Волки Арбадона - Лилия Орланд

Направила чистейшую энергию Света прямо в Созерцатель и сквозь него, наполняя своей силой Эльтею. Остальные маги проделали то же самое.

Принцесса превратилась в сверкающий энергией сгусток. Наполнилась до предела нашей силой и тоже вскинула руки. По ним энергия продолжила литься мощной рекой вдоль столба, в стеклянный купол и сквозь него – в хрустальный шар на внешней стороне. А уже оттуда – устремилась наружу.

Скопившейся в шаре энергии было так много, что она разлетелась как взрыв сверхновой и залила все вокруг ослепительным светом.

Я зажмурилась, ослепнув от яркой вспышки. Но руки не убрала и продолжила вливать силу в Эльтею.

А когда открыла глаза, все небо полыхало. На нем играло, вспыхивало и колыхалось яркое северное сияние. Все пять цветов: красный, зеленый, синий, розовый и фиолетовый.

Раздался первый раскат. Словно прямо над нами что-то взорвалось. А затем небо треснуло. Оно снова и снова озарялось разветвленными вспышками молний.

Грянул гром. Затем опять и опять. Оглушающий треск наполнил мой разум. Я уже не слышала ничего, кроме него.

Это рушились Стены вокруг Арбадона.

Я зажмурилась, не в силах выносить этот грохот и яркие вспышки. Сквозь зажмуренные веки по моим щекам потекли слезы радости и облегчения.

Наконец-то это случилось.

Мы продолжали вливать силу в основу Призмы, пока не почувствовали, что на противоположном конце энергетического канала воцарилась пустота.

Тогда я открыла глаза.

Сияние померкло. Эльтея лежала у подножия Созерцателя. Кажется, она была без сознания. Другие маги Призмы еще стояли на своих местах. Кто-то, как я, щурил слезящиеся глаза, кто-то моргал, еще не до конца отойдя от произошедшего.

Я потрясла головой. В ушах все еще стоял грохот. Направилась к тетушке, но Мирайя с Рандиром меня опередили. Я не стала им мешать и развернулась к большому окну.

Там все было по-прежнему. Синее небо, яркое восходящее солнце…

Только на горизонте вместо привычной взгляду тонкой алой полоски сейчас была пустота. Там заканчивались земли Арбадона. Там обрывались поля и леса, но дальше шла самая настоящая жизнь.

Там ждали целые государства, с которыми нам теперь предстояло столкнуться.

Хотя почему это “нам”? Я свою миссию выполнила, пора заняться личной жизнью. А политикой и без меня есть кому заниматься.

– Мы все сделали правильно, – прозвучал за спиной твердый голос Рандира.

Мой венценосный кузен подошел и встал рядом со мной.

– Ты сомневаешься? – я внимательно глянула на него.

Эльтеи и Миры уже в зале не было, видимо, ушли порталом. Остальные тоже понемногу разбредались. Только Тиль и Ведар что-то бурно обсуждали возле потухшего Созерцателя.

– Нет, – ответил король. – Когда-то жизнь в изоляции казалась мне правильной, но не сейчас. Однако нам будет непросто. Придется вести внешнюю политику, чего в Арбадоне не было уже сотню лет…

– Вы все сможете, – я похлопала его по руке.

– “Вы” это кто? – он напрягся.

– Ты, Мира, Эльтея, Призма и Ковен. У вас все получится.

– А ты? Ты разве не с нами?

– Прости, – я улыбнулась. – Но я не политик. Я просто студентка, которая очень соскучилась по своему дому и своим родным.

Рандир помрачнел.

– Значит, ты нас бросаешь. А Арден? Он уйдет с тобой?

– Мы решили пожить на два мира, пока я учусь. Он не может бросить Фрагарду и свой клан.

– А потом?

– Потом будет видно. Не хочу загадывать так далеко.

На самом деле я знала, что после учебы мне придется вернуться, и уже сжилась с этой мыслью. В мире без магии наши с Арденом дети просто не смогут родиться.

– Мира знает?

– Я пока морально готовлюсь к этому разговору. Боюсь, он будет очень трудным…

– Ну да, – Рандир усмехнулся, – Мира вообще очень трудная.

– Но тебе же нравятся трудности? – я подмигнула в ответ.

Разговор с подругой решила не откладывать в долгий ящик. В конце концов нам придется поговорить. Но сначала заглянула к тетушке, узнать о ее самочувствии.

Пришла я к ней ближе к обеду. Эльтея еще спала. Так заявил дворцовый лекарь и посмотрел на меня без особой приязни. Видимо, его уже задергали переживающие за здоровье принцессы. А учитывая, что весь Ковен состоял из преданных ей людей, таких переживальщиков хватало и без меня.

Ладно, значит беспокоиться не о чем. За единственной тетушкой короля будет самый лучший уход.

Как я ни храбрилась, убеждая себя, что не стану оттягивать объяснения с Мирой, но поднималась к ней по лестницам очень медленно. По пути проигрывала в голове варианты разговора, подбирала слова…

Выходило не очень.

Мирайе и так сейчас нелегко. Из дикой сироты и пленницы жрецов, она стала марой Тьмы, королевой, беременной – да еще за короткий промежуток времени. Ей нужна опора. И такой она привыкла считать меня.

Да, Рандир тоже близкий и родной для нее человек, но муж – это все же не лучшая подруга.

Перед дверью в личные покои королевы я совсем растерялась. Стояла, переминаясь с ноги на ногу, и ловила на себе удивленные взгляды охранников. Тяжело вздыхала, заносила руку, чтобы постучать, и снова опускала.

В конце концов даже рассердилась на свое малодушие. Мне все равно придется сказать, что я ухожу. И чем дальше оттягиваю этот разговор, тем тяжелее мне же самой на него решиться. Не хватало еще сбежать, так и не поговорив с подругой.

Я решительно подняла руку, и в этот момент дверь распахнулась, едва не задев меня. В небольшой коридорчик выскочила молоденькая служанка. В руках у нее был сервированный поднос, глаза подозрительно блестели, а нос непрестанно шмыгал.

Увидев меня, она присела в книксене и в слезах бросилась прочь.

Что это там происходит? Я с опаской заглянула за дверь.

Если Мира лютует, может, и правда зайти попозже? Завтра, например. Или вообще письмо написать…

Но было поздно. Мирайя меня увидела и бросилась навстречу, с прытью, недостойной беременной королевы.

– Нет, это просто невозможно! – на ходу начала она. – Они хотят меня отравить!

– Что?! Очередной заговор?

Я оглянулась, но служанка уже исчезла.

– Да, они тут против меня! Все надо мной издеваются! Эта дура принесла мне запеканку с лонгариной! Ты представляешь?! – возмущение лилось через край.

– А в чем проблема?

Еще вчера за ужином Мира съела две пиалы нарезанной лонгарины и попросила добавки. Неудивительно, что повар решил побаловать королеву любимой ягодой.

– В том! – Мирайя жалобно искривила рот. – Меня от нее мутит.

Я закатила глаза, но постаралась, чтобы подруга этого не заметила. Беременность сделала королеву не только чувствительной, но и очень капризной.

Бедный Рандир.