Двойная жизнь - Олег Рой

Ирен искоса наблюдала за Виктором, одновременно и пугаясь, и удивляясь бьющим из него эмоциям. Нет, в самом деле, неужели никто этого не замечает? Невооруженным ведь глазом видно, как жгучая злоба сгущается, скапливается у него в брюхе, как поднимается мутной едкой волной, как выхлестывает из прищуренных глаз. Если бы взглядом можно было убивать, мы бы тут все уже обгорелыми трупиками лежали. Да полно, контролирует ли он вообще свои эмоции? Конечно, никакой он не профессионал, просто отморозок, только и умеющий, что сеять смерть. Умеющий – не потому что обучен, а потому что так устроен. Крапиве свойственно обжигать, лавине или пожару – уничтожать все на своем пути. Природа у них такая. И у этого монстра злоба и жажда убийства заложены, кажется, на уровне инстинкта. Но главное – хорошо это или плохо для них самих? Для Дениса, для Егора, для нее, Ирен? С одной стороны, раз Виктор не умеет контролировать свои эмоции, значит, не очень-то способен думать, сообразительность на уровне плинтуса, и, значит, его не так уж сложно переиграть. Но с другой стороны, вулкан вообще не соображает – просто копит раскаленную лаву, а потом, накопив, убивает все окружающее. И убойная сила гранаты не зависит от наличия у нее, гранаты, мозга. Не бойтесь гранаты, она же ручная, вспомнила вдруг Ирен и улыбнулась. Ничего, они справятся. Человек по сравнению с саблезубым тигром – никто, беспомощная букашка. Но победил-то именно человек.

Размышляя, Ирен почти забыла про еду, но, заметив вдруг огорченный взгляд Катерины, принялась за суп (очень, кстати, вкусный). Что бы там ни было, а поесть нужно, вечер и ночка предстоят те еще, голодные обмороки вовсе без надобности. Бандану, чтобы не смущать народ, Ирен перевязала по-деревенски, как бабки платочек повязывают, и теперь, склонившись над тарелкой, подумала, что со стороны она, должно быть, похожа на монашку в трапезной: платочек, очи долу, на губах – легчайшая, отстраненная улыбка. Ничего, повторяла она, мы справимся.

Баскаков за обедом так восхищался местными красотами, с таким неподдельно искренним интересом расспрашивал Ивана Петровича о тонкостях рафтинга, что сразу же покорил сердце старика.

После обеда Катя собрала всех на просторной веранде гостевого дома.

– Дорогие друзья! – Она похлопала в ладоши, требуя тишины. – Вы уже все познакомились, это очень хорошо. Главное в нашем деле – это взаимное доверие и взаимная симпатия. На сплаве без этого не обойтись. Теперь немного о том, что вам, собственно, предстоит и какие у нас тут правила. Послезавтра подъедет еще одна группа. В Минске нелетная погода, и они поехали поездом, поэтому задерживаются. Но ничего страшного, та группа сплавляется уже не в первый раз, а вы новички. Так что два дня, то есть сегодняшний и завтрашний, пойдут на инструктаж и тренировочные заплывы.

– Мах, – шепнула матери Полина. – А чего она как занудно излагает? Специально, чтоб прониклись, что ли?

– А ты поставь себя на ее место, – так же шепотом ответила Ирен. – Сколько раз ей приходится повторять абсолютно одно и то же?

– Ой да, точно, и в тот раз почти то же самое было. Туплю, не подумала.

Катерина опять хлопнула в ладоши, привлекая внимание:

– Сегодня я вручаю вас Ивану Петровичу, нашему патриарху сплава. И, кстати, не только сплава, можете его порасспрашивать, пока он вас азбуке обучает. А уж завтра с утра с вами будет заниматься наш основной инструктор, Алекс Смелый, небезызвестный маэстро рафтинга. Надеюсь, об экипировке все позаботились. Если у кого-то чего-то будет не хватать, Иван Петрович поможет, кое-какой запас у нас в кладовой есть. Ну а если чего-то действительно не хватит, лучше выяснить это сегодня, пока можно еще съездить в поселок. Что касается досуга, то в основном вы будете заняты на реке, так что особых развлечений не держим. Впрочем, для желающих в холле есть телевизор, там же бильярд и настольный теннис. По поводу медицинской помощи: для мелких травм аптечка – в холле, справа от входа. С чем-то посерьезнее нужно ехать в поселок, медсестры у нас в этом сезоне нет. Впрочем, надеюсь, что она не понадобится. Ужин в семь часов. Да, к девяти часам я приготовлю баню. Дамы – в первую смену. Потом – мужчины. И напоминаю, у нас на базе сухой закон.

– Что, и пива нельзя? – Виктор подал голос чуть не впервые за весь этот день, причем голос этот был весьма недовольным. – Какая ж баня без пива.

– Я против! – Полина, которой Виктор не понравился сразу, глядела на него с откровенным вызовом.

Ему очень хотелось если не стукнуть, то хотя бы отматерить наглую пигалицу, но он только буркнул:

– А вам-то что, девушка?

– Мы завтра, если кто забыл, – фыркнула она, – на плотах пойдем. А вдруг меня укачивает? А уж если еще и вы станете на меня вонять вчерашним пивом, вообще туши свет! Да меня ж сразу наизнанку вывернет! Вы еще сами пожалеете.

– Нечего на плот лезть, если укачивает, – буркнул Виктор.

Но его никто не поддержал. Все присутствующие явно были на стороне Полины – кивали, улыбались, а Егор показал большой палец и подмигнул.

– Если позволите, я продолжу о вредных привычках, – пряча улыбку, сказала Катя. – Места для курения обозначены специальными знаками. Можете Дашуту спросить, она покажет. Но вы и так поймете, там стоят специальные урны. Обращаю на это правило ваше особое внимание. Это очень важно. Вопрос жизни и смерти. И не улыбайтесь, это чистая правда. Курить вне этих мест нельзя категорически. Ка-те-го-ри-чес-ки. Затвердите это ради собственной безопасности. В этом году сухо, так что не то что от окурка, от сброшенного пепла полыхнет так, что и сами убежать не успеете, и, не исключено, десяток окрестных поселков выгорит. Понятно? Ну, вы все люди взрослые, думаю, безопасность для вас – не пустой звук. Поэтому надеюсь на взаимопонимание. Вопросы есть?

– Есть! – Егор, как школьник на уроке, поднял руку и встал. – Кто готовил грибной суп?

– Вам не понравилось? – Катя удивленно подняла брови.

Он так замотал головой, словно хотел ее открутить:

– Да нет, наоборот! Я хотел поблагодарить. И рецепт переписать. Если он не засекречен.

– Автор перед вами. Прошу! – Катя указала на Ивана Петровича. Тот, привстав, дурашливо раскланялся. Все зааплодировали.

– Только я не главный! – запротестовал Иван Петрович. – Руководитель проекта вон там, прячется за своими собачками. – Шеф-повар, на выход!

Даша вышла на веранду и присела в изящном поклоне.

Снова все зааплодировали.

– Так что с рецептом? Или он страшно секретный? – не унимался Егор.

Даша, покраснев, едва слышно прошептала:

– Не секретный, я в Интернете нашла. Только… ну… еще одну травку добавила, тут у нас растет.

– Про эту травку я вам за ужином расскажу, – вмешался Иван Петрович, увидев, что Даша от смущения готова провалиться сквозь пол. – Через пятнадцать минут собираемся на причале. И учтите, вода студеная, не глядите, что солнце жарит. Так что оденьтесь соответственно. Ну да ладно, там разберемся.