Вдова поневоле - Джорджет Хейер

К этому времени на месте происшествия появилась мисс Бекклс, которая с испуганным криком присоединилась к группе у камина.

– Элинор, любовь моя! О Боже, что стряслось? Отчего она упала в обморок? Пропустите меня к моей бедной девочке! Мистер Ники, бегите на кухню и попросите у миссис Барроу пригоршню фазаньих перьев.

– Да, да, и найдите этого дурака Кроули! – попросил Фрэнсис Чевиот. – Его никогда нет там, где он необходим! Мне сейчас очень нужны мои нюхательные соли и нашатырный спирт. Пусть Кроули немедленно принесет их! Миссис Чевиот ужасно побледнела… мне еще никогда в жизни не доводилось испытывать такое потрясение! Сколько времени она здесь пролежала? Нам еще страшно повезло, что на платье из камина не упала искра и оно не загорелось!.. Поторопитесь, мой дорогой!

– Что вы с ней сделали? – в ярости закричал Николас Карлион.

– Дорогой Николас, что я мог сделать в данной ситуации? У меня не было времени сделать что-нибудь существенное. Я успел только схватить вазу с цветами и вылить на нее всю воду, однако это ничуть не помогло! Умоляю вас, пришлите ко мне Кроули! Он разбирается в таких вещах и наверняка знает, что делать с человеком, который упал в обморок!

Юный мистер Карлион несколько секунд нерешительно топтался на месте, но после просьбы мисс Бекклс поторопился все же помчаться на кухню и вскоре привел с собой в библиотеку запыхавшегося от быстрой ходьбы Барроу. За это время у него была возможность поразмыслить о бедственном положении Элинор и вероятности того, что она подверглась нападению Чевиота. Но юноше так и не удалось найти ни одной мало-мальски разумной причины, объясняющей нападение Фрэнсиса. Поэтому он решил, что Элинор действительно упала в обморок, как предполагал кузен.

Девушка до сих пор не пришла в себя. Однако мисс Бекклс заверила всех в том, что ее пульс бьется равномерно и сильно. После этого Фрэнсис Чевиот прекратил всякие попытки помогать Беки, рухнул в кресло и погрузился в полуобморочное состояние. Казалось, что он нуждается в уходе не меньше хозяйки Хайнунса.

Так во всяком случае подумал Кроули, который примчался в библиотеку, услышав крики Ники. Лакей мистера Чевиота немедленно достал из кармана флакон с нюхательными солями и сунул под нос своему господину. Однако Фрэнсис слабо отмахнулся и мужественно заявил негромким голосом:

– Дай его лучше миссис Чевиот! Я не должен вести себя эгоистично. Надеюсь, спазмов не будет, если я минуту-другую посижу спокойно.

Из открытого окна сильно дуло, и библиотека наполнилась клубами дыма.

– Очень мило с вашей стороны, что вы открыли окно, но миссис Чевиот скорее задохнется от дыма, чем получит хоть малейшее облегчение от такого дьявольски сильного сквозняка!

– Открыл окно! Разве мог я поступить так опрометчиво? – обиженно воскликнул Фрэнсис Чевиот. – Господи, как же я сам раньше не заметил, что оно раскрыто! Умоляю вас, мой дорогой, закройте окно немедленно! Вы хотите, чтобы я подхватил воспаление легких и умер?

Ники уже начал закрывать окно, но остановился и удивленно посмотрел на кузена.

– Разве не вы его открыли? Но кто же тогда мог открыть это окно? Миссис Чевиот не могла сидеть в библиотеке с открытым окном. Смотрите, по комнате гуляет настоящий ветер! А как эта подушка очутилась на полу?

Скоро к запаху дыма стал примешиваться запах горящих перьев. Мисс Бекклс подняла голову и сказала:

– Нет, Элинор не могла сидеть с открытым окном в такой прохладный и ветреный день! Полчаса назад окно было закрыто, можете мне поверить. Я как раз заглянула в библиотеку и видела своими собственными глазами, что оно закрыто… О, что же тут произошло? Неужели в библиотеке находился какой-то человек, который потом бежал через окно?

– Нет, этого не может быть! – покачал головой Ники. – Ведь в доме Баунсер. Он бы поднял лай.

– Как бы не так! Ваша упрямая собачка выскочила в окно и побежала на охоту!.. И зачем я только оставила Элинор одну!

Но кто мог подумать, что среди бела дня… – Вы хотите сказать, – слабым голосом прервал ее Фрэнсис, – будто в дом безо всяких причин забрался какой-то головорез?

– Не исключено, поскольку боковая дверь не заперта, – отрывисто ответил юный мистер Карлион. – Я сам вошел в дом через боковую дверь. Но чтобы кто-то осмелился… – Юноша умолк, услышав звон колокольчика в холле.

– Кто-то позвонил в дверь, – сообщил Барроу. Дворецкий передал графин с бренди, который принес с собой, жене, и отправился открывать входную дверь.

– Кроули, – тихо произнес Фрэнсис Чевиот, – если мисс Бекклс больше не нужен флакон с нюхательными солями, умоляю, принеси его мне! Спасибо… и может, немного бренди. Да, столько достаточно… А сейчас иди и запри все двери в доме, которые найдешь открытыми! Не могу понять, как вы можете проявлять такую беспечность, когда известно, какие отчаянные типы бродят по окрестностям и только и ждут возможности, чтобы ограбить какой-нибудь дом! Полагаю, поблизости могут находиться цыгане, а я страшно боюсь цыган, да будет вам известно!.. Я не отвечаю за последствия, если существует опасность, что в дом вновь могут пробраться грабители. По-моему, уже начинаются спазмы… Может, вам, дорогой Николас, стоит обыскать имение? Я не успокоюсь до тех пор, пока не буду уверен, что никто не прячется в тех страшных густых кустах. По-моему, там запросто могут скрываться бандиты.

– Ах, она приходит в себя! – радостно воскликнула мисс Бекклс, ласково гладя неподвижные руки Элинор. – Ну, любовь моя, ну, ну!

В холле послышались быстрые и громкие шаги, и через секунду в библиотеку вошел лорд Карлион в дорожном пальто со складками на плечах и в перчатках. Ему хватило одного-единственного взгляда, чтобы оценить ситуацию. Он мигом снял перчатки и спросил:

– Что случилось? Отчего миссис Чевиот упала в обморок?

– Мы не знаем, – покачала головой мисс Бекклс. – Мистер Чевиот нашел ее здесь на коврике и позвал нас. Но ей становится лучше! Она начинает шевелиться! Элинор, любовь моя!

– Нед, вон то окно было распахнуто настежь, а эта подушка лежала на полу, как будто ее сбросили с дивана! И взгляни на это! Я только сейчас заметил, что штора сорвана с двух крючков.

Лорд Карлион бросил беглый взгляд на окно и быстро направился через всю библиотеку к камину. Он опустился на колено около Элинор и поднял девушку с пола. Потом встал и понес вялое тело к дивану.

Миссис Чевиот негромко застонала и открыла глаза. Она прошептала что-то, но его светлость ничего не понял. Эдуард Карлион спокойно сказал:

– Не пытайтесь говорить, миссис Чевиот! Вам скоро станет легче. Пожалуйста, положите сюда еще подушек, мисс Бекклс! Ники, принеси немного бренди.

– Бренди здесь, если Фрэнсис не все выпил, – сообщил юноша.

– Тогда налей чуть-чуть в стакан, – велел лорд Карлион, опуская свою ношу на диван, но не убирая руку из-под плеч Элинор и продолжая поддерживать ее.

Ники торопливо подал брату бренди. Лорд Карлион поднес стакан к губам девушки, осторожно поддерживая ее голову, и сказал: