Что, если мы останемся - Сара Шпринц

Я не знала, что Эммет впервые летит на самолете. Еще долгое время после взлета он не отлипал от иллюминатора «Боинга», завороженно глядя в окно. Лишь когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, а самолет оставил позади материковую часть Северной Америки, он, устав от новых впечатлений дня, закемарил у меня на плече. Я не спала. Все десять часов полета я не сомкнула глаз, вспоминая, как сидела здесь в прошлый раз. Это было много лет назад, но отрывки фраз на французском, которые я услышала перед посадкой, все равно вызвали во мне нервную дрожь и словно вернули в прошлое.

Но теперь я не одна. Со мной Эммет, и, сам об этом не догадываясь, он избавил меня от мучительных мыслей, просто взглянув своими заспанными глазами незадолго до посадки. Едва мы вошли в зону прилета аэропорта Париж – Шарль-де-Голль, нас накрыл мощный джетлаг. Мои ноги, казалось, стали ватными. Эммет же впитывал в себя каждую деталь атмосферы, с интересом слушал, как я говорю с таксистом по-французски, и в полном восторге смотрел в окно, пока мы ехали в город.

Наш отель находился в самом центре Монмартра. Когда я жила в Париже, этот район мне нравился больше всего.

На меня безжалостно накатила усталость, едва мы переступили порог нашего номера. Эммет не переставая ходил туда-сюда и постоянно подбегал к панорамным окнам, чтобы посмотреть на город, раскинувшийся перед нами под лазурным небом.

– Вот он, Париж, – сказал Эммет, и от этих слов у меня побежали мурашки. Возможно, оттого что я сильно замерзла и устала, а может, из-за того, как радостно звучал его голос. Бесшумно подойдя к Эммету сзади, я обхватила его за талию. Удобно уткнулась лицом в его плечо, голова стала словно чугунной, едва я на секунду прикрыла глаза.

– Ты рад?

– Я счастлив.

Я улыбнулась:

– Что хочешь посмотреть в первую очередь?

– Все! Но сначала тебе нужно поспать.

– Я тогда потом всю ночь глаз не сомкну.

– Хм. – Эммет убрал мои руки со своего живота и повернулся ко мне лицом. Улыбаясь, он поднял мой подбородок для поцелуя. –   Ты такая милая, когда устала.

Мне в голову не пришло ничего остроумного, поэтому я просто опустила голову ему на грудь и вновь закрыла глаза. Как ему удается так невыносимо вкусно пахнуть даже после десятичасового перелета?

– Ты тоже милый, – промурлыкала я.

– Что случилось с моей Эмбер?

– Не знаю…

– Малыш, мне кажется, тебе лучше прилечь.

У меня дрогнуло сердце. Он назвал меня ласковым словом, которое обычно использую только я. А мне всегда так хотелось, чтобы он меня так называл.

– Мне нужен кофе и бокал вина. Это точно поможет проснуться.

– Лори сказала, что алкоголь и джетлаг – не лучшее сочетание.

– Но мы в Париже, тут не считается.

Эммет рассмеялся.

Я быстро приняла холодный душ. Когда после этого мы шли с Эмметом по узеньким улочкам Монмартра, я чувствовала себя уже немного бодрее. Мне было сложно поверить, что мы действительно в Париже. Все здесь было как тогда, пять лет назад. Только я теперь другая Эмбер.

Эммет останавливался на каждом углу, чтобы с восторгом разглядывать фасады домов. Нас изматывал летний зной, а Эммет в своих эспадрильях, персиковых шортах и белой футболке выглядел словно герой фильма «Назови меня своим именем».