Табу. Разбитые судьбы - Екатерина Сокольская

Я протянула руку к его лицу, прижав ладонь к колючей щеке. Димка поднял глаза, с надеждой заглянув в глубину моей души. Вся она, все мои мысли как на ладони. Все чувства и переживания. Желания, надежды и грусть, что они никогда не станут явью.

Мне не хватало сил отталкивать его больше. Я не могла справляться со своими чувствами к этому человеку. Только с ним я могла бы быть счастлива. А без него я чувствовала себя пустой. Я просто хотела видеть его рядом, а остальное… гори всё адским пламенем.

Мне было плевать, что у нас никогда не будет полноценной семьи. Главное быть рядом.

— Я люблю тебя, Мань. Какое бы решение ты ни приняла, это не изменит моих к тебе чувств.

— Ты же знаешь, Мить. Мы не можем… Что это у тебя? — я только сейчас увидела тоненькую папку в его руке, которую он с силой сжимал.

— Это? Хм… доказательство того, что вся моя жизнь оказалась ложью.

Мужчина сжал губы, в миг становясь молчаливым и задумчивым. Его глаза буравили папку, а мысли витали где-то далеко, переживая снова и снова моменты из жизни, принесшие ему лишь страдания.

Я аккуратно накрыла его ладонь, возвращая из горьких воспоминаний. Мне было больно видеть, как он страдает от того, что уже никак не может изменить. Но теперь я буду рядом. Пусть мы не сможем быть обычной парой, теперь все беды сможем разделить пополам. Будем друг другу плечом и опорой.

— Это результаты анализов, — он кинул бумагу на одеяло, как будто обжегся от скупых слов, напечатанных на белой бумаге. — Я без твоего ведома сделал это, боясь, что дам тебе ложную надежду.

— Что? Каких анализов? — я перестала дышать, внутренне готовясь ко всему.

— У нас будет время об этом поговорить. Просто… — видно было, что слова даются ему с трудом. — Просто я и подумать не мог.

— Объясни, наконец, в чём дело.

— Всё что мы пережили, лишь затянувшийся фарс. Мать всё выдумала.

— О чём ты… говоришь?

— Ты не моя сестра. Даже не дальняя родственница, Мань.

Должной радости сей факт у мужчины не вызвал. Теперь он, как и я когда-то, почувствовал на себе всю горечь предательства родного человека. Долгие годы женщина, называвшаяся его матерью, скрывала правду. Эта женщина придумала свой какой-то совершенно невероятный мир. Видя, что её сын страдает продолжала врать.

Дьявол не в аду. Он сидит в каждом человеке и лишь от нас самих зависит, вырвется ли он наружу. Под личиной любящей матери скрывался целый вулкан злости, обиды, зависти и корысти. И пострадал от её эгоизма единственный близкий и любящий человек.

Дверь с грохотом отворилась и в палату подобно маленькому урагану ворвался Мишка. Я не видела ребёнка несколько недель, а казалось прошла вечность. Своей счастливой беззаботной моськой он разгонял тяготившую ауру, скопившуюся от последних известий.

С радостным криком он запрыгнул на скрипучую кровать, вызвав во мне улыбку умиления, перекошенную резкой болью от ещё не зажившей раны.

Я не спрашивала, что стало с Пашкой. Этот человек умер для меня. После второго рождения я желала окружать себя лишь счастливыми и позитивными людьми, как этот малыш со светящимися голубыми глазами.

Удивительно, как всего за месяц из наигранно взрослого пятилетнего мужчины он превратился в обычного ребёнка, радующегося простым вещам.

— Маша! Ты представляешь?! Я впервые катался на лыжах! А ещё там была огрооомная новогодняя ёлка с гирляндами. Папа всегда покупал пластиковую, а там настоящая была! Он обещал, что когда тебя выпишут, у нас будет настоящий Новый год. С подарками, шарлатаном Дедом морозом и ёлкой. Здорово правда?

Ребенок всё щебетал, рассказывая все прелести зимнего отдыха с няней в санатории, а я чувствовала, как рука любимого под моей расслабляется, отпуская все обиды.

Я смотрела на эту идиллию, больше всего на свете желая быть частью их маленькой семьи.

— А я кое-что тебе принёс, — мальчуган стушевался и почему-то покраснел, когда начал шарить по карманам своей куртки. — Да где ж ты… Было же в кармане… А! Вот!

Мишка, потупив взгляд, протянул мне маленькую коробочку. Я с недоумением перевела взгляд на молчавшего Диму, но коробочку приняла. Там на дне в псевдо-бархатной подушечке лежало простое потускневшее от времени детское колечко. Моё колечко.

— Ты лазил в моём шкафу…

— Ну пааап! — он виновато посмотрел на отца и перевёл взгляд на меня. — Маш, ты это… будешь моей мамой?

Я перевела шокированный взгляд с открывшего в изумлении рот Митьки на его сына. Мишка сидел на кровати с огромными печальными глазами полными надежды. Его нижняя губа чуть подрагивала, а маленькие ручки нервно перебирали ткань куртки.

В своей такой ещё короткой жизни он уже почувствовал боль предательства родного человека. Именно в таком возрасте ему была так нужна мать, а она предпочла ему свободную жизнь.

Так легко потерять веру в людей, достаточно получить удар в спину от того, кому безгранично верил. Но теперь у малыша всё будет по-другому. Потому что МЫ есть друг у друга.

Эпилог. Маша

Я не торопилась открывать глаза. Непроизвольная улыбка вновь растянула мои губы. В квартире царила уютная тишина. С кухни доносился запах из автоматической кофеварки. Наверняка, он меня и разбудил. Рядом тихо посапывал самый лучший мужчина в моей жизни. Мой друг, любовник, мой Муж…

Я уже привыкла просыпаться ни свет ни заря. Раннее утро было самым любимым временем суток. Только в рассветные часы можно никуда не торопиться, а просто насладиться гармонией в нашей маленькой семье.

Может быть, мне не спалось, потому что я до сих пор не могла поверить в своё счастье. Каждый раз, проснувшись, я с тревогой представляла, что это все может оказаться сном. А может быть хотелось как можно дольше видеть лицо любимого.

Я повернулась на бок и приоткрыла глаза. Мне никогда не надоест любоваться его четко очерченным профилем. Острыми скулами, носом с небольшой горбинкой, колючей щетиной, мягкими губами.

Кончиком пальца я аккуратно убрала прядь отросших волос с его лба.

— И давно ты наблюдаешь за мной, маньячка? — хриплый ото сна голос мужа застал меня врасплох.

— Сон для меня — непозволительная роскошь, — я поцеловала его в голое плечо, прижимаясь всем телом к такому желанному мужчине. — Я и так слишком много времени упустила.

Он, не открывая глаз, улыбнулся и уткнулся носом мне в макушку. Большая ладонь нежно поглаживала мою оголившуюся от майки спину. С