Искренне. Безумно. Навсегда - Л. Дж. Шэн

– Договорились, – без промедления ответил Роу.

Я ткнула его пальцем в грудь.

– И за меню отвечаю я.

– Ты выберешь сырные палочки и корн-доги. – На его лице появилось отвращение.

– Эй, у меня более изысканный вкус!

– Вранье, – скептически посмотрел Роу. – Что у тебя на уме?

– «Поп-тартс», картофель фри в виде спиралек и соевые бургеры.

– Соевые? – Роу поперхнулся и огляделся, чтобы убедиться, что за нами никто не наблюдает. Затем поднял палец. – Никто – абсолютно никто – не должен знать, что я приготовлю эти…

– Блюда? – радостно улыбнулась я.

– Кулинарные преступления.

– Зря ты это сказал. Теперь я готова шантажировать тебя, когда наступит подходящий день.

– Он не наступит, ведь ты не выиграешь. – Роу пошевелил челюстью. – Ладно, по рукам.

Мы за считаные секунды вскочили на качели. Я встала прямо, вцепившись мертвой хваткой в цепи, а он пригнулся, чтобы не удариться головой о металлическую перекладину.

Мы приготовились, а потом начали раскачиваться. Я немного схитрила, едва двигаясь взад-вперед, а потом набрала скорость, когда поняла, что Роу движется с такой силой, что трясется вся рама. Он едва не опрокидывал меня с каждым рывком.

– Ты не мог бы сбавить обороты? – буркнула я. – А то после этой игры мне снова понадобятся швы.

– Я нацелен победить, а не заводить друзей. – Роу стал раскачиваться еще сильнее и быстрее.

Мне стало страшно. Я не хотела, чтобы он упал. На самом деле при мысли о том, что Роу будет хоть чуточку больно, мне хотелось кричать. Тем более после его рассказа о Дуге.

– Роу, ты поранишься.

– Мне не привыкать к боли.

– Ты серьезно?

Он пожал плечами, раскачиваясь сильнее. Сейчас Роу напоминал мальчишку, готового сразить воображаемого дракона. Несмазанные цилиндры скрипели под нашим весом.

– А ты как думала, почему у меня столько татуировок? Боль – единственное напоминание о том, что я жив.

Я хочу, чтобы ты помнил о том, что жив, по хорошим причинам. По улыбкам. По смеху. По поцелуям. Везде. По всему твоему телу.

Не думая о том, какую огромную ошибку совершаю, я спрыгнула с качелей и упала плашмя на холодный песок, припорошенный снегом. Я лежала, прижавшись лицом к земле. Снег приятно холодил рану на лбу.

Я услышала скрип ржавых цепей, а потом рядом со мной с громким стуком приземлился Роу.

Он перевернул меня на спину и, накрыв своим телом, прижался ко мне. Его объемные мышцы грели, а член разместился между моих бедер. В низ живота стрелой ударило желание, отчего соски встали торчком, грудь набухла, а рот наполнился слюной.

– Твое сердце. – Я прижала руку к его груди и согнула пальцы, восторгаясь его теплом. – Стучит как безумное.

Роу сглотнул, и его кадык дернулся. Он провел пальцем по моим веснушкам.

– Твое тоже.

– Я проиграла. – Я смотрела на Роу, лежа под ним. Губы закололо от предвкушения. Сердце трепетало, как колибри, бьющийся о клетку и отчаянно желавший вырваться.

– Я заметил. – Он опустил взгляд на мои губы. Серебристые снежинки падали с неба, обрамляя его красивое лицо. – Ты нарочно.

Сглотнув, я попыталась сменить тему:

– К слову о сердцах, знаешь, чего я не понимаю? Почему все считают «Мое сердце не остановится» подходящим саундтреком к «Титанику»? Как-то… уж слишком прямолинейно? После того, как Джек в буквальном смысле спас Роуз, медленно умирая от переохлаждения у нее на глазах (и да, на той двери места хватило бы обоим!), создателям фильма хватило наглости использовать песню, в которой так и говорится, что она будет жить дальше свою лучшую жизнь богатой суч…

– Пятнышко?

– А?

– Заткнись.

Я открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

– А ты заставь.

– Солнышко, я уж боялся, что ты никогда не попросишь.

В его следующем поступке не сквозило ни тени сомнений. Роу с жадностью приник к моим губам, лишая воздуха и неистово пожирая. Он сплелся своим языком с моим в поцелуе, от которого я тихонько простонала. У меня закружилась голова. Роу обхватил шершавыми ладонями мое лицо, чтобы удержать на месте, но я все равно толкалась и извивалась, устремляясь к его губам всякий раз, когда он отодвигался, чтобы перевести дух. Я кусалась и стонала, умоляя о большем. Повязка на лбу зашуршала, расплетаясь, пока мы поглощали друг друга. Поцелуй вышел нетерпеливым, требовательным, диким, словно Роу уже пустил во мне корни. Словно я была не закуской, а главным блюдом, не пунктиком, который вычеркиваешь из списка и переходишь к следующему.

Прикусив его нижнюю губу, я потянула и провела по ней языком. Потом просунула руку между нашими телами, запихнула ее ему в штаны, под нижнее белье, и, обхватив член, с силой сжала. С крупной головки мне на ладошку стекала теплая смазка. От удовольствия Роу прошипел, прижимаясь к моей руке, и в груди у меня стало тепло.

– Черт, вот же гадство, – просипел он мне в рот.

Я в исступлении обернула пальцы вокруг члена у самого основания, пытаясь сомкнуть большой с указательным. Когда я начала водить рукой, поглаживая и массируя яички мизинцем, поцелуй стал более мокрым и небрежным. С губ Роу сорвался дикий рык удовольствия. Дрожащими пальцами он схватил меня за зад, с силой прижимаясь к моей руке, а потом убрал ладонь с ягодицы и просунул ее под мои многочисленные слои курток и рубашек. Он нащупал лифчик и прокрутил через него сосок. Меня пронзила волна экстаза, и я громко застонала, чувствуя жар между бедер.

Где-то в недрах моей сумки зазвонил телефон. Я узнала рингтон. Friends группы BTS. Блин!

– Дилан… – простонала я, не прерывая поцелуй.

– Это ее брат, – хрипло заворчал Роу, посасывая мои губы и исследуя рот, словно древнегреческие руины. Провел большим пальцем по моему соску и ущипнул его дразнящим движением, отчего жар между ног стал нестерпимым и гнетущим. Мне нужно кончить. – Черт, но можешь называть меня Сталиным, а я все равно останусь ради этой киски.

– Нет, Роу, Дилан убьет нас. – Я уперлась ладонью ему в грудь и оторвалась от его губ, пытаясь прийти в себя. Отдернула руку от его паха и вслепую похлопала по снегу, выискивая сумку, в которой разрывался телефон.

Роу нехотя отлепился от моего рта и в смятении пытался отдышаться. Его волосы находились в восхитительном беспорядке. Я выудила телефон, но Роу перехватил его прежде, чем я успела ответить, и отбросил на метр.

– Она знает.

– Э-э-э, что? – Я, наверное, ослышалась. Побочный эффект того, что вся кровь прилила к клитору.

– Я ей рассказал. – Роу оперся на локти по обе стороны от моей головы и, смотря мне