Вдова поневоле - Джорджет Хейер

Лорд Карлион с удовлетворением увидел, что миссис Чевиот уже сидит, а значит, чувствует себя гораздо лучше. На голове у нее была повязка, наложенная опытной рукой.

Элинор с отвращением пила маленькими глотками какую-то жидкость. При виде лорда Карлиона ей удалось изобразить на своем лице слабую улыбку, но она оставалась еще очень бледной и, очевидно, никак не могла прийти в себя. Правда, характер ее не изменился. Не успел его светлость сделать и двух шагов, как девушка хладнокровно проговорила:

– Помнится, вы мне как-то сказали, будто брак с вашим кузеном не приведет к каким-то неприятным для меня последствиям. Мне бы очень хотелось знать, милорд, что вы считаете неприятными последствиями?

Эдуард Карлион улыбнулся.

– Неужели я говорил вам такое?

– Да, вы говорили это и некоторые другие вещи, такие же лживые. Вы даже сказали, будто спасаете меня ото всех ужасов дома миссис Макклсфилд, будто благодаря вам я проведу остаток своих дней в покое и достатке. Меня еще никогда в жизни так подло не обманывали!

– Интересно, почему ваши мысли постоянно возвращаются к миссис Макклсфилд? – поинтересовался его светлость.

– О!.. Люди, знаете ли, любят думать о том, что могло быть, если бы жизнь сложилась иначе.

– Любовь моя! – встревоженно прервала ее мисс Бекклс. – Может, ты пойдешь к себе и ляжешь в постель, как советовал доктор Гринло? Знаю, у тебя болит голова. Ты, надеюсь, не забыла, что он приготовил тебе эту настойку, чтобы ты заснула?

– Да, дорогая Беки, я пойду к себе, но никакие настойки на земле не смогут заставить меня заснуть до тех пор, пока я не поговорю с его светлостью. Ты иди и попроси Мэри положить мне в постель горячий кирпич, а я поднимусь чуть позже.

На лице мисс Бекклс появилось выражение нерешительности, но в этот момент лорд Карлион вмешался в разговор и заверил маленькую компаньонку, что миссис поднимется наверх буквально через несколько минут. Это решило дело. Беки поставила флакончик с нюхательными солями недалеко от Элинор, чтобы та могла взять его, и с просьбой, чтобы Элинор не забыла допить настойку, вышла из библиотеки.

– Ну, миссис Чевиот? – неторопливо произнес лорд Карлион, подходя к огню и наклоняясь, чтобы согреть руки. – Боюсь, с вами приключилось довольно неприятное происшествие, и я уверен, что вы вините во всем меня.

– И что могло заставить вас так думать? – полюбопытствовала вдова. – Ведь вы, насколько я поняла, еще вчера уехали в Лондон!

– Ого! Значит, вот в чем дело? Но я решил, что эта поездка очень важна. Вы не можете не похвалить меня за то, что я вернулся в Хайнунс очень и очень быстро.

– Я не собираюсь вас ни за что хвалить! Полагаю, вы ездили в Лондон, чтобы снять мерки для новых сапог.

– Нет, я ездил в Лондон не для этого. Боюсь, если бы я рассказал вам о цели моей поездки, вам бы она показалась пустячной. – Эдуард Карлион выпрямился и улыбнулся. – Вы очень сердитесь на меня за то, что я оставил вас, мадам?

Миссис Чевиот почувствовала, что краснеет, и торопливо ответила:

– Сержусь? Нет, конечно! Как я могу на вас сердиться, когда вы проявили такую большую заботу обо мне и сообщили Ники, что считаете мистера Фрэнсиса Чевиота очень опасным человеком. Напротив, я должна быть очень вам благодарна за это предупреждение. Выходит, если я могу кого-то винить за то, что у меня сейчас на голове шишка размером с куриное яйцо, так это только себя саму.

– Жалко, что Ники никак не научится держать язык за зубами! – заметил Карлион. – Честно говоря, я не думал, что Чевиот представляет для вас какую-то опасность, мадам!

Элинор подкрепила свои силы очередным глотком горькой настойки.

– Конечно, мне все приснилось, – язвительно произнесла девушка. – Меня никто не бил по голове!

Его светлость рассмеялся.

– Вы уделяете слишком много внимания этому происшествию, миссис Чевиот. Уверен, оно сильно вас напугало, но особого вреда не причинило. И я считаю очень маловероятным, что вы в дальнейшем испытаете какие-нибудь неудобства.