Высота одиночества - Татьяна Минаева

— Рината Ипатова, — только и смогла выговорить она.

— Партнерша моего мальчика, — снова осмотрев Рину с головы до пят, констатировала женщина. Сняла пальто, повесила на вешалку и, присев на банкетку, принялась расстегивать высокие черные сапоги. Рината стояла рядом, привалившись к стене, и чувствовала, как её начинает мутить. Она сглотнула, прогоняя приступ дурноты и сделала пару глубоких вздохов. Однако тошнота не отступала.

— Позорище какое, — закрыв глаза рукой, едва слышно пробормотала Рина и тут же, зажав второй ладонью рот, бросилась в ванную комнату.

— Одно из двух, — разувшись, Крылова пошла за Ринатой и, склонившись над ней, констатировала: — Либо ты беременна, чего я бы не особо желала, так как не готова становиться бабушкой, либо у тебя жуткое похмелье.

— Второе. — Вытерев бледное лицо полотенцем, Рината измученным болезненным взглядом посмотрела на женщину. — Простите меня.

Мать Игоря сочувственно покачала головой.

— С кем не бывает… А где мой сын? Как он посмел оставить тебя в таком состоянии?!

— На тренировке. Отдувается перед тренером за мою глупость.

— Ну я покажу этому мальчишке, — пробубнила она и, бережно обняв Рину за плечи, повела в комнату. — Ложись в постель. А я сварю тебе куриного бульона. Он очень хорошо поможет в нашем случае, — наставительно проговорила Крылова и тут же улыбнулась. — Проверено на личном опыте. — Она подмигнула забравшейся под одеяло Рине и вышла.

Рината лежала, не зная, как реагировать на внезапное появление матери Игоря. Это ж надо так опозориться!.. Мало того, что вышла чуть ли не в чем мать родила, так еще и с белым другом пообнималась при ней.

Из того, что рассказывал Игорь, Рина представляла Ирину Крылову немного другой. Не то чтобы в голове у нее сложился какой-то конкретный образ, просто… другой и все тут. А эта женщина… Не зная, кто она, Рината никогда бы не подумала, что у нее есть взрослый сын. Судя по подтянутой фигуре, она вовсе не брезговала походами в спортивный зал, а ухоженное лицо и руки свидетельствовали о регулярных визитах к косметологу. Довольно молодая, красивая и жизнерадостная.

— Рината, вот тебе чай. — Крылова снова впорхнула в спальню уже с подносом в руках. — Жаль, что у него нет никаких трав, даже мяты.

— Спасибо. — Рина с благодарностью приняла чашку и сделала пару глотков. — Очень вкусно, — улыбнулась она.

— Да ладно! — Мама Игоря присела на краешек кровати и стала с удовлетворением наблюдать за Ипатовой. — У моего мальчика отличный вкус! — вдруг выдала она, вызвав на бледном лице Рины румянец смущения. — Да не стесняйся! И не переживай, я вовсе ничего плохого о тебе не подумала. — Её глаза светились любопытством. — Просто немного удивлена твоим присутствием в жизни Игоря.

— Почему?

— Он очень выборочно к девушкам относится. Не распыляется на бесконечные, ни к чему не обязывающие связи. Так… — Она пожала плечами. — Один раз у него были серьезные отношения с девушкой, которая на три года старше него была, — Крылова нахмурила лоб. — Благо, Марина выбрала карьеру, а то мой мальчик мог бы на ней и жениться. — Рина почувствовала укол ревности. У Игоря были серьезные отношения, пусть и до встречи с ней, но эту Марину она уже невзлюбила.

— Ирина…

— Олеговна.

— Ирина Олеговна, мы просто катаемся вместе… — сумбурно попыталась объяснить Рината, не зная, как себя вести. Уж что-что, а к появлению этой женщины она готова совершенно не была. Знала бы заранее — не задумываясь, смоталась бы на время ее визита в свою старую квартиру. Ну а уж сегодня… вряд ли можно было подыскать худший день для знакомства.

— И живете в одной комнате тоже просто так! — засмеялась Ирина и обвела взглядом спальню, где тут и там вперемешку с вещами ее сына лежала женская одежда. — Ладно, не буду тебя смущать, допивай, — кивнула на чашку. Одним большим глотком Рина допила чай и, отдав чашку Ирине, отвернулась к стенке.

Крылова снова ушла на кухню. Периодически оттуда доносилось звяканье посуды и недовольное бормотание.

Однако Рината этого уже не слышала, как не слышала она и того, как спустя двадцать минут мама Игоря заглянула, чтобы проведать ее, — она уже сладко спала.

Крылов рассчитывал, что вернется к обеду, вот только Николай Петрович придерживался иного мнения. Разозленный наплевательским отношением учеников к тренировкам, он заставил Игоря сначала заниматься в тренажерном зале, а затем отрабатывать прыжки до тех пор, пока каждый из них не будет исполнен чисто десять раз подряд. Что же касалось Ринаты, тут Савченко высказался очень жестко и даже не совсем прилично, а в ответ на попытки Игоря выгородить партнершу, наградил его таким взглядом, что тот счел за лучшее замолчать. Если уж и получать тренерских люлей, то неплохо хотя бы знать, за что, а так… В итоге до дома Игорь добрался только около семи часов вечера. Едва войдя в прихожую, он наткнулся на розовый чемодан, и практически сразу с кухни до него донесся звонкий голос матери. Побросав пакеты с продуктами, он ринулся туда.

— Мама?!

— Игорь! — обрадовалась Ирина и бросилась к нему в объятия. — Дорогой мой, а ты подрос!

— Мама, мне двадцать три! Расти я уже ни при каких условиях не буду, — проворчал Игорь. — Что ты здесь делаешь?

— Приехала тебя навестить! Соскучилась!

— Мама!..

— Ну хорошо, хорошо, — вздохнула Крылова. — Я развелась с Брайаном и теперь снова одна…

— Ты была замужем?!

— Ой, а я что, не говорила? — женщина невинно захлопала ресницами. — Всего два месяца. Но мы с ним не подходили друг другу… Да и Париж мне быстро наскучил.

Игорь, не находя подобающих слов, только возвел глаза к потолку. И шумно выдохнул. Нет, ни в пятьдесят, ни в семьдесят лет его мама не изменится.

— Так, Игорь! — нравоучительным тоном начала Ирина, указывая рукой в сторону сидящей за столом Ринаты. Та, поджав под себя одну ногу, устроилась в уголочке, притихла и молча, с легкой улыбкой, слушала перепалку. Судя по её настроению и вполне здоровому цвету лица, общество его матери пошло ей на пользу. По крайней мере, на человека стала похожа. — Ты почему оставил Риночку одну?! А если бы ей плохо стало? А если бы это было отравление?! — возмущенно хмурилась Крылова. — Как можно быть настолько безответственным, Игорь!

— Мама! Еще скажи, что мы в ответе за тех, кого приручили, — услышав сдавленный смешок Ринки, хмыкнул Игорь. Глядя через плечо матери на Ипатову, он мечтал об одном — стереть с её лица эту самодовольную лисью улыбку. Она, значит, косячит, а ему из-за неё на орехи достается. Ну, Ипатова!..

— Именно! — подхватила Ирина.

— Мамочка, с Риночкой твоей я разберусь как-нибудь сам, — примирительно произнес Игорь, обхватив мать за плечи. — Ты мне лучше скажи, что ты делаешь здесь с чемоданом?

— Я не помню, куда дела ключи от своей квартиры, — честно призналась Крылова.