Бракованная попаданка или истинная для Верховного - Любовь Песцова

— Это все что тебя сейчас волнует?

Реймонд поджал губы и попытался сделать морду кирпичом. Ну, в смысле, притвориться таким же чурбаном, каким казался на протяжении почти всего нашего знакомства.

— Не осталось у меня к нему чувств. И не было их никогда. У меня чувства к одному Верховному, который удивительно туго соображает для своей должности.

Он закрыл глаза, выдохнув.

— Вики…

То, как он произнес мое, именно мое имя… у меня аж мурашки по спине побежали.

— Ненормальная. Моя.

Казалось, ему действительно стало легче после моих слов. Правда, ненадолго. Очень скоро он снова нахмурился. Наверное, вспомнил, где мы находимся и что для подобных признаний вообще-то не место.

— Да, правильно, надо думать, что дальше делать. Потому что наше с тобой «долго и счастливо» рискует не наступить по очень печальной причине. Если Паксон не при чем, то кто? Есть идеи?

— Кто-то, кому очень нужен Верховный. Драконы начали пропадать давно, но не массово. Это смогли замять, не привлекать внимания. Почему бы не продолжить в том же духе? Ведь могли бы. Но им зачем-то понадобился я. Сомневаюсь, что дело именно во мне как в личности. Скорее, искали наименее защищенного Верховного.

— Зачем?

— Если бы я знал, зачем изначально похищали и убивали других драконов, я бы тебе ответил. Но скорее всего дело в уровне силы.

— А мать и брат Адалин… в смысле мои, они тоже, выходит, жертвы.

— Я думаю, да.

— Хм…

— И этот кто-то знал мое расписание. Следил за мной, а еще мог сам подстроить все так, чтобы я попался в ловушку. Кто-то настолько неприметный, что его не станешь подозревать. Кто-то такой, в ком никогда не усомнишься.

Он говорил так, словно речь шла о ком-то конкретном. Как будто уже понял, кто стоит за всем этим. А я вот нет.

Кто мог знать о планах Раймонда? О том, что мы с ним отправились в мое поместье, знал Велтон. Но это ведь не может быть он, верно?

По телу пробежала волна мурашек. Стало страшно. И не зря.

Не успела я додумать мысль, как в тишине раздались медленные, издевательские хлопки.

— Ну наконец-то ты сообразил, Рей. Я уж думал, не догадаешься, — раздался знакомый голос.

Глава 61

Медленные, издевательские хлопки отражались от каменных стен и становились почти оглушающими. Из темноты пещеры вышел Карл.

Улыбчивый ассистент Реймонда, который так ловко уворачивался от летящего в него пресс-папье.

— Ты не выглядишь удивленным, друг мой, — сказал Карл. — Неужели все же догадался?

— После того как оказался здесь, было сложно продолжать отрицать очевидное. Каждый раз перед нападениями на меня только ты знал, что я куда-то собираюсь. Только тебе я рассказал про Вики и только ты знал, что я собираюсь с ней встретиться.

Его уже можно начинать сжигать? На мне ошейника нет, я могу. Интересно, он знает, что у меня есть магия? Да нет, вряд ли, тогда бы я была закована так же, как Реймонд. Теоретически, эффект неожиданности мне обеспечен.

Нет, лучше подождать, пока откроет решетку и подойдет поближе, чтобы наверняка. Ну или пока вообще край не настанет.

— Каюсь, было неосмотрительно с моей стороны. Но время поджимало. Кто знал, что с Дикхардами так неудачно получится, что аж тебя привлечет. Но увы, их нужно было устранить. Я всеми силами пытался тебя отвлечь, но не получилось. К тому же, Верховный мне тоже был нужен. Ну что ты так кривишься?

— Впервые вижу твои настоящие эмоции, — спокойно ответил Реймонд. — Отвратное зрелище.

— Ну ты уж слишком не дерзи, — пригрозил ему пальцем Карл. — Думаешь, мне это нравилось? Почти десять лет изображать блаженного идиота! Увы, сначала не было возможности достать другой амулет с более разнообразным набором фальшивых эмоций, а потом выходить из амплуа было уже поздно.

— Мне тебя пожалеть? Зачем ты все это затеял, Карл? Чего тебе не хватало? Денег? Повышения? Кабинета получше?

— Да плевал я на твое повышение, твои деньги и твои кабинеты, Рей. Вы, драконы, так привыкли к тому, что все вам подчиняются, так привыкли править этим миром, что даже не задумываетесь о том, что кому-то может это не нравится.

— То есть ты революционер?

— Представь себе.

— И что же такого мы сделали, что тебе империю развалить захотелось? Кто-то не так на тебя посмотрел?

— Один из вас, животных, изнасиловал мою сестру. И знаешь, что с ним сделали? Ничего. Ничего не сделали. Когда я пытался добиться справедливости, надо мной только посмеялись. И над Лиззи смеялись, обвиняли ее в том, что сама добивалась этого, мол, с драконом каждая захочет. Пальцем на нее показывали, пока она в петлю не залезла.

— Почему не пришел ко мне?

— Ты вот вроде бы у нас Верховный, а не понимаешь, как все устроено. К тебе на суд попадают те случаи, которые выгодно освещать и доводить до сведения большого начальства.

Если бы эту историю мне рассказали при других обстоятельствах, я бы посочувствовала Карлу и его сестре. Да что там, я бы вместе с ним пошла бороться за справедливость. Но сейчас, когда я сидела за решеткой, сочувствия поубавилось.

А еще я понимала, что нам нужно тянуть время. Реймонд закован, я почти бесполезна. Нет, конечно, я постараюсь подпалить нежные места этому нехорошему человеку. Но у меня были серьезные сомнения, что это даст результат.

Если он настоящих драконов тут шинкует налево и направо, то я, немного бракованный, точно его скрутить не смогу. Так что единственное что остается — ждать, и надеяться, что Велтон окажется действительно хорошим следователем и все же нас найдет.

— Эм, извините, уважаемый, а не подскажите, каким боком я отношусь к вашей покойной сестре? Уверяю, я ни разу в жизни не пыталась оправдать насильника и обвинить жертву.

— Адалин, — повернулся ко мне Карл. — Знаешь, я не узнал тебя. Как и твой муж, кстати.

— Знаю. Это потому что я на самом деле Ханна Монтана и с новым цветом волос обретаю вторую личность.

Мужчина улыбнулся и подошел поближе к моей камере. Жаль, недостаточно, чтобы можно было его достать и приложить головой об решетку.

— Цвет волос здесь не при чем. При нашей прошлой встрече ты была