Тайное желание - Джейн Арчер

– Тогда я буду считать наши любовные игры самым благословенным делом, потому что я могу до бесконечности слушать эти звуки. Я готов не видеть и не чувствовать ничего, кроме тебя, Чепс. И другого пути я не желаю.

– Возьми меня. Сейчас.

Она запрокинула голову, когда он обхватил ее за бедра и слегка приподнял. Затем ощутила его в преддверии своей плоти. Тело напряглось от желания и прихлынувшего тепла, возбуждающего и готовящего к дальнейшему наслаждению. Когда он полностью протолкнулся вглубь, она, застонав, обратила глаза к небу. И увидела луну, вместе с сияющими звездами омывающую серебряным светом их тела. Затем перевела взгляд на Корда. Его темные глаза загорелись страстью, когда он начал двигаться внутри ее. Он был такой горячий по сравнению с прохладной водой вокруг них.

Он наклонил голову и, прежде чем глубоко погрузиться языком в ее рот, слегка прикоснулся к губам. Одновременно его ладони накрыли ее руки, переплетясь с ее пальцами. Она обвила ногами его бедра и оставалась в таком положении, пока он ужесточал и ускорял движения, приближающие их обоих к пику блаженства.

Вцепившись друг в друга, они качались на волнах страсти. И чем больше сближались их тела, тем прочнее сливались души. Втянутые в этот бешеный танец, неподвластный времени, оба не хотели его окончания, несмотря на отчаянное стремление к завершенности.

Наконец Виктория со стоном прервала их долгий поцелуй.

– Корд, скорее. Ну пожалуйста.

– Сейчас, – прохрипел он, двигаясь еще напористее и быстрее, упиваясь захватившим их безумным желанием.

После нескольких сильных рывков настал момент наивысшего удовлетворения. Прильнувшие друг к другу тела замерли в неподвижности и в совершенном единстве воспарили ввысь, прежде чем снова возвратиться на землю.

Корд, тяжело дыша, прижимал Викторию к себе и покрывал ее лицо нежными поцелуями, тихо бормоча какие-то ласковые слова по-испански. Она, свернувшись клубочком, устроилась около него, мечтая только об одном – чтобы им никогда не расставаться. Если Корд Кордова не был тем воображаемым идеалом мужчины, значит, она просто не распознала встретившейся ей любви.

Любовь? Этот вопрос клином застрял в ее мозгу. Могла ли она по-настоящему влюбиться в Корда? Долгое время она считала его апачи-бандитом. Потом она встретилась с Алисией и услышала, как он говорит по-испански. Тогда она решила, что, должно быть, он сказал ей правду о своем происхождении.

Виктория крепко обняла его, чувствуя, как горячие слезы наворачиваются на глаза. Не суть важно, кто он – апачи, наполовину апачи или наполовину испанец. Ни это, ни все остальное не имеет никакого значения, если они с Кордом делают друг друга счастливыми.

Но могла ли она довериться чувствам? Если она обманется, ей не пережить боль разочарования. И снова в уме пронеслись предостерегающие напоминания. Между ней и Кордом не было ничего общего. Вполне вероятно, их сблизила не любовь, а просто череда опасных ситуаций. Кроме того, внушала она себе, нельзя забывать, что страсть и фантазия – это одно, а суровая действительность – совсем другое и в самое ближайшее время придется вернуться в мир реальных вещей и отношений.

– Чепс, что с тобой? Я сделал что-то не так?

– Нет, это было замечательно. Правда. Просто я немного замечталась. Я подумала, хорошо бы никогда не уходить отсюда. Могли бы мы остаться здесь навсегда и забыть о том уродливом мире?

– Как будто тебе этого хватит для полного счастья! – со смешком заметил Корд. – Если б я был уверен, что могу дать его тебе, я бы согласился жить здесь вечно.

– Ты сомневаешься, что я буду счастлива, если останусь в этом уголке?

– Ты привыкла иметь гораздо большее, Чепс. Я убежден в этом. Мне бы хотелось думать иначе, но я не могу. – Он замолчал и немного погодя добавил: – Но давай сейчас не будем об этом. Я голоден и хотел бы что-нибудь съесть, а потом…

– А потом неплохо бы тебе захотеть сделать меня еще более счастливой.

– Я уже снова слышу песнь сирены.