Внутренний огонь - Дженнифер Арментроут

За шесть лет в баре многое изменилось. Исчезли старые полы, которые всегда выглядели грязными и липкими, сколько бы их ни мыли. Их заменили какой-то причудливой плиткой, похожей на сланец. Новая барная стойка, рассчитанная на двух барменов, осталась в форме подковы, но зеркальная стена с прозрачными полками и дорогим алкоголем была прежней, только на ней появилась синяя подсветка. На стенах и с потолков свисали телевизоры, а под ними стояли круглые и высокие черные столы с мягкими стульями.

Вокруг барной стойки и столов собралось множество людей. Свободных мест не было ни в кабинках, ни за большими столами, расположенными вокруг бильярда.

В баре «У Моны» многое изменилось, и он перестал походить на дешевый кабак.

А значит, дела у Каллы и Джакса, владельцев бара, шли прекрасно.

За эти годы мы с Каллой виделись всего несколько раз, но никогда не обсуждали бар, поэтому я обрадовалась, увидев изменения.

Мы с Броком обошли пожилую пару и заметили первые знакомые лица – Риса и Колтона Андерсонов. Они прислонились к барной стойке и смотрели телевизор, висевший на стене.

Рис и его старший брат Колтон были полицейскими, но с их темно-каштановыми волосами, классическими чертами лица и поразительными голубыми глазами вполне могли сниматься для календарей.

Уверена, если бы появился календарь только с их фотками, никто бы не стал жаловаться.

Я встречалась с ними после стрельбы, особенно с Колтоном: он всегда сопровождал Эбби. У меня почти не осталось реальных воспоминаний о том, что происходило после выстрела, лишь какие-то разрозненные фрагменты, но я знала, что Рис и Колтон были там.

Я выжила благодаря их опыту и умению быстро соображать в критических ситуациях, и они занимали особое место в моем сердце.

Колтон заметил нас первым и широко улыбнулся.

– Привет! Вы наконец-то пришли. – Он оттолкнулся от стойки и быстро подошел к нам. – Безумно рад вас видеть.

Рис последовал за ним, и стоило ему заметить, что мы с Броком держимся за руки, как улыбка стала шире. Я почувствовала, как запылали щеки, пока парни обменивались странными мужскими объятиями, а затем обняли и меня. Оба!

– Целую вечность тебя не видел, – сказал Рис в мое здоровое ухо и отступил назад. – Выглядишь потрясающе.

– Спасибо.

Пришла очередь Колтона обнять меня, и я услышала, как Брок что-то проворчал себе под нос, а Рис рассмеялся.

– У тебя все хорошо? – спросил Колтон. – Эбби уверяет, что да, но ты же знаешь, какая она. Всегда обо всех беспокоится.

– Все хорошо, правда, – отступив назад, сказала я и почувствовала легкий укол стыда.

Бывали моменты, когда я подолгу не разговаривала с Эбби, да и вообще мало с кем общалась. Неудивительно, что она беспокоилась за меня.

– А где она?

Колтон оглянулся и кивнул в сторону.

– Девочки решили поболтать, они все там. – Положив руку мне на плечо, он указал на один из больших круглых столов в дальней части бара. – Видишь?

Я встала на цыпочки и, кажется, смогла разглядеть затылок Эбби. Затем повернулась к Броку.

– Пойду поздороваюсь.

– Хорошо, – ответил он.

Но стоило мне сделать шаг, как Брок потянул меня к себе. Я прижалась к его груди.

– Не так быстро.

Я открыла рот, но слова потонули в поцелуе. Он оказался быстрым, но таким страстным, будто рядом никого не было. Когда Брок отпустил меня, я слегка покачнулась, а на его лице появилась самодовольная ухмылка.

– Скоро приду, – сказал он.

– Хорошо, – пытаясь прийти в себя, прошептала я.

Сейчас я бы согласилась на что угодно.

Брок склонил голову и прошептал в левое ухо:

– Охренительно милая.

– Что? – переспросила я.

А потом поняла, что он говорил обо мне, потому что я все еще стояла и смотрела на него, как дурочка. Которую Брок посчитал «охренительно милой». Но все же дурочка.

– Я пойду.

Брок усмехнулся.

Помахав рукой невероятно сексуальным полицейским, я направилась к подругам. Из-за частичной глухоты мне было не очень комфортно в толпе.

Стоило обогнуть высокие столы, и я тут же увидела девушек. Эбби сидела за столом и играла соломинкой в стакане. Рядом стояла Рокси, здешняя барменша и жена Риса. Я не очень хорошо ее знала, но она была веселой, чертовски талантливой и невероятной выдумщицей. Эта девушка могла нарисовать все что угодно.

Рядом с Эбби сидела Калла. Высокая блондинка откинула волосы назад, шрамы на щеке были едва заметны. Она смеялась над чем-то, сказанным потрясающей брюнеткой, которая сидела напротив. Я с удивлением поняла, что это Стеф, а позади на ее стул опирался Ник. Думала, они поедут в Мартинсберг к ее маме.

Рокси повернулась и заметила меня.

– Привет! Боже, посмотри на себя! – Она подскочила ко мне и обняла. – Ах, вы все же пришли!