Ла Элиза - Ана Шерри

– На неделю, – Трэвис вздохнул, – но я бы остался здесь навсегда.

Он проводил ее именно до парадного входа в отель. Трэвис открыл дверь и придержал ее для Элизы. Девушка заволновалась, уже боясь нежностей и решив, что ей хорошо и так. Нет, он слишком дипломатичен, чтобы схватить ее за руку, перекинуть через плечо, да еще хлопнуть по ягодицам…

Но внезапно Трэвис тихо прикрыл дверь и шагнул назад, Элиза не успела зайти, она стояла на крыльце и боялась пошевелиться.

Но ведь она хотела!..

– Элиза, – прошептал Трэвис.

Она обернулась, встречаясь с его теплыми губами. Пальцы юноши коснулись ее щеки, а губы нежно исследовали ее губы. Но Трэвис не был настойчив, не проникал языком внутрь, а наслаждался тем, что можно себе позволить при первом поцелуе. Тот не затянулся: как только он прервался, Элиза улыбнулась и проскользнула в отель.

Все так, как и должно быть в книгах и фильмах – первый поцелуй с замечательным мужчиной, о котором она будет теперь вспоминать всю ночь. И думать о более откровенном. Теперь-то она знала, что «откровенное» приятнее в тысячи раз обычного поцелуя.

Она прошла через холл в коридор, который вел в другое крыло – на семейную половину. Очутившись в гостиной, Элиза продолжала улыбаться, пока ее не остановил голос Кейт. В комнате царил полумрак, лишь настольная лампа излучала слабый свет. Видимо, сестре не спалось:

– Элиза, ты была с мужчиной?

Элизабет повернулась к Кейт. Ничего не скрыть от сестры, но надо ли таиться? Она готова жить нормальной человеческой жизнью.

– Тебе не показалось. – Элиза прошла к дивану и села рядом, привлекая Кейт к себе.

Ее нога все еще находилась в гипсе, и костыли стали временным способом передвижения. Но желание продолжить учебу в университете поднимет Кейт на ноги раньше, чем какие-то палки.

– Кажется, я его видела среди гостей отеля.

– Все верно. – Не хотелось откровенничать.

Элиза пока еще ничего не понимала, но она точно знала одно – она становится другой: уверенной, общительной. Страх отступил, появился интерес.

– Я устала, пойду отдохну.

Она чмокнула Кейт в макушку и поднялась с дивана. Хотелось побыть одной, чтобы переосмыслить все, что случилось за последний месяц.

– Спокойной ночи.

Но в кровати девушке не спалось, Элиза улыбалась и таращилась в потолок. Она вспоминала поцелуй Трэвиса и – о боже! – представляла его своим мужем! А ведь почти его не знала. Какие глупости! Но так приятно мечтать. Вдруг он – ее судьба?

Трэвис успел рассказать о себе. Парню исполнилось двадцать пять. Его родители владеют маленькой типографией. В семье Элизы занимаются отельным бизнесом. А у кого-то огромные плантации…

От ужаса девушка привстала с кровати. Почему она думает о Кристиане Фернандесе? Его надо бы уже забыть, но почему-то в памяти всплывают изумрудные глаза с темными крапинками и рельефные мышцы, до сих пор слышатся дурацкие шутки, которых, к сожалению, не хватает в ее жизни… не хватает и его ласк, и страстных поцелуев, от которых ее ноги подкашивались.

А вот после поцелуя Трэвиса с ее ногами все было в порядке. А перед Крисом она опустилась на колени.

Откинувшись на подушки, она лежала с отрытыми глазами и вспоминала секс с Кристианом. Похоже, ей предстоит бессонная ночь. А был ли это секс? Возможно, то, что произошло на острове – это искусство. Но любопытно узнать, каков Трэвис в сексе.

Что для него физическая близость? Искусство или просто удовлетворение своих потребностей?

Она заснула под утро с мыслями о том, что вскоре Трэвис захочет большего. Надо быть готовой и случайно не ударить его в пах. Но, когда он ее целовал, желания залепить пощечину у нее не возникло.

А вот с Крисом такое было постоянно! И почему-то большего хотелось только с ним! Но это неправильно, от мыслей о нем надо избавляться.

Следующий день они с Трэвисом провели на озере, ловили рыбу. Элиза подчерпнула для себя многое. Ей было хорошо с ним до такой степени, что она уже не думала о красках. Исчезло желание срочно схватить бумагу и рисовать.

Трэвис не закрывал рта, и хотя девушке было не слишком весело, Элиза улыбалась и кивала. Он рассказывал что-то познавательное, умное, болтал про путешествия. А она ловила себя на мысли, что думала о том, как часто путешествовал Кристиан. Она возненавидит это имя!

Вечером они гуляли. Шли по дороге, которая вела к церкви святого Мартина, которую молодые люди посетили вчера. Трэвис держал ладонь девушки в своей руке, иногда согревая ее своим дыханием.

– Элиза, я знаю тебя так мало, а кажется, что годы, – признался он.

Волнистые рыжеватые волосы юноши раздувал ветер, и Трэвис тщетно старался вернуть им прежний вид. Но ветер Англии очень суров. А вот беспорядок, который был с волосами Элизы, оказался ей к лицу! Она выглядела великолепно.

– Могу ли я пригласить тебя в Ирландию?

Ей опять попался мужчина, который живет далеко. Значит, Трэвис не ее судьба. Но он ей нравился. Хотя… Если честно, Ирландия – не особо далеко от Англии. Ближе, чем Испания.

Они шли обратно, обнявшись, изредка целуясь, смеясь и толкая друг друга. Хотелось большего, но Трэвис очень воспитан. В его семье царили старые устои. Парню с детства внушали, что женщина приходит в жизнь мужчины одна и на всю жизнь. Он говорил и об этом, вероятно, намекая на что-то, о чем Элиза могла только догадываться.

Поцелуй на крыльце, обмен улыбками, слова прощания… и Элиза направилась на семейную половину.

Там опять царил полумрак.

Элиза села на диван… внезапно скрипнула дверь, и раздался голос матери.

– Элизабет, к тебе гости. Мужчина. Он ждет в холле отеля.

Девушка удивилась. О ком может идти речь? Теперь она пользуется популярностью среди парней. Так говорила ей Хейли, дескать, стоит посмотреть на девушку одному, у других срабатывает некий механизм – хватать добычу.

– Кто это?

– Посмотри сама, только прошу, не сидите долго, уже ночь. – И Эмбер направилась в свою комнату, а Элиза встала, распахнула дверь и быстро зашагала по коридору.

Кто же этот незнакомец?

Очутившись в холле, девушка чуть не подпрыгнула от изумления.

– Боже мой!

– И я рад тебя видеть, Элиза, – улыбнулся Кристиан.