Живые нити - Настасья Сорокина

— Он был стар и слаб умом и до этого предпринимал попытки суицида. Подушка лишь усугубила его болезненное состояние, каждую ночь показывая сны про дочь.

— А потом он увидел меня… — голос дрогнул, стало нечем дышать, и Дина безуспешно попыталась глотнуть воздуха ртом.

— Не надо было так наотмашь все рассказывать, наверное, — едва слышно пробормотал Алек и притянул её к себе. Дина прижалась к теплому плечу и почувствовала, как глаза начинают намокать от слез. Она быстро заморгала, чтобы не заплакать. — Лейла, вы не могли бы принести стакан воды?

Лейла, так и не разобравшись до конца в произошедшем, подскочила с дивана и скрылась в коридоре. Едва касаясь пальцами, Алек погладил Дину по голове, прижал покрепче и прошептал на ухо:

— Я дурак. Все в порядке, ты ни в чем не виновата. Не переживай так…

— Я его убила…

— Ты никого не убила, — голос был спокойный, густой, убаюкивающий. — Это просто случилось. Так сложились обстоятельства, ты тут не при чем.

Дина всхлипнула и прижалась к нему в ответ, обвила руками талию, уткнулась носом в шею.

— Извини, я сейчас возьму себя в руки, — пробормотала она, медленно выдыхая. — Я сейчас…

Алек молчал, только рука продолжала гладить её по волосам, успокаивая.

— Я наверное попозже зайду… — у входа в гостиную пискнула Лейла с графином в руках.

Дина отскочила в сторону, хлюпнула носом и, недовольная собой, потерла щеки ладонями. Выпила пару глотков из стакана, заставляя себя успокоиться. Кивнула Лейле, пытаясь без слов ответить на её недоуменный взгляд.

— Я уже в порядке, прости. Алек, давай всё-таки сядем?

Лейла, продолжая коситься в их сторону, вернулась на диванчик, но вышивка пошла куда медленнее — сестра подслушивала, даже не скрываясь. Алек тихо хмыкнул, делая вид, что не замечает её активного внимания. Дина собрала осколки разбитой чашки, сложила их на блюдце и оставила на столе. Этих нескольких секунд как раз хватило, чтобы собраться с мыслями и запихать переживания поглубже.

— Нам нужно узнать, как подушка попала к нему. Она же из списка украденных вещей… — сказала Дина с нарочитой деловитостью, устраиваясь в кресле рядом со столиком.

— Да, я поэтому и приехал. Нужно было с этого начать. Я знаю, кто заказчик вашего ограбления.

— Эстет? — Дина широко распахнула глаза и нетерпеливо подалась вперед.

Алек едва заметно улыбнулся краем губ, но тут же посерьезнел.

— Давай по порядку. Сиделка сказала, что подушку принес некий поклонник талантов Гракха по имени Маттиас. Знаешь такого?

— Маттиас? — переспросила Дина. — Нет, но недавно я слышала это имя.

— Где?

— Помнишь ту ночь, когда ты вызволил меня из подпольного казино? Двое мужчин затолкали меня в машину, увезли на пустырь и приказали, чтобы я держалась подальше от некоего Маттиаса.

— Почему ты сразу не сказала? — Алек нахмурился.

— Не думала, что это важно…

— Похищение — это не важно?

— Ну мне же ничего не сделали, только напугали… — пробормотала Дина, неуютно подернув плечами под его сердитым взглядом. — К тому же я не знаю ни одного Маттиаса, о чем тут переживать?

— А я знаю, — дрожащим голосом призналась Лейла с дивана. Дина вскинула брови, оборачиваясь. Сестра сжалась в комок и уставилась на неё распахнутыми блестящими глазами. — Вот уже несколько месяцев за мной ухаживает парень по имени Маттиас.

* * *

— Мы познакомились на конюшне пару месяцев назад. Он тоже занимается конным спортом, — Лейла сложила руки на коленях, как прилежная ученица. — Маттиас первый ко мне подошел и позвал на свидание. Ну и дальше как-то завертелось… Он такой обходительный и предупредительный. Всегда готов выслушать.

— Вы приглашали его в гости? Знакомили с семьей? — сосредоточенный голос Алека звучал глухо.

— Не знакомила. Мы решили, что еще рано. Вернее, мне казалось, что я сама так решила, но теперь я уже не уверена. Он приходил в гости, но не официально. Залазил ко мне в окно на третий этаж, там можно по дереву, а потом по крыше.

— А охранная система?

— Её включают в одиннадцать часов вечера, главное — успеть уйти до этого момента.

— Погоди, я же видела его у тебя в комнате на твой день рождения! Это тот самый? — Дина подскочила на месте. Сидеть не двигаясь было невыносимо.

— Да, ты гоняла его кочергой…

— Ты гоняешь кочергой ухажеров своей сестры? — Алек с любопытством подпер подбородок рукой.

— Это было недоразумение, но теперь думаю, что стоило треснуть его пару раз, — отмахнулась Дина, расхаживая из стороны в сторону. — В тот вечер ты кормила его пирожными со скатерти!

— Был мой день рождения, и он меня попросил… — Лейла осеклась, её губы задрожали. — Я до этого показала ему скатерть, месяца полтора назад. И в этот раз он сам предложил отметить тортом… А где мне было взять торт ночью?

— Он пробовал сахар из центральной тарелки? — уточнил Алек.

— Я не помнююю… — Лейла всхлипнула, и крупные слезы потекли по раскрасневшемуся лицу. Дина подсела к ней на диван, обняла за плечи, щекой прижавшись к кудрявой макушке.

— Вы встречались с ним после ограбления?

— Дважды, — Лейла шмыгнула носом. — Мы договаривались встретиться в день после ограбления, но я не пришла, и тогда Маттиас заехал ко мне. Я спустилась к нему в машину на полчаса и вернулась домой. И потом мы виделись в конюшне на днях, тоже недолго.

— Значит, у него был шанс сначала украсть ваш ключ от хранилища, а потом незаметно вернуть его, — резюмировал Алек.

Лейла удивленно икнул, словно до нее только сейчас дошел смысл всего сказанного. Она зашлась в рыданиях и зарылась с головой в объятия Дины.

— Это я виновата! Это всё я, какая же я бестолковая! Как можно было не догадаться!

— Ну тише, что ты… — зашептала Дина, прижимая её крепко к себе. Плечо рубашки быстро намокло от слез. Алек налил воды из графина и протянул стакан.

— Я должна как-то помочь, — Лейла так же резко оттолкнулась, чуть не расплескав воду. — Мы должны его поймать, обязательно! Его фамилия Раптис, он живет в центре, я могу показать где.

— Хм… — лицо Алека приобрело странное довольное выражение. — Ну тогда все понятно.

— Что понятно?

— Давайте я опишу, как он выглядит. Высокий, красивый шатен, одет всегда с иголочки, франтовато, чуть небрежно. Без усов, но с легкой щетиной.

— Да, похож, — Лейла кивнула.

— Не знаю, почему он не пользуется псевдонимом, имя довольно редкое. Единственный человек с такими именем, которого знаю я — это Маттиас Ласкарис, сын Эстета. Я только что описал вам его внешность. И если я правильно помню, Раптис — это девичья