ей не за что бороться. Она уже проиграла. Да у нее и не хватит на это ни смелости, ни... времени. Она прижала ладони к слегка округлившемуся животику.

Да, выход один – уехать с ранчо. Но куда она может уехать? К Черити? Не имело смысла, после того откровенного предательства она не испытывала никаких родственных чувств к этой женщине. Да и ей она не нужна. Сейчас не тот момент, чтобы кинуться и на поиски отца. С этим можно подождать до тех пор, пока не родится ребенок. Итак, оставалось лишь одно место, где можно было найти кров и понимание, – у ОМалли. Если она отправится в путь немедленно, то успеет добраться туда до наступления зимних холодов и снежных заносов.

– Но не могу же я отправиться в столь дальний путь одна-одинешенька, – возразила она себе и решительно двинулась на поиски Джеда и Чарли.

Лори нахмурилась и чуть приоткрыла дверь в гостиную, чтобы получше расслышать каждое словечко. Ее мать и Патриция Спотфорд стали в последнее время та-акими закадычными подружками. И это было крайне подозрительно. Это до добра не доведет.

– Вы уверены, что она не заметила, что верхушка письма оторвана? – спросила Патриция у шагающей по комнате Лорейн.

– Абсолютно уверена. Она приняла все за чистую монету.

– Тогда почему вы ведете себя так, словно вас ужалила оса? Ведь все получилось так, как вы хотели.

Тяжело опустившись на стул, Лорейн налила себе огромный бокал вина из хрустального графина.

– Думаете? А как вам нравится идея с иском о нарушении обещания? Звучит, а?

Лори нахмурилась за дверью, пытаясь сообразить, что бы это могло значить.

– Она не посмеет. – выдохнула Патриция.

– Как я могу быть уверена в этом? Думаю, я недооценила ее. У нее свидетелями могут выступить два уважаемых юриста. Только вообразите, каким громким будет скандал.

Лорейн почти залпом опустошила бокал с вином.

– Боже, я не переживу этого.

– Вы просто перестали соображать. Если она задумала такое, значит, решила, несмотря ни на что остаться. Затем вернется Таррент, и тогда нам придется волноваться о чем угодно, только не об иске. Она узнает, что никакого вероломства и в помине не было, а он догадается о вашем маленьком розыгрыше.

– Моем? Вы с огромным желанием подыграли мне, дорогая. Господи, о чем я думаю? Проклятая маленькая сучка так расстроила меня своей неожиданной выходкой, что я чуть не забыла главное. Дело в том, что я предложила ей деньги.

– И она приняла их?

– Сказала, что это следует обдумать.

– Ну вот видите, это уже что-то.

– А что, если она откажется от них?

– Я бы не стала волноваться раньше времени. Но если у вас есть на руках солидная сумма, не помешало бы помахать ею у девки перед носом – для приманки. Может подействовать.

– Тогда мне придется ехать в банк.

– Если вы отправитесь со мной прямо сейчас, то успеете в банк и сегодня. Останетесь у меня на ночь а завтра приедете сюда.

– К чему такая спешка? Зачем носиться как угорелым?

– Он ведь говорил, что уезжает где-то на месяц. Так вот, месяц исполняется как раз сегодня.

– Распорядитесь, чтобы подали вашу карету. Я зайду за Лори, кину пару вещей в чемодан, и мы отправимся вместе с вами.