Ла Элиза - Ана Шерри

Боже! Он ей нравится! Она толком его не знала, но уже испытывала к парню самые теплые чувства.

– Тебе надо обязательно посетить церковь Святого Мартина, это недалеко отсюда. Вот там истинная старина. Я могу проводить.

– Отлично, – улыбнулся Трэвис, – только надо отнести улов на кухню. Может, к ужину карпа уже приготовят.

– И сказать родителям, что мы прогуляемся, – добавила Элиза, наблюдая, как Трэвис берет рыбину в руки, но она брыкается, а он старается держать ее подальше.

Элизабет засмеялась и ударила карпа толстым концом удочки по голове. Он сразу притих.

– Ого, – удивился Трэвис.

– Я и не такое умею, – засмеялась Элиза и побежала к дому. – Встретимся через полчаса возле озера, а рыбу отнеси на кухню.

Трэвис еще долго стоял и смотрел ей вслед. Какая девушка! Ее послали какие-то высшие силы, чтобы одурманить его.

Полчаса пролетели быстро, но Элиза опоздала. Задержалась, примеряя наряды. Дул северный ветер, поэтому пришлось накинуть пальто и теплый шарф. Она поцеловала мать на прощание, сказав, что у нее намечается свидание, и, получив одобрение, направилась к озеру. Трэвис ее уже ждал, смотрел на воду, по которой бежала рябь.

– Прости, что немного опоздала, были кое-какие неотложные дела, – солгала она, но он мотнул головой.

– Тебе не за что извиняться, я могу ждать долго. В конце концов, я иду в старинную церковь с самой красивой девушкой Англии.

Были ли это шутка, Элиза не поняла, но улыбнулась и опустила голову. Можно подумать, что он намекал на венчание. Или у нее просто разыгралось воображение?

– Тогда вперед! – И Элиза зашагала к дороге.

Трэвис присоединился к ней.

– Путь долгий?

– Нет.

– Жаль, – вздохнул он, – но я надеюсь, что мы проведем подольше времени в церкви.

Они шагали по разбитой грязной дороге, наверное, точно по такой же много столетий назад ездили лошади, запряженные повозками. Элиза пыталась не наступать в грязь, перепрыгивая ее, а Трэвис ей помогал.

– Ваши дороги в Ирландии, конечно, не такие кошмарные.

– Ага, – и парень снова подал ей руку, – они еще хуже.

Элиза схватила ее и перепрыгнула через лужу.

– Я никогда не была в Ирландии, стараемся всей семьей отдыхать в более жарких странах.

И перед внутренним взором тотчас возник Кристиан, а в голове закружилась туча вопросов: нашел ли он того, кто подложил бомбу на яхту? Интересно, кто же преступник? И помнит ли Крис о ней? Пожалуй, у него масса дел на плантации: сбор ужасного винограда, закупорка в бочки и прочие вещи. Ему некогда думать о ней. Она была лишь прихотью в его жизни, как и он для нее. Но они хорошо провели время. Той ночью.

– Ты задумалась, – произнес Трэвис, и девушка встрепенулась.

– Да, еще недавно я была в Испании, а теперь бреду по разбитой дороге и кутаюсь от холода в шарф.

– А мне холод нравится больше, чем жара, наверное, потому, что я родом с северо-западной части Ирландии.

Ей было легко с ним: они неторопливо шли и непринужденно болтали. Вроде ни о чем, но в то же время Элиза узнавала нового человека. Мужчину. И он – вовсе не такой страшный, как казалось раньше. Интересно, как он целуется? А каков он в другом деле? От этих мыслей Элизабет чуть не упала в грязь, но крепкие мужские руки пришли ей на помощь. Похоже, даже его пальцы излучали энергию.

– Мы почти добрались, – произнесла она, увидев каменную ограду, – но сначала нам надо пройти через кладбище.

– Ты боишься? – поднял брови он.

– Нет, бояться надо живых, – улыбнулась Элиза и юркнула в проход на церковную территорию.

Трэвис последовал за ней и увидел целый парк с надгробными плитами. Они были настолько стары, что, казалось, были свидетелями древнейших событий Англии. Все разные, но очень старые. Над некоторыми плитами возвышались каменные кресты. Кельтские, с витиеватым узором. Их не перепутать ни с чем, кельты здесь жили точно. Хотелось рассматривать каждую могилу, а еще было бы любопытно узнать историю людей, которые здесь упокоились.

– Церковь возвели еще во времена римлян. – Элиза тоже ходила по дорожкам и читала таблички (большинство уже стерлись или отвалились со временем). – В шестом веке она уже была. Тут даже есть древнеримская могила.

– С ума сойти. – Трэвис был впечатлен и слегка ошарашен.

Молодой человек следовал за ней, и через пару минут перед ними предстала древняя церковь, выложенная из серого камня.

– Это была личная часовня королевы Берты, – сказала девушка, когда они очутились внутри.

– Ты хорошо знаешь историю.

– Просто я живу в Кентербери.

Элиза начала считать, сколько раз сидела на этом месте с мольбертом и занималась живописью. Она писала церковь на фоне старинных могил. В такие минуты она погружалась во времена королей и королев. Но сейчас ее почему-то совершенно не тянуло принести сюда мольберт и краски. Ей хотелось изобразить что-то другое: жаркий день, прозрачную воду, синее небо, по которому бегут белые облака, золотистый рассыпчатый песок и… мужчину, чье тело вылеплено из крепких мышц. Хочется яркости и запахов того самого острова…

Элиза снова погрузилась в транс, даже не обращая внимания на Трэвиса, который изучал каждый уголок церкви. Здесь царило умиротворение, можно было мечтать и думать о том, что наболело. Элизабет опустила монетку в ящик, и та грохнулась со звоном, сталкиваясь с другими. Девушка взяла свечку, зажгла ее и задумалась.

Как удачно, что Элиза сюда пришла! Ведь обещала еще на острове, что если выберется оттуда, то первым делом отправится в церковь. Но… Она опустила голову, благодаря Деву Марию и Христа за спасение и попросив лишь об одном:

– Пусть все идет так, как должно быть.

Свечка была поставлена к другим, которые почти догорели. Трэвис последовал ее примеру, а потом присел на скамейку и тихо прочитал молитву. Элиза села рядом, наслаждаясь спокойствием.

– Как прекрасно, – прошептал он, – мне никогда не было так спокойно…

– Может, тут обитают души кельтов, которые берегут это место?

– Тогда у них отлично получается.

Дорога домой заняла меньше времени, ветер дул в спину и подгонял путников. Элиза пару раз оступалась, но была поймана Трэвисом. Парень оказался очень воспитан и деликатен. Ни на секунду не дал усомниться в своих намерениях. С ним так безопасно! Сердце шептало, что ему можно верить.

– Надолго вы к нам?

Сейчас хотелось, чтобы он задержался в Кентербери. Наконец-то Элиза перестала быть одинокой, научилась общению и жаждала новых эмоций. Например, от его поцелуя. Она думала об этом всю дорогу, представляя, где произойдет знаменательное событие. Ведь в фильмах именно так и случается: мужчина провожает и напоследок целует у двери. Кстати, будет ли его поцелуй похож на поцелуй Криса?