Невеста-соперница - Кэтрин Коултер

Он широко раскинул руки:

– Сбей меня с ног, Холли.

Длиннее прыжка она еще не делала. Но он шагнул ей навстречу, поймал и обвил ее ногами свою талию. Она сжала ладонями его лицо и стала целовать. Наконец он, смеясь, прижал ее к стене и сжал подбородок.

– Не шевелись, – приказал он и поцеловал.

По-настоящему поцеловал, не чмокнул небрежно, не обвел языком губы. Глубокий, крепкий поцелуй, от которого перед глазами все поплыло, а сознание помутилось. Прежде чем она успела упасть, он сжал ее попку и понес на кровать.

– Я велел тебе не шевелиться, – усмехнулся он. – Сейчас сброшу остатки одежды и примусь за твою.

– Нет, позволь мне.

Она упала перед ним на колени, не спуская глаз с проклятых пуговиц. Джейсон задохнулся. Женщина, ставшая его женой только сегодня, стояла перед ним на коленях, пытаясь расстегнуть ширинку и одновременно целуя живот.

– Холли! Проклятые пуговицы. Необходимо расстегнуть проклятые пуговицы.

Она молча смотрела на него сквозь вуаль волос. В глазах светилось столько возбуждения, страха и похоти, что ему захотелось смеяться. Но потом стало не до этого, потому что она сумела расстегнуть сразу три пуговицы и целовала его живот, спускаясь все ниже. Кончики пальцев коснулись его, погладили, сжали… и он ощутил ее теплое дыхание.

– О Боже, – пробормотал он, стараясь собраться с силами. – Отпусти меня, Холли. Нет, не целуй, не сейчас, я этого не вынесу. Убери руку.

Он не хотел, Господь знал, как он не хотел, чтобы она убирала руку… Но Джейсон схватил ее под мышки и поднял, благодарный хотя бы за то, что она не стала спорить.

– Это чудесно, не пойми меня неправильно, мужчина любит, когда женщина касается его руками и ртом, трется щекой о его живот: волосы растрепаны, дыхание жаркое, и тому подобное, но именно в этот момент я ничего такого не вынесу. Лучше займемся чем-то другим. – Он вздрогнул, шумно втянул в себя воздух. – Твоя очередь.

– Хочешь сказать, в таких делах имеется определенный порядок?

– Не совсем, но мужчина не должен спешить… ладно, об этом потом. Доверься мне.

– Но я хочу снова дотронуться до тебя и попробовать на вкус, иначе…

– Тише. У меня слишком живое воображение, а это до добра не доведет. Закрой рот и молчи. Я знаю, что следует делать.

Пока он освобождал ее от одежды, она пыталась дотронуться до него и поцеловать.

– Встань, – прошептал он, когда она осталась обнаженной, и поспешно отступил.

Джейсон знал, что она красива, нисколько в этом не сомневался. Но осознание той простой реальности, что теперь они женаты и вместе, что она принадлежит ему, сейчас и навсегда, заставило его взглянуть на Холли по-иному.

– Я постараюсь сделать тебя счастливой, – пообещал он, и ему тут же стало не до слов.

Он сбросил бриджи, подхватил Холли, уложил на спину, лег на нее и прижался губами к губам, ощущая нежность ее мягкого тела.

– Ни о чем не волнуйся, – шепнул он ей в рот. – Только делай все, как я скажу.

– Но что я должна сделать?

Он содрогнулся, словно в приступе падучей.

– Раздвинь для меня ноги.

Она слегка развела ноги.

– Правильно, именно это я и просил тебя сделать. Только, может, чуть пошире. Вот так.

Боже, какой мужчина способен это вынести? Наслаждение, пьянящее наслаждение. Но она девственна, не понимает, как все должно происходить, даже если и наблюдала, что происходит между Ловкачом и кобылами. Он не может вот так просто взять ее. Нужно, чтобы все делалось правильно. Джеймс признался, что напрочь испортил свою брачную ночь, а проснувшись, до смерти перепугался, что Корри оставила его.

«Это было ужасное чувство, – вспоминал он с дрожью. – Будь у меня шпага, пронзил бы себя насквозь. Нужно действовать как можно медленнее. Не падай на нее с размаху. Не вопи, как дикарь».

Джейсон отстранился и встал на колени между ее раздвинутыми ногами. Сжал ее щиколотки и медленно развел ноги еще шире.

– Ты так чертовски красива…

Он смотрел на нее. На то самое место… и Холли была так смущена и возбуждена, что совершенно потеряла голову.

– Скажи мне, что делать, – взмолилась она.

Не поднимая глаз, он медленно покачал головой:

– Совсем ничего. Предоставь все мне.

– А чего хочешь ты?

– Сначала взять тебя ртом. Если не знаешь, о чем я, не волнуйся, только знай, что я заставлю тебя кричать. Да-да, я заставлю тебя кричать на весь дом.

Но у него не оказалось ни малейшего шанса. Холли встрепенулась, толкнула его на кровать и прижалась всем телом. Он засмеялся так безудержно, что, слава Богу, немного пришел в себя.

– О Боже, поскорее скажи, что мне делать. Только поскорее, – выдохнула она.

Он усадил ее прямее, велел не двигаться и смотреть, как его руки ласкают каждый дюйм ее тела.

– Знай, Холли, что это мои руки. Они будут ласкать тебя до конца нашей жизни. Ах, это ощущение гладкости твоей кожи…

Улыбаясь, он снова притянул ее к себе, проник языком в рот. Поцелуй длился долго.

– Вот так и я буду в тебе, как мой язык, но сначала…

Когда он наконец стал ласкать ее языком, она едва не лишилась чувств. Джейсон предупреждал, что так будет, она и не подозревала, что ее ждет в действительности, что она испытает. Он знал, что так будет, но не остановился. Когда она на миг оцепенела, а потом выгнула спину и вцепилась ему в волосы, он ощутил себя королем. Ее крик, содрогания, пальцы, сжимавшие его плечи, жаркое дыхание, в свою очередь, довели его до безумия. В следующее мгновение он врезался в нее, прорвав тонкую преграду девственности и почувствовав, как она дернулась от боли. Но он вошел до конца и коснулся ее лба своим.

– Знаю, это не очень приятно, так что прости меня. Лежи тихо и привыкай ко мне.

– Это трудно.

– Что ж, верно. Понимаю, но все же попытайся. Сейчас станет лучше.

Она словно оледенела и напряглась, но он лежал неподвижно, и скованные мышцы постепенно стали расслабляться. Когда она немного успокоилась, он стал медленно двигаться.

Она снова дернулась и слепо уставилась на него.

– О господи, о господи, о господи! Опять, опять начинается! Это слишком, это уже слишком, и мы точно умрем оба. Пожалуйста, только не останавливайся!

И когда Джейсон наконец вскрикнул, подняв голову к потолку, сознавая, что ее нежное тело извивается и выгибается под ним, светлая радость затопила его. Он ничего не испортил! И Холли его не покинет! Мало того, он подарил ей наслаждение дважды! Дважды за одну ночь! И они оба мокры от пота. Так что он просто молодец!