Падшие Боги - Рэйчел Ван Дайкен

Я прикрываю рот и смеюсь.

— Она не такая уж и ужасная.

— У меня с ней биология. Поверь мне, когда я говорю, что она сущий кошмар. К тому же Роуэн за ней толком и не следит. Он вечно либо в телефоне, либо с ней в спортзале, где они пьют какие-то отвратительные зеленые протеиновые коктейли. Думаю, она делает это, чтобы его пытать.

Мои глаза сужаются. Что?

— Спортзал? Протеиновые коктейли?

— Ага. Говорят, Роуэн постоянно торчит в зале, будто готовится к Олимпиаде или что-то в этом роде. А Эйра всегда рядом, нависает над ним с протеиновыми коктейлями в руках, словно наступит конец света, если он не будет тренироваться. Но самое странное, что он не выглядит раздраженным. Может, она ему нравится.

Я прикусываю нижнюю губу. Я думала, она его бесит. Или ему просто скучно? Может, так он избавляется от стресса, это было бы логично.

— Да, я вообще редко обращаю внимание на сплетни о Роуэне. Люди всегда что-то выдумывают, потому что он пугающе красивый, — я отмахиваюсь от неприятного ощущения в животе и продолжаю. — К тому же он охранник, его работа драться с людьми, так что неудивительно, что он хочет подкачаться.

Не совсем, но я мысленно делаю пометку спросить его об этом позже. Именно такие мелочи я и упускаю. Дома он не пил никаких протеиновых коктейлей. Он правда пытается набрать мышечную массу? И насколько глубоко он вообще увяз в делах моего отца? И почему я раньше этого не замечала?

Я ненавижу ощущение, что, возможно, знаю его не так хорошо, как мне казалось.

У всех у нас есть свои секреты, и я не могу восседать на высоком коне и делать вид, будто у меня их нет. Я многое недоговариваю, когда передаю Роуэну информацию.

Мы ведь все просто пытаемся выжить, верно?

Я замечаю Рива, который снова идет по коридору в сторону комнаты Арика. Разве он только что не ушел?

— Не хотела бы ты сегодня быть моей телохранительницей, на случай если вон тот совсем слетит с катушек? — спрашиваю я Зиву.

— Не выйдет, — Зива танцует прямо передо мной. — У меня сегодня свидание. Он первокурсник, Дева, любит настольные игры и офигенно играет во фрисби-гольф. Возможно, мы пойдем на поэтический слэм, или я засуну ему язык в горло, чтобы забыть обо всех неудачниках, которых я уже целовала в своей жизни. О, привет, Рив.

Он останавливается у моей двери.

— Я тут стою уже секунд пять и слышал каждое слово, если что.

Она пожимает плечами.

— Упс?

Он копирует ее невинную позу, а затем пристально смотрит на меня.

— Извини за дверь. Жаль, что вся эта история с «умри, сука, умри» так и не сработала.

Ого. Кто-то явно не в настроении. Что Арик ему сказал?

— Могу себе представить.

— В следующий раз повезет, а? — его глаза вспыхивают, будто он хочет со мной подраться.

Я вздрагиваю.

— Это низко, даже для Эриксона.

Мы уже стоим почти вплотную друг к другу, когда Зива встает между нами.

— Ребята, хватит, вы портите мне предсвиданное настроение.

— Да, прости, — Рив проводит руками по волосам. — Я устал. Извини, Рей, — он разворачивается на каблуках и уходит, а над головой мигает свет. — Я еще раз позвоню в техслужбу.

Зива смотрит ему вслед.

— Он ведет себя еще страннее, чем обычно.

Они с Ариком поссорились. Я это знаю.

Меня накрывает чувство вины.

Не должно было быть так сложно.

Арик должен был быть настолько ненавистным, чтобы я улыбалась, пуская ему кровь, но он не такой. Игра изменилась, а я едва узнаю свое место в ней.

Зива проверяет время на телефоне.

— Мне пора бежать. Будь осторожна, может, лучше вообще не выходи сегодня из комнаты?

Намек понят.

— Да, я все равно устала, — стону я, отпираю дверь и, спотыкаясь, захожу внутрь.

— Ты сегодня была очень занята, — раздается голос Роуэна из угла комнаты, и я подпрыгиваю чуть ли не на метр.

— Какого черта, Роуэн! Ты что, залез сюда через окно?

— Знаешь, тебе стоит быть осторожнее с тем, насколько открыто ты уезжаешь с территории кампуса вместе с Ариком, — продолжает он, игнорируя мой вопрос. — Если, конечно, твой план не в том, чтобы весь университет решил, будто вы встречаетесь, и эта информация дошла до Одина. Рискованно. Даже для тебя.

Я падаю на кровать.

— Ты здесь, чтобы напомнить мне, что отец убьет и меня, и Лауфей, если я не разбужу Арика и не найду этот чертов молот? Или у тебя еще что-то? Потому что я не вела себя неосторожно. Я сближаюсь с врагом по его же указанию.

— Ага, — Роуэн тяжело вздыхает. — Но моя работа — предупредить его, когда я решу, что ты зашла слишком далеко. И, по-моему, спать с ним ради забавы, вероятно, не входило в список блестящих идей твоего отца.

Я резко вскакиваю.

— Ты сейчас серьезно? Во-первых, с какого вообще перепугу ты это предполагаешь? А во-вторых, даже если бы это было так, какая разница? Это всего лишь работа.

Даже я больше не верю собственной лжи.

Он вздыхает. Я знаю, что он не хочет ссориться не меньше моего.

— Я вижу, как Арик на тебя смотрит, и понимаю, что он уже частично пробудился. Парень ужасно скрывает свои чувства. К тому же, я хорошо тебя знаю — ты точно знаешь, как довести дело до конца, не так ли?

Еще две руны.

Я медленно киваю.

— Это может его убить. Ты не видишь, что происходит, когда я начинаю его пробуждать. Это выглядит болезненно. Каждый раз его глаза становятся белыми, будто он едва удерживает силу, рвущуюся изнутри.

Я замечаю, как Роуэн переминается с ноги на ногу. Он напряжен. Он хочет сражаться, но не может. Почему? По моей спине пробегает холодок.

Его жестокость вбивали в него так же, как и в меня.

Роуэн предпочитает наблюдать, как его враги медленно умирают, как жизнь покидает их тела, Один всегда говорил, что видеть, как жизнь уходит в Вальхаллу, — величайшая честь для Бога. Напоминание о том, что истинная жизнь исходит лишь из собственного дыхания.

Но это мой самый близкий друг на всем свете. У меня нет причин ему не доверять.

— Послушай… — начинает Роуэн и тяжело вздыхает. — Сейчас Арик кажется вполне нормальным парнем. Мне жаль, что он страдает, но ты должна понять, он не единственный.