Все ради любви - Элис Петерсон

Спенсер снова берет меня за руку и целует. И что же? Почему я всегда должна поступать правильно? Хотя целоваться с Уордом было неправильно, так ведь? Я зажмуриваюсь. Забудь о нем. Я наклоняюсь к Спенсеру; он наклоняется ко мне, и наши губы соприкасаются.

– Дженьюэри!

Знакомый голос заставляет меня вздрогнуть и отстраниться.

– Смотри-ка, кто пришел, – говорит Спенсер.

Я оборачиваюсь. К нашему столу приближается Уорд. Спад лает.

– Что тут происходит? – с недоумением глядит на нас Уорд.

Что-то внутри меня обрывается. Откуда он узнал, где я? Потом я вспоминаю, что Грэм спрашивал, куда я иду на свидание, и Уорд это слышал.

Спенсер оглядывается.

– А тебе-то какое дело, приятель?

– Я тебе не приятель.

Он пожимает плечами.

– Я тут с Дженьюэри, как ты сам можешь видеть.

Уорд бросает взгляд на пустые бутылки вина.

– Это ты с ним на свидание собиралась? – спрашивает он меня, и в его голосе я слышу плохо скрытое разочарование.

– Если не возражаешь, дружище, – говорит Спенсер, – у нас тут кое-что затевалось, да, Джен?

Уорд смотрит на меня как на ребенка, который наврал, что придет домой к одиннадцати, а уже за полночь.

– О нет, возражаю, – говорит он, – и еще как.

– Почему? – протестую я. – Это всего лишь выпивка.

Я вижу, что у нас уже появились зрители. Люди за соседним столом делают все возможное, чтобы мы не заметили, что они подслушивают.

– Дженьюэри, что ты делаешь? – снова спрашивает Уорд разочарованно. Кто он такой, чтобы меня судить?

– Ты же мне говорила, что между вами ничего нет.

– Отвали, Уорд. У нас с Джен давняя история, так ведь?

Уорд качает головой.

– Дженьюэри, скажи мне, что ты с ним не…

– Какого черта я должна тебе что-то объяснять? Что я делаю, с кем я встречаюсь, что я делаю…

Или я это уже говорила? Икая, я запальчиво бормочу:

– Это мое дело.

– Держись от него подальше, – требует Уорд. – Ты не знаешь, на что он способен!

– О, еще как знаю, – смеюсь я ему в лицо, – я точно знаю, на что он способен. Со Спенсером всегда так – что видишь, то и получаешь. Он веселый и обаятельный, у него нет подружки, и мы можем подурачиться, понимаешь? Я собираюсь пойти трахаться с ним, – лепечу я пьяным голосом.

– Трахаться.

Я пытаюсь прогнать Уорда.

– Тебе не помешал бы крепкий кофе, – говорит Уорд, а я доливаю себе вина.

– Неудивительно, что она хочет найти новую работу, – бормочет Спенсер.

– Что ты сказал? – оборачивается к нему Уорд.

– Она ищет новую работу.

– Это правда? – спрашивает меня Уорд.

– Может, да, а может, и нет… Не знаю.

– Я могу устроить ее к нам в «Б и Г».

– Нет, я так не смогу, Спенсер! – Я посылаю ему предупреждающий взгляд.

Уорд вырывает у меня бутылку.

– Думаю, тебе уже хватит.

– Ой, отвали, папаша.

Спенсер встает перед Уордом.

– Неудивительно, что твоя женушка…

Но, не успев закончить предложение, Спенсер получает сильнейший удар в челюсть, и все вокруг, в том числе и я, с ужасом ахают. Спад заливается лаем. Спенсера отбрасывает к стойке, он опрокидывает несколько пустых бокалов, а встав на ноги, кидается к Уорду, который снова наносит ему удар, на этот раз сильнее – губа Спенсера рассечена, и из нее идет кровь. Они сплетаются в жуткий клубок. Они хотят убить друг друга. Они убьют друг друга.

– Прекратите! – ору я не своим голосом. – Прекратите! Остановитесь!

Хозяйка бара встает между Спенсером и Уордом, разнимает их.

– Если вы сейчас же не покинете мое заведение, я вызову копов! А вы, – она окидывает взглядом посетителей, – хватит глазеть, бой окончен. Уберите здесь все, – подзывает она уборщика.

– Жаль, что тебе пришлось все это видеть, Дженьюэри, – говорит Уорд. Он стоит, совершенно спокойный и невозмутимый, в то время как Спенсер закрывает рукой кровоточащую губу.

– Но я рад, что хорошенько ему врезал.

Я хватаю сумку и пальто. Забавно, как я резко протрезвела. Все, что я хочу сейчас сделать, – это вернуться домой, к Айле.

Спенсер уговаривает меня остаться.

– Не позволяй ему разрушить нашу ночь.

– Вы уже оба ее разрушили.

Уорд берет свой портфель и идет следом за мной и Спадом. Я поворачиваюсь к нему.

– И ты тоже! Оставь меня в покое! Вы оба!

– Он переспал с моей женой, – говорит Уорд.

Я останавливаюсь. Оборачиваюсь. Спенсер упал на спинку стула и говорит:

– Пока сучка не захочет, кобель не вскочит. Запомни это.

Уорд смотрит на меня совершенно убитым взглядом.

– Дженьюэри. Ты достойна лучшего. Спенсеру пофиг, кому причинять боль, и я уж точно не могу дать ему причинить боль такому чудесному человеку, как ты.