Клуб голливудских девчонок - Мэгги Марр

Публика засмеялась. Всем было отлично известно, что Арнольд и «Уорлдуайд» могут прервать демонстрацию фильма в любой момент.

— Подать сюда Лепрекона! — крикнул кто-то.

Раздались смешки и улюлюканье.

— Я только хочу поблагодарить ту, благодаря которой все это осуществилось…

— Ли-и-иди-и-я-я! — раздался вопль Арнольда.

У Лидии упало сердце. Вздохнув, она закатила глаза. Сейчас ее публично высекут и выведут в наручниках на виду у всего Голливуда. Она обернулась: у входа в зал стоял Арнольд Мэрфи в сопровождении двух громил и типов, которые смахивали на адвокатов или агентов ФБР.

Из зала послышались свист и крики, а Арнольд тем временем озирался по сторонам.

— Вон она! Ее надо арестовать! И прямиком в камеру!

Лидия взглянула за Займара: он тоже был страшно подавлен.

Рядом с Лидией материализовалась Джессика. Наклонившись, она прошептала:

— Неувязочка, конечно, но не отступай. Публика на твоей стороне.

— Лорен, охрану сюда! — прошипела Джессика помощнице. — Каким образом, черт возьми, этот урод попал в здание?

— У меня приказ о запрещении продолжения противоправного действия, подписанный федеральным судьей! — взревел Арнольд. — Полиция уже едет. Ты, Лидия Олбрайт, воровка и лгунья. И наконец-то после многих лет мошенничества и клеветы отправишься в тюрьму.

— Эй, Арнольд, не тяни резину, показывай картину! — крикнули с первого ряда.

— Слушай, Арни, чего ты боишься? Что Лидия, может быть, права? — подал голос босс другой студии.

— Неужели тебе не нужен кассовый фильм, пока ты заправляешь «Уорлдуайд»? — подначил его третий. — До сих пор все твои фильмы с позором проваливались.

Джессика направилась к Лепрекону:

— Довольно, Арнольд. Пойдем в мой кабинет и обсудим ситуацию.

— А тебе, Джессика Колфилд, предъявят обвинение в сговоре с целью совершения мошенничества и уголовного преступления! — провизжал он. — Нарушение федерального и международного законов об охране авторских прав. Если повезет, будете соседками по камере.

— Мэрфи, я не шучу, — пригрозила Джессика. — Сейчас же. Это еще моя компания, мое здание и мой просмотровый зал. Пока тебе еще не в чем обвинить нас — люди собрались смотреть фильм, а известно ли тебе, что именно мы будем смотреть?

Арнольд струхнул.

— Да, Арни, ты видишь перед собой фан-клуб Питера О'Тула. Мы собрались здесь, чтобы посмотреть «Лоуренса Аравийского». А теперь проваливай!

— Этот номер не пройдет, — прошипел Арнольд в тот момент, когда у входа наконец-то появилась охрана Джессики.

— Следуй за мной, Арнольд! — Джессика схватила его за руку и поволокла из зала.

— Вы двое, — Арнольд ткнул пальцем в громил, — оставайтесь здесь. И если вместо «Лоуренса Аравийского» здесь будут показывать что-то другое, сразу сообщите мне.

Те молча кивнули.

Джессика кивнула киномеханику и вместе с Арнольдом и его адвокатами вышла из зала.

Лидия не могла представить, каким образом Джессика удерживала Арнольда вне зала в течение двух часов, но ей это удалось. Сколько Лидия ни оборачивалась к дверям во время показа, она видела там только подручных Арнольда. А им, похоже, фильм нравился, как и остальным девяносто семи зрителям, сидевшим в зале. Когда пошли заключительные титры, а из громкоговорителей зазвучала финальная музыкальная тема, до Лидии долетели обрывки разговоров:

— Класс!

— Будут рекордные сборы!

— Потрясающие экшн-сцены! Не могу припомнить, когда я видел нечто подобное в последний раз.

— Он идиот, если не выпустит его в прокат этим летом!

Лидия ликовала и принимала знаки внимания продюсера-победителя — поцелуи и рукопожатия.

Займар с трудом пробился к Лидии сквозь толпу поздравлявших.

— Зай, это даже еще лучше, чем я ожидала! — воскликнула Лидия, обнимая его.

— Тогда будем надеяться, что нам назначат день премьеры, — сказал Займар.

— В противном случае Арнольд будет полным дураком, — заметил Джеффри Блюм, протягивая руку Займару. — Впрочем, я с ним работал и знаю, что он и есть дурак. Привет, Лид! — Джеффри обнял Лидию. — Отличная работа! Потрясающе! Слушай, если «Уорлдуайд» не назначит вам день премьеры, дай мне знать. «Гэлэкси» вправе взять любой из не выпущенных в прокат фильмов «Уорлдуайд». За ними числится старый должок, о котором Арнольд вряд ли знает, контракт был заключен до него. Я хочу, чтобы «Семь минут до полуночи» вышли на экран как фильм «Гэлэкси», если, конечно, Арнольд сваляет дурака и не пустит его в прокат.

— Отличная новость, Джефф.

Займар обнял Лидию за талию. По крайней мере отчасти их план удался: публика увидела фильм. Может быть, на его премьеру Лидия не попадет, поскольку будет сидеть в федеральной тюрьме, но в прокат картина обязательно выйдет.

* * *

Лидия вошла в кабинет Джессики, ожидая встречи с полицией и судебными приставами, однако, к ее огромному удивлению, Арнольда там не было. Зато ее ждали Джессика с Селестой. И Тед Робинофф.

— Лидия, это грандиозно! — взвизгнула Селеста, вскакивая с кресла.

— Вы видели? — Лидия меньше всего ожидала увидеть здесь Селесту.

— Мы забежали, когда он только начался! — выпалила подруга. — Мы посмотрели фильм полностью! Теду он очень понравился!

Лидия обернулась к Теду Робиноффу, который, несомненно, был одним из самых влиятельных людей в Голливуде. И личностью совершенно неуловимой. Лидия бросила многозначительный взгляд на Джессику. Они подозревали, что у Сиси роман с Тедом, но до конца все же не были в этом уверены.

— Значит, фильм вам понравился? — уточнила Лидия.

— Очень, — подтвердил Тед.

— А где Арнольд? — поинтересовалась Лидия. — Извините, что я такая взвинченная. Я была готова к аресту.

— Да, Селеста рассказала мне о ваших трениях с Арнольдом, — сказал Тед. — Судя по всему, он не оказывал вам должного содействия в работе над фильмом.

Это было слабо сказано, однако Лидия предпочла воздержаться от комментариев. Она неплохо знала Селесту и понимала, что если та еще не поведала Теду о всех подлостях, совершенных Арнольдом за последние девять месяцев, то непременно сделает это. А история, рассказанная любимой женщиной, покажется ему особенно убедительной.

— Ну теперь все позади. Единственное, чего мне хочется, — чтобы фильм вышел в прокат. Да, и еще чтобы меня не отправили в тюрьму, — добавила Лидия, наблюдая за Тедом Робиноффом и прикидывая, что он намерен предпринять.

— Мне надо подъехать на студию, — сказал Тед. — В шесть я встречаюсь с Арнольдом. А вам, Лидия, я могу твердо обещать, что «Уорлдуайд» не станет предъявлять никаких исков ни к вам, ни к Займару. — Он повернулся к Селесте, и его голос заметно смягчился. — Мне надо ехать. Увидимся около восьми.