Узел судьбы - Лирик Шторм

Она снова попробовала что-то сказать губами, но это не изменило того факта, что я все еще не умела читать по губам. Она вздохнула, затем схватилась за верхнюю часть руки. Я нахмурилась. Потом она указала на меня и повторила это. Затем она еще раз очень решительно указала на меня. Ее настойчивость заставила меня опустить взгляд на собственную руку, и я увидела, что рубашка сползла с плеча, обнажая браслет, который Эвандер сделал для меня. Я поспешно натянула ткань обратно, не желая, чтобы они его увидели. Он был для меня слишком ценен.

А если они отберут его? Или сломают?

Затем все мои размышления перестали иметь значение, потому что мой похититель вернулся. С ним были Альфа О’Лири и мистер Бейнс.

Глава 21

Серена

Мистер Бейнс рассмеялся, увидев меня.

— Вот и она, — сказал он Альфе О’Лири. — Ког привел нас прямо к ней. Она вся ваша.

— Ты думаешь, все так просто? — процедил О’Лири сквозь зубы. Затем он посмотрел на моего похитителя. — Осмотри ее, Малкольм.

— Осмотреть на что? — переспросил мистер Бейнс, задав тот же вопрос, что и я, пока Малкольм приближался ко мне.

— На ебаную метку связи, вот на что! — взревел О’Лири, и он с мистером Бейнсом пошли следом за Малкольмом.

— Не нужно быть грубыми. — спокойно возразил Бейнс. — Она была с ними недолго. Сомневаюсь, что она была настолько глупа, чтобы установить с ними связь.

Малкольм присел рядом со мной, схватил горсть моих волос и резко дернул их назад, обнажив след укуса Рафе на моем горле.

— Ах ты, маленькая шлюха, — прошипел мистер Бейнс.

Его рука взметнулась, и он ударил меня тыльной стороной ладони по лицу. От чего место удара вспыхнуло ноющей болью, а голова отлетела в сторону. Мне показалось, что Малкольм вырвал несколько прядей волос.

Моя губа пульсировала от боли, и высунув язык, я почувствовала металлический привкус крови.

— Не порти мою игрушку, — спокойно произнес О’Лири, будто его мало волновало, что я ранена, и гораздо больше, что это сделал кто-то другой.

— Ты все еще хочешь ее?

О’Лири смотрел на меня задумчиво.

— Ты все еще не говоришь, да, девочка?»

— Она не произнесла ни слова за всю дорогу, — сообщил ему Малкольм.

Мистер Бейнс схватил меня за горло и рывком поставил на ноги.

— Ты нас записывала?

Я не понимала, о чем он говорит. Не помнила, чтобы когда-либо их записывала. Затем замотала головой, отрицая.

Бейнс сжал мое горло и потряс так, что моя голова откинулась назад.

— В тот день, на чертовой кухне! Я видел тебя на камерах, как ты уходила. Ты была там, когда мы разговаривали. У тебя были какие-то фрукты и чертов диктофон! Ты. Нас. Записала? — последнее он прокричал мне прямо в лицо, брызгая слюной, так торопился говорить, что не успевал сглатывать.

Судорожно начала прокручивать в памяти тот день. У меня действительно был диктофон, потому что собиралась записать, что взяла, чтобы потом вернуть. Они стояли за дверью, но… я ведь не выключила его.

Я не выключала диктофон!

Глаза у меня сами собой расширились при осознании этого. У меня было доказательство того, что этот человек пытался продать меня члену Совета за голоса в поддержку его законопроекта!

Бейнс заметил мое осознание. Я никогда не умела хорошо скрывать свои мысли, и он знал это. Увидев подтверждение на моем лице, он взревел.

— Ты, сука! — его кулак врезался мне в живот, я согнулась пополам.

Он отпустил меня, и я упала на пол.

— Где он? Где, чёрт возьми, он? — он пнул меня в бок.

Он не был Альфой, но все равно был сильным и крепким мужчиной, поэтому, когда он ударил второй раз, прямо в ребра, я почувствовала, как что-то треснуло.

Я заскулила от агонии. Боль вспыхнула ослепляюще-белым огнем.

— Достаточно, — сказал О’Лири. — Она у нас, благодаря предсказанию. Мы все из нее вытянем. Сколько бы времени это ни заняло.

Я не могла двигаться. Больно было даже просто дышать.

— Затащите их в комнату, — рявкнул О’Лири, щелкнув пальцами в сторону двух мужчин.

Кто-то из них, должно быть, успел вернуться с водой, потому что она стояла на полу возле Айлы.

Затем один из мужчин присел рядом с ней, его глаза были прикованы ко мне, пока он наблюдал, как я стонала на полу. Он облизнул губы, почти не обращая внимания на Айлу, пока снимал с нее цепь и поднимал ее. Второй схватил меня за руку, и я приготовилась к худшему, но ничто не могло подготовить меня к той мучительной боли, когда он дернул меня и потащил по полу.

Слезы катились по моему лицу.

Когда меня протаскивали мимо ног О’Лири, он поставил одну прямо мне на грудь и надавил своей лакированной туфлей, перенося на нее часть своего веса. Весь воздух, что я успела вдохнуть, вышел из легких, когда он наклонился, все сильнее и сильнее давя. Каблук его туфли врезался в меня. То, что треснуло, когда Бейнс ударил меня, теперь словно окончательно раздробилось под тяжестью О’Лири.

Казалось, он собирается меня раздавить. Рот открылся, но я не могла вдохнуть.

— Говорят, ты теперь Омега, — потом он улыбнулся, ужасающей улыбкой, от которой кровь стыла в жилах. — Ты не представляешь, как это меня радует.

Нас с Айлой привели в комнату на втором этаже и заперли. Там не было ни кровати, ни какой-либо мебели, кроме одеяла на голом деревянном полу и болт с цепью рядом с ним. Я начала замечать ужасную закономерность. Айла приковали к полу. Снова. И я ломала голову, почему то же самое не сделали со мной.

Забитое досками окно имело щели, достаточно широкие, чтобы через них пробивались несколько полос лунного света.

— Они идут за тобой, — прошептала Айла, глядя в мою сторону.

Я надеялась, что она имела в виду моих мужчин. отела спросить, откуда она знает, но каждый вздох давался с трудом, будто я дышала через тонкую соломинку. Почти наверняка у меня что-то было сломано.

— Слушай, — сказала она поспешно. — Я знаю, как тебе больно. Знаю, что тебе страшно. Но они идут за тобой. Я не говорила им этой части. Тебе нужно поговорить с Эхо и Глитчем. Ты не начало, но ты — связующее звено. Ты причина, по которой все соберутся вместе. Мощная сила. Настолько сильная, что это вызовет полную перестройку